Литмир - Электронная Библиотека
A
A

— Хорошо.

— Хочешь, чтобы я заранее...

— Нет.

Она посмотрела.

— Уверена?

— Если мы договорились, что не используем личные каналы, значит не используем именно тогда, когда мне тяжело.

Альма кивнула.

— Правильно.

— Как думаешь, он знал?

Она посмотрела строго.

— Ты серьезно спрашиваешь меня после всех моих лекций?

Я выдохнула.

— Нет.

— Вот и хорошо.

— Ненавижу это слово.

— Уже слышала.

Она села в карету.

Я осталась ждать свою.

И тогда увидела Рейда на другом конце улицы.

Не ожидала.

Он шел один.

Без свиты.

Подошел.

— Закончили?

— Да.

— Что нашли?

Я посмотрела на него.

— Уже можно говорить только то, что войдет в промежуточный акт.

— Тогда только это.

Я рассказала:

платежи «Керн и Восс».

Компенсация «Северному тракту».

Код ФХ.

Внутренняя таблица.

Предварительная связь с предвыборным фондом Кайдена.

Рейд не сказал ничего несколько секунд.

Потом:

— Прямое поручение?

— Пока нет.

— Подпись Кайдена?

— Нет.

— Эдрика?

— В этих книгах нет. Но Вальт подтвердил, что Эдрик лично ускорял один из платежей.

Рейд посмотрел в сторону.

— Это уже серьезно.

— Да.

— Нора.

— Что?

Он хотел спросить что-то личное.

Я видела.

Остановился.

— Завтра я не буду присутствовать при проверке фонда.

— Альма все равно не пустит.

— Знаю.

— Тогда зачем говоришь?

— Чтобы ты не подумала, что я пытаюсь получить доступ через тебя.

Вот.

Мне стало теплее.

Не романтично.

Спокойно.

— Спасибо.

— И еще.

— Что?

Рейд посмотрел прямо.

— Если выяснится, что фонд Кайдена использовали для оплаты нападений, я не буду делать публичное заявление до официального заключения.

Я удивилась.

— Это может стоить тебе преимущества.

— Знаю.

— Почему?

— Потому что если начну кричать раньше доказательств, все последующие свидетельства будут выглядеть как моя кампания.

Я кивнула.

— И потому что это твой бывший муж.

Вот это уже лишнее.

Я почувствовала.

Рейд увидел выражение.

— Плохая добавка.

— Да.

— Прости.

— Я не хочу, чтобы расследование тормозили ради моих чувств.

— Я не торможу.

— И не защищай Кайдена ради меня.

— Не буду.

— Если он виновен...

Слова застряли.

Это было страшнее сказать вслух, чем я ожидала.

Рейд ждал.

— Если он виновен, я хочу знать.

— Узнаешь.

— Даже если будет больно.

— Да.

Я посмотрела.

— А если невиновен, хочу знать это тоже.

— Конечно.

Вот.

И больше ничего.

Рейд не коснулся меня.

Мы стояли на публичной улице.

После главы двенадцать он действительно стал внимательнее.

Карета задерживалась.

Я устала.

И вдруг сама взяла его за руку.

Просто так.

На улице.

Не спряталась.

Рейд посмотрел на наши пальцы.

Потом на меня.

Не сделал из этого события.

Сжал руку.

— Ты сегодня вернешься в восточную усадьбу?

— Да.

— Я могу проводить.

Я подумала.

— Хочу сама.

— Хорошо.

— Не из-за тебя.

— Нора.

— Что?

— Тебе не нужно объяснять каждый раз.

Я замолчала.

Он был прав.

Я все еще пыталась предупредить возможную обиду до того, как она возникала.

Старая привычка.

— Тогда просто хочу сама.

— Принято.

Рейд отпустил, когда подъехала карета.

Перед дверцей сказал:

— Завтра будет тяжелый день.

— Знаю.

— Если понадобится...

Я подняла бровь.

Он остановился.

— Нет. Сама скажешь.

Я улыбнулась.

— Именно.

Села.

Карета тронулась.

Брина еще не спала.

В гостиной горела лампа.

На столе ждал поздний ужин.

Я сняла плащ.

— Ты не обязана была ждать.

— Не обязана.

— Тогда почему?

— Я живу здесь.

Справедливо.

Я села.

Она поставила суп.

— День плохой?

Я подумала.

— Важный.

— Это хуже?

— Иногда.

Она не спрашивала дальше.

Я съела несколько ложек.

Потом заметила письмо возле тарелки.

Печать Серебряного Хребта.

Кайден.

Я застыла.

— Когда пришло?

— Около девяти.

— Ты открывала?

Брина оскорбилась.

— Конечно нет.

Я взяла.

Еще до того, как сломала печать, понимала:

он не мог знать о том, что мы нашли в «Северном тракте».

Письмо отправлено раньше.

Значит, другая причина.

Внутри было несколько строк.

«Нора.

Завтра Эдрик собирает старший штаб по поводу расследования и требует, чтобы часть финансовых книг кампании временно закрыли до юридической оценки полномочий комиссии. Я с ним не согласен.

Если комиссия запросит документы, я передам.

Не отвечай. Просто считаю правильным, чтобы ты знала это от меня до того, как услышишь через Круг.

Кайден».

Я перечитала.

Вот.

Эдрик уже пытался закрыть книги.

Еще до нашего официального запроса.

Почему?

Потому что понял направление расследования?

Потому что боялся утечки?

Потому что действительно считал требования незаконными?

Не знаю.

Но завтра теперь выглядел иначе.

Я положила письмо на стол.

Брина спросила:

— Плохо?

— Не знаю.

Она не стала раздражаться на ответ.

Просто поставила рядом хлеб.

Я смотрела на почерк Кайдена.

Он сделал то, о чем мы договаривались не делать.

Предупредил меня лично.

Можно было увидеть в этом заботу.

Можно — попытку контролировать информацию.

Можно — желание показать заранее, что он не собирается скрывать.

И все это могло быть правдой одновременно.

Я не ответила.

Он сам написал не отвечать.

Хорошо.

Завтра комиссия запросит книги фонда.

Кайден сказал, что откроет.

Эдрик хочет закрыть часть.

И где-то между ними лежат платежи, которыми, возможно, оплачивали людей Тарса.

Сегодня мы впервые перестали искать только подозрительные формы.

Деньги привели нас к предвыборному фонду Кайдена Харта.

А завтра ему придется решить, что для него важнее:

победа на выборах или возможность позволить нам увидеть, как именно его кампания оплачивала свою работу.

Глава 15. Цена победы

Глава 15. Цена победы

К девяти утра предвыборный фонд Кайдена Харта был закрыт для любых новых платежей.

Не по приказу Альмы.

По приказу самого Кайдена.

Я узнала об этом, когда вошла в комнату финансовой комиссии Северного Круга и увидела на столе официальный лист с его личной печатью.

«До завершения независимой проверки приостановить все переводы, кроме жалования действующим сотрудникам и оплаты уже выполненных публичных обязательств. Новые распоряжения проводить только после подтверждения резервной комиссии».

Внизу стояла подпись.

Кайден Харт.

Время регистрации — восемь одиннадцать.

Альма пришла через несколько минут, сняла перчатки и положила рядом еще один документ.

— А это Эдрик.

Я взяла.

Письмо было направлено председателю финансовой палаты.

Эдрик требовал приостановить передачу части предвыборных книг комиссии до отдельного решения суда, потому что в них содержались:

данные частных жертвователей;

предварительные договоры;

политическая переписка;

сведения, не относящиеся к расследованию резервов.

Формально аргумент имел смысл.

Комиссия не получала права забирать все, что ей понравится, только потому, что один из платежей оказался подозрительным.

Но дальше шла другая строка.

«До установления законных пределов проверки запрещается выдавать оригиналы финансовых книг, внутренние платежные приложения и закрытые соглашения предвыборной канцелярии».

62
{"b":"975267","o":1}