Он понял разницу.

— В форме сводки эти показатели объединены.

— Нет.

Я достала копию.

— Вот графа «фактический остаток узла на дату учета».

Эвен взял лист.

Я продолжила:

— А ниже «резерв в оперативном перемещении».

Вторая строка была почти пустой.

Там числились только два небольших медицинских обоза.

Эвен несколько секунд молчал.

— Возможно, бухгалтерия еще не внесла закрытые распоряжения.

Альма спросила:

— Сколько груза отсутствует физически?

— Мне нужно посмотреть.

— Посмотрите.

Мы прошли в служебную комнату.

Большой стол.

Две счетные книги.

Шкаф с копиями распоряжений.

Эвен позвал главного писаря.

Женщина по имени Сера Лон пришла быстро и выглядела намного спокойнее начальника.

Альма объяснила:

— Мне нужен реальный остаток по состоянию на эту минуту. Не бухгалтерский баланс, не ожидаемые возвраты, не грузы в дороге.

Сера сразу поняла.

— По всем категориям?

— Да.

— Это займет несколько часов.

— У нас свободный день.

Рейд кашлянул.

Альма повернулась.

— У меня свободный.

— Вот теперь точнее.

Я взяла свою рабочую тетрадь.

— Можно начать с крупных расхождений. Зерно, мясо, оружие и лекарственные наборы. Потом остальное.

Сера кивнула.

— Так быстрее.

Эвен посмотрел на меня.

— Вы уже решили, что есть расхождение.

— Я вижу свободный третий сектор, который по вашей ведомости заполнен почти полностью.

— Часть мешков могла стоять во втором.

— Тогда физический пересчет это покажет.

Он ничего не ответил.

Мы начали.

К полудню цифры перестали быть неприятными.

Они стали серьезными.

По документам:

четыреста восемьдесят мешков резервного зерна.

Фактически:

триста тридцать четыре.

Сто сорок шесть отсутствовали.

По сушеному мясу недоставало почти пятой части запаса.

Из трехсот двадцати стандартных лекарственных наборов на месте находились двести сорок один.

Со стрелами было еще хуже.

По книге:

шестьдесят ящиков.

На складе:

тридцать семь.

Я перепроверила сама.

Не потому, что не доверяла Сере.

Потому что слишком легко было ошибиться при большой описи.

Тридцать семь.

Рейд стоял возле открытого оружейного сектора.

— Двадцать три ящика стрел нельзя потерять случайно.

Эвен уже перестал раздражаться на каждое замечание.

Теперь он выглядел уставшим.

— Их не потеряли.

— Тогда где?

— Я говорил. Выданы по закрытым распоряжениям.

— Покажите.

— Распоряжения закрытые.

Рейд резко повернулся.

— Мы на проверке общего резерва.

Эвен посмотрел на Альму.

— Мне запрещено раскрывать содержание приказов лицам без соответствующего допуска.

— У меня есть допуск.

— Не ко всем операциям безопасности.

— Кто имеет?

— Руководители конкретных координационных групп. Комиссия общей безопасности. Альфы тех стай, которые подписывали распоряжение.

Рейд холодно спросил:

— Черный Яр подписывал?

— Не знаю.

— Тогда узнайте.

Тон был таким, что Эвен напрягся.

Я тоже.

Рейд не кричал.

Он редко нуждался в громкости.

Но сейчас в голосе появилось то, что вполне можно было истолковать как давление Альфы на человека, который хранил документы.

Альма сразу вмешалась:

— Никто ничего не будет узнавать под приказом Морна.

Рейд посмотрел.

Она спокойно продолжила:

— Запрашиваю журнал выдачи закрытых распоряжений в рамках независимой проверки. Господин Торс предоставляет только номера, даты, объем груза и орган, выдавший распоряжение. Содержание операции пока не нужно.

Эвен заметно расслабился.

— Это возможно.

Рейд сжал челюсть.

Но промолчал.

Через несколько минут, когда Эвен ушел, я сказала тихо:

— Ты давил.

Он посмотрел.

— Я спросил, куда исчезли двадцать три ящика стрел.

— Как Альфа территории, которую последние недели обвиняют в плохой безопасности.

— Я должен притвориться, что мне все равно?

— Нет. Но если хочешь, чтобы проверка выглядела независимой, иногда придется сидеть и злиться молча.

Рейд усмехнулся без веселья.

— Ты говоришь как Альма.

— Ужасная перспектива.

— Для меня — да.

Альма, находившаяся в нескольких шагах, не оборачиваясь сказала:

— Я все слышу.

— Мы рассчитывали.

Рейд отошел к другому стеллажу.

Я заметила, что он действительно больше не задает управляющим вопросы напрямую.

Не обиделся демонстративно.

Не начал доказывать, что имеет право.

Просто скорректировал поведение.

Мелочь.

Но я опять заметила.

И опять сознательно остановила сравнение с Кайденом.

Рейд не должен был получать награду только за то, что умел услышать замечание.

Это нормальное взрослое качество.

Просто в последние годы моего брака нормальные вещи слишком часто казались роскошью.

Журнал закрытых перемещений принесли после обеда.

Толстая книга в серой коже.

Эвен положил ее перед Альмой.

— Только номера и общая информация.

— Достаточно.

Мы начали с зерна.

Сто сорок шесть отсутствующих мешков разбились на три выдачи.

Сорок.

Пятьдесят.

Пятьдесят шесть.

Все за последние двадцать два дня.

Основание:

«Учебное перемещение резервного снабжения».

Орган:

Координационная группа совместной стражи.

Я посмотрела на дату первой выдачи.

Это совпадало с закрытыми учениями Серебряного Хребта.

Тем самым пакетом, который мы уже запросили.

— Кто руководил операцией? — спросила Альма.

Эвен сверился.

— Поле закрыто.

— Название группы.

— Западная учебная группа Северного Круга.

Я уже знала.

В документах руководителем значился Эдрик.

Но повторила себе:

руководитель учений не обязан лично подписывать каждый мешок зерна.

Стрелы.

Три выдачи.

Все под тем же основанием.

Лекарственные наборы — две.

Мясо — четыре.

Часть объемов совпадала по датам.

Значит, это могли быть обычные комплекты одного учения.

Альма спросила:

— После окончания учений остаток должны вернуть?

Эвен ответил:

— Не обязательно. Продовольствие и лекарства списывают по фактическому расходу. Оружие и неиспользованные стрелы возвращают.

— Учения закончились?

— Официально да. Двенадцать дней назад.

Рейд, стоявший у окна, спросил уже у Альмы, а не у Эвена:

— Тогда почему двадцать три ящика до сих пор не вернулись?

Она кивнула.

— Именно это будет в запросе.

Сера перелистнула книгу.

— Здесь есть еще одна отметка.

Мы подошли.

Последняя выдача стрел.

Восемь ящиков.

Дата — девять дней назад.

То есть уже после окончания учений.

Основание другое:

«Продление тренировочного этапа. Закрытый приказ».

Я почувствовала, как пальцы сильнее сжали карандаш.

— Кто продлил?

Эвен посмотрел.

— В журнале только код разрешения.

— Какой?

Он прочитал.

СХ-ГБ-14.

СХ.

Серебряный Хребет?

Не обязательно.

Аббревиатуры могли означать десятки вещей.

Но дальше стояла печать подтверждающей стороны.

Волк на фоне трех горных линий.

Герб Серебряного Хребта.

Я узнала сразу.

Несколько лет сама ставила похожую печать на межстайные документы.

Рейд тоже узнал.

Лана тихо выдохнула.

Альма посмотрела на меня.

Не из жалости.

Скорее проверяя, нужна ли пауза.

Мне не нужна.

— Чья именно печать?

Эвен наклонился.

— Общая канцелярия Альфы Серебряного Хребта.

Не личная Кайдена.

Важно.

— Подпись? — спросила я.

— В закрытом приложении.

— То есть мы не знаем, кто подписал.