Эйда посмотрела прямо.

— Нет. Такая повторяемость не выглядит случайным повреждением.

В комнате стало очень тихо.

Я положила ладони на колени, чтобы никто не видел, как напряглись пальцы.

До этого момента существовала возможность, что наша печать оказалась неправильно настроена. Что мастер семь лет назад допустил редкую ошибку. Что ежегодный ритуал случайно усиливал дефект.

Теперь эта версия становилась почти невозможной.

Кто-то создал механизм, который должен был срабатывать снова и снова.

— Читайте дальше, — сказала я.

Эйда кивнула.

Следующие два часа мы почти не разговаривали.

Специалисты разбирали скрытый слой по частям.

Я старалась не вмешиваться. Иногда спрашивала значение термина, иногда просила повторить вывод, если формулировка казалась слишком широкой.

Постепенно структура становилась понятнее.

Скрытый слой не забирал случайное количество жизненной силы.

У него был предел одной стандартной единицы за один цикл.

Цикл длился год.

Активация происходила при обновлении брачной печати.

После передачи контур закрывался до следующего подтверждения союза.

— То есть если бы мы не проводили годовщину, передачи не было бы? — спросила я.

Эйда ответила:

— Не уверена. Ритуал мог только подтверждать существование брака, а сам механизм запускался по дате. Нужно сравнить с текстом ежегодных обновлений.

Вот тогда Мериса передала мои семь папок.

Каждую зарегистрировали.

Проверили пломбы.

Сверили с архивными копиями дома Реваль, которые уже поступили утром.

Совпадали.

На первой странице каждого подтверждения была одна и та же фраза:

«Стороны подтверждают продолжение союза и взаимную поддержку брачного и родового контуров на следующий год».

Я вспомнила, как подписывала.

Ни разу не читала особенно внимательно.

Не потому, что была глупой.

Потому что текст не менялся.

Потому что рядом стоял мастер Палаты Огненных Союзов.

Потому что это считалось традицией.

Потому что я доверяла институту, который должен был объяснять содержание магической клятвы.

Эйда изучала не слова, а отпечатки печатей.

— Здесь есть два уровня.

Я сразу спросила:

— Второй не отражен в тексте?

— Похоже на то.

Она наложила первый документ на контрольную пластину.

Внешняя печать засветилась.

Под ней проступила знакомая скрытая линия.

— Вот обновление.

Я почувствовала, как внутри все сжалось.

— И оно связано с годовой передачей.

— Да.

Мериса спросила:

— В читаемом тексте есть указание на жизненный срок?

— Нет.

— На стандартизированную единицу?

— Нет.

— На безвозвратную передачу жизненного ресурса?

— Нет.

— На усиление ядра супруга за счет живой нити второй стороны?

— Тоже нет.

Она повернулась ко мне.

— Вам когда-либо отдельно объясняли, что выражение «взаимная поддержка» включает такое действие?

— Нет.

— Давали приложение?

— Нет.

— Устно предупреждали?

— Никогда.

Мериса посмотрела на Адриана.

— Вам?

— Нет.

— Вы присутствовали на всех семи подтверждениях?

— Да.

— Слышали объяснение о передаче жизненного срока?

— Нет.

— Вам объясняли, что ваше ядро будет получать дополнительную жизненную единицу?

— Нет.

Она записала.

Адриан спросил Эйду:

— Может ли внешняя формулировка «взаимная поддержка» юридически включать передачу?

Ответила не Эйда, а Келлан:

— Обычной магической энергии — возможно. Жизненного срока — нет.

— Почему?

— Потому что жизненный срок является отдельным охраняемым объектом права. Существенное условие должно быть названо прямо, а сторона должна понимать объем и последствия.

Я знала ответ.

Адриан, вероятно, тоже уже понимал.

Но ему нужно было услышать официально.

— То есть подпись Ливии под этими документами не считается согласием.

Келлан ответил:

— На основании того, что мы видим сейчас, нет.

Я закрыла глаза на секунду.

Семь раз.

Я сама ставила подпись.

Семь раз подтверждала брачный союз.

И где-то под текстом, который мне показывали, печать делала то, чего я никогда не разрешала.

— Как называется скрытая функция? — спросила я.

Эйда листала внутренние обозначения.

— В вашей конкретной печати полного названия нет. Только технический код.

— Какой?

Она прочитала:

— ОП-1.

Рейнар, который до этого работал с ядром Адриана, резко поднял голову.

— Повторите.

— ОП-1.

Он подошел ближе.

— Я видел похожее обозначение.

Все посмотрели на него.

— Где? — спросил Келлан.

Рейнар нахмурился, вспоминая.

— В старых медицинских руководствах по восстановлению драконьих ядер. Не уверен в точном контексте.

Мериса сразу спросила:

— Можно найти?

— Да. Но это уже отдельный архивный запрос.

— Делайте.

Я остановила:

— Сначала закончим то, что у нас перед глазами.

Рейнар посмотрел на меня и кивнул.

Правильно.

Мне самой хотелось немедленно бежать за кодом.

Но один знакомый номер еще ничего не доказывал.

Эйда продолжила читать структуру.

Через несколько минут она нашла внутренний термин, который не показывался на внешнем документе.

«Опора супружеского ядра».

Адриан повторил:

— Опора.

— Да.

— Это может быть древний механизм поддержки раненых драконов?

Рейнар посмотрел на него.

— Может иметь общее происхождение. В старых союзах действительно существовали клятвы опоры.

Я знала только самые общие сведения.

— Там передавали жизнь?

— Иногда. Но при тяжелой травме, по отдельному соглашению и под наблюдением лекаря.

— Добровольно.

— Обязательно.

Вот первая связь с древним законом.

Пока слабая.

Но реальная.

Келлан попросил секретаря добавить в запрос старые формы супружеской опоры.

— На сегодня вывод можно сформулировать, — сказал он. — В брачной структуре Ливии Морен и Адриана Реваля обнаружен скрытый магический слой, не отраженный в читаемой гражданской части договора и ежегодных подтверждениях. Этот слой содержит механизм периодической передачи жизненного ресурса от Ливии Морен к Адриану Ревалю.

— Периодической? — уточнила Мериса.

— Ежегодной.

— Объем?

— Одна стандартная единица за цикл.

— Количество подтвержденных циклов?

— Семь.

— Признаки отдельного информированного согласия?

Келлан посмотрел на Эйду.

Она покачала головой.

Рейнар тоже.

— Не обнаружены, — сказал Келлан.

Я смотрела на запись.

Это уже было больше, чем подозрение.

Еще не ответ на вопрос «кто».

Но ответ на вопрос «как».

После основной части аудита сделали перерыв.

Я вышла в небольшую комнату рядом с залом и только там поняла, насколько устала.

Тея заставила меня взять с собой еду, и впервые ее привычка контролировать чужие обеды оказалась полезной.

Я развернула бутерброд и съела половину прежде, чем Адриан постучал в открытую дверь.

— Можно?

— Заходи.

Он сел напротив.

Перед ним еды не было.

Я посмотрела.

— Ты опять не ел.

— Ел утром.

— Сейчас почти три.

Адриан едва заметно улыбнулся.

— Два дня назад ты объяснила, что мои привычки больше не твоя ответственность.

— Это не значит, что я потеряла зрение.

Он встал, вышел и через несколько минут вернулся с яблоком и каким-то пирогом из буфета.

— Теперь лучше?

— Значительно.

Мы ели молча.

Это было странно.

Слишком похоже на обычный обед после долгого заседания дома Реваль.

Только раньше я сидела рядом, а не напротив.

Адриан заговорил первым:

— Я действительно не знал.

Я положила бутерброд.

— Сегодняшний аудит подтверждает, что условие было скрыто и от тебя тоже. По крайней мере, в документах, которые мы подписывали вместе.