Когда стало ясно, что Фираксиса ранило непонятно откуда взявшееся Треволнение Небес, у Пакура зародились нехорошие подозрения. Не о своей удаче, а насчёт того, как именно генштаб империи Колоссус отреагирует на такую угрозу.

Мгла — одна из самых опасных Катастроф. Уничтожить хотя бы одного Фираксиса, портящего жизнь всем на континенте, — дорогого стоит.

Валентайн отправлял курьеров в Голец и другие поселения в надежде получить от генштаба информацию о планах.

[Когда город будут отбивать от Мглы? Какую помощь окажут Секты Голубого Неба, ОгнеЦвета и ЛедоВластия? Одна из целей их союза с империей — это как раз борьба с Катастрофами.]

Примерно каждый четвёртый курьер, отправленный наружу, возвращался с ответным сообщением. В них не было ни намёка на то, что генштаб собирается уничтожить Фираксиса ДО ТОГО, как у Валентайна закончатся кристаллы для формации. Генералы писали об отрядах зачистки, выставленном заслоне, пойманных дезертирах… Но не о дате штурма.

Валентайн понял:

[Ностромо хотят тихо принести в жертву, чтобы уничтожить Фираксиса.]

Вину за массовую гибель жителей империи повесят на «не справившегося» маркграфа. То есть на него, Пакура Валентайна.

[Предатели!] — успел тогда подумать Валентайн.

Эти мысли появились ещё в середине февраля. Затем генштаб переиграл Пакура, передав весточку кому-то из работников мобильного штаба Лорда — той самой верной троице клерков, что его всегда сопровождала.

Шпион активировал функцию самоподрыва в тоннеле, вырытом специально для эвакуации населения далеко за город. Так пропала последняя возможность отступить. Крепость Валентайна превратилась для всех в ловушку.

Пакур был в ярости, но сразу сделать ничего не мог. У всех троих клерков имелось алиби и по несколько свидетелей. Однако Валентайн был уверен: один из них работает на генштаб, а не на него, Лорда, правящего Ностромо.

[Обенель скорее сам себя убьёт, чем предаст Пакура. А Вальцу не хватит духа взорвать последний путь к отступлению.]

В один из дней, когда жизнь казалась тоскливее некуда, вернувшийся из Мглы курьер принёс крайне необычное донесение.

Некий «стражник» вывел в Голец сто тридцать человек. Причём собрал их из самых разных кварталов осаждённого Ностромо. Затем через полузатопленный тоннель и Мглу довёл точно до стоянки войск Империи Колоссус.

Прочтя донесение, Пакур нахмурился:

[Какой ещё полузатопленный тоннель?]

О нём ни Лорд, ни его подручные не знали. Поднявшие архивы крепости строители подтвердили, что тоннель есть, но уже целый век считается затопленным и обрушенным. Пройти через него попросту нереально.

Однако некий «стражник» нашёл там проход. Причём сделал это настолько тихо, что жуки спохватились только через сутки.

На следующий день события понеслись вскачь. Дозорные заметили мощный взрыв в квартале знати. Судя по исчезнувшему барьеру, клан Оуш всем своим составом отошёл в мир иной.

[Туда им и дорога! Сами виноваты, что не захотели идти в крепость… И где этот чёртов Олень?]

Лорд гневался на единственного мастера формаций во всём маркграфстве. Олень никому не подчинялся и помогал Валентайну, только если сам того хотел.

Днём начался ливень, и это стало хоть каким-то облегчением. Запасы пресной воды в крепости начинали подходить к концу.

В обед пришло донесение. Причём не от охраны, а от целителей, находящихся в лазарете:

«Кристоф Вальц убит».

Прибыв одним из первых на место преступления, Пакур не знал, что сказать. Судя по расколотому кафелю, Кристофа пару раз впечатали мордой в пол. Затем оттащили к унитазу, утопили, а вдобавок вонзили в спину щипцы из набора дознавателя.

Дело даже не в самом убийстве дознавателя, а в том, что преступник смог тихо устранить одного из самых верных подчинённых Лорда. Причём тот находился в САМОЙ защищённой части крепости. Сюда имели допуск всего пять человек: сам Пакур, Обенель, Вальц и пара целителей. Вторая парочка «свободных лекарей» взята на поруки подручными Валентайна. У них нет жетона для того, чтобы пройти через формацию.

[Раненые сами не могли выйти из лазарета. Барьер не пропустит. Тогда кто убийца? Здесь, в месте, где не могло быть посторонних, Кристоф встретил свою смерть.]

То, что это месть, не вызывало сомнений. Щипцы для пыток, вогнанные в сердце, говорили сами за себя. С собой Вальц их не носил.

[Преступник находился где-то на средних или высоких уровнях стадии Очищения [1−6+].] — Пакур мгновенно оценил разбитую плитку на полу. — [Будь убийца на стадии Заложения Основ [2+], Вальц бы долго не продержался.]

Короткий допрос охраны крепости показал, что во внутреннее помещение входил «стражник». Ни голоса, ни ранга, ни его лица никто не видел. Показанный им белый жетон никто так и не удосужился проверить.

Из-за месяца нахождения в осаде люди морально устали. Бдительность упала до нуля. Стражи думали, что раз человек в шлеме и доспехах стражи — значит, свой.

Прямо на месте преступления Валентайн устроил подчинённым форменный разнос. Орал так, что зеркала в туалете потрескались. Парочку охранников с остановкой сердца целители утащили в лазарет. Видеть Лорда-зверолюда в ТАКОМ гневе им ещё не приходилось.

— Как убийца мог проникнуть СЮДА? — орал Пакур, давя аурой на подчинённых. — Есть что сказать в своё оправдание?

Лорд взглядом надавил на капитана Моралле, отвечавшего за стражу.

— Чего ты молчишь? Представь, что убийца зашёл бы в лазарет и нацелился на раненых, а не на Вальца.

— Скабре, — тихо произнёс капитан Моралле.

— Какой ещё Скабре? — гнев в душе Валентайна стал закипать с новой силой. — Тот самый ополченец-нулёвка?.. МОРАЛЛЕ! Если ты сейчас сморозишь какую-то чушь в духе того, что «он сюда проник, только чтобы убить Вальца», я тебе голову оторву!

Капитан отвёл глаза, отчего Лорд стал ещё сильнее злиться.

— Говори! КАК ты додумался до ТАКОЙ глупости? Если я правильно помню ТВОИ донесения, — коготь тигролюда ткнул в грудь капитану, — то Скабре уже полтора месяца никто живым не видел. Я ни за что не поверю, что новик-нулёвка всё это время скрывался в моей крепости и оставался незамеченным.

— Я тоже так думаю, мой Лорд, — капитан кивнул.

— Бездна! Тогда откуда эта безумная догадка? — Валентайн зарычал.

— Вы помните спасённых из Гольца? — Лорд не ответил, а Моралле продолжил. — Среди них был мой подчинённый, Венчик ДеНуво. Смышлёный парень, работавший в Информационном Бюро. Я читал то донесение из Гольца. Почти все остальные выжившие относятся к другим районам Ностромо. Выглядело так, что неизвестный «стражник» нашёл всех, кого мог, пока двигался от колодца к Информационному Бюро. Я почти уверен, что если спрошу у Венчика про письмо Скабре, он скажет, что оно пропало… Либо так, либо наш таинственный «стражник» сам его забрал.

Капитан дал знак Лорду, что не хочет говорить при посторонних.

— Всем выйти! — рявкнул Валентайн.

Тот самый туалет, где был убит Вальц, опустел буквально за полминуты. Потянувшись к поясу, Моралле задействовал один из своих личных артефактов-глушилок. Такими пользовались все, кто связан с контрабандой.

— Это лишь догадка, мой Лорд, — быстро произнёс капитан, поглядывая на дверь. — У Скабре… Скажем так… Был конфликт с кланом Оуш. Мистер Вальц об этом знал.

При этих словах Пакур внешне резко успокоился… Это было настолько обманчивым ощущением, что Моралле хотел было продолжить, но вдруг ощутил накатывающий страх.

Всем в империи Колоссус известна одна особенность зверолюдей. Доходя до пика ярости, они становятся вдруг неестественно спокойными. В такие моменты их лучше не трогать. Именно это Моралле и ощутил и потому боялся смотреть в глаза Лорду.

— Ты хочешь сказать, — спокойно произнёс Пакур, — что Скабре вывел людей из Ностромо в Голец. Потом вернулся в город, как-то взломал барьер Оуш и натравил жуков. Затем пришёл СЮДА и убил Вальца. Причём провернул всё так, что его лица никто нигде не видел?