— Мы убьём тебя, если не расскажешь, — бесстрастно говорит Лео.
Он не колеблясь говорит: — Она прибывает в пятницу. В десять вечера. В доки.
— Ты уверен?
Он кивает. — Девушки из Европы. Какой-то новый дистрибьютор, с которым они начали работать.
— Ну, блять. — Лео трёт подбородок, глубоко задумавшись. — И старина губернатор Джонсон одобрил всё это?
Он кивает, капли пота стекают по его виску.
— И какого хрена он подумал, что может так поступить, когда знает, что Нью-Йорк наш?
Рот Джонни многократно открывается и закрывается, как рыба, вытащенная из воды: — Я не… я не знаю.
Лео достаёт пистолет и прижимает его к виску Джонни. — Не ври мне.
— Потому что он получает тридцать пять процентов от прибыли! — взвизгивает он, его грудь сбивчиво вздымается.
— Интересно. — Лео смотрит на Джонни. — А почему ты?
— Что?
— Почему они выбрали тебя? — Лео любит играть со своей добычей, и именно это он сейчас и сделает с Джонни. — Ты умный парень. Окончил Йель с отличием. Помолвлен. У тебя вся жизнь впереди. Или, по крайней мере, так показывает быстрая проверка твоего прошлого. Так почему они выбрали тебя, чтобы ты всё организовал?
Он выпрямляет спину. — Потому что они доверяют мне.
— Нет, — замечает Лео, качая головой, когда подходит ближе. — Потому что они знают: ты слаб, и никто не станет тебя искать, когда монстры доберутся до тебя. — Дуло пистолета Лео прижимается к животу мужчины, быстро выпуская пулю. Благодаря глушителю и ужасной музыке, гремящей из всех динамиков, никто ничего не слышит. — Уберите его отсюда, — приказывает Лео двум охранникам, которых мы взяли с собой. Они убирают его из моей хватки и выносят через коридор, исчезая за чёрным ходом. — Похоже, у нас будут выходные. — Он оглядывает комнату. — Валим на хер отсюда. Я хочу домой к жене. А тебе, похоже, нужно поспать.
Я киваю. Сон — это именно то, что мне нужно.
Когда мы пробираемся сквозь толпу, голос эхом разносится из динамиков: — Джентльмены, сегодня у нас для вас настоящее угощение. Девственница сцены! Я слышал, она немного застенчива, так что поприветствуйте наше новое пополнение — Алину!
Мы с Лео замираем на месте.
Волосы на затылке встают дыбом, когда свет в комнате тускнеет и луч прожектора направляется прямо на сцену позади нас.
— Он только что сказал…? — Слова Лео застревают в горле, когда он оглядывается через плечо.
Алина — распространённое имя, верно? Это может быть кто угодно. Это не значит, что это…
— Чёрт. — Лео сжимает моё плечо, его глаза расширяются, прежде чем он смотрит на меня. — Это она.
Грохот моего сердца — единственное, что я слышу, когда поворачиваюсь, совершенно не готовый к тому, что вижу.
Алина.
Женщина, которая годами жила в поместье Алари, пока её отец был правой рукой моего отца. Подруга моей сестры. И причина, по которой я стою здесь сегодня.
— Стой!
Мои глаза встречаются с её…
Мои колени касаются земли…
Её руки обхватывают меня…
Моё сердце грохочет в груди…
Высокий свист вырывает меня из мыслей, когда я смотрю, как она идёт к краю сцены, слегка спотыкаясь в паре блестящих туфель на каблуках, которые кажутся слишком высокими, чтобы любой здравомыслящий человек мог в них ходить. Мой взгляд скользит вверх по её длинным загорелым ногам к золотым трусикам бикини, едва прикрывающим её задницу, к её пышной груди, практически вываливающейся из золотого топа в тон.
Должно быть, я сплю. Вот и всё. Это просто какой-то дерьмовый кошмар, от которого я не могу проснуться.
Я энергично трясу головой и закрываю глаза, но после того, как открываю их и вижу, что она всё ещё на том же месте, огромный ужас накрывает меня.
Она нервно сглатывает, добравшись до шеста, её рука дрожит, когда она обхватывает его стройными пальцами. Алина пытается улыбнуться, но когда смотрит вокруг на всех, её улыбка исчезает, и глаза блестят от непролитых слёз, когда она щурится. А её очки, которые должны быть на переносице, вместо этого используются, чтобы убрать её тёмно-каштановые волосы до талии.
Какого хрена на ней нет очков?
— Чёрт возьми! Тряхни своей сладкой задницей для нас. — Мужчина стоит у самого края сцены, его руки на бортике, когда он наклоняется ближе, чтобы крикнуть: — Покажи мне свою киску, красотка. Я заплачу большие деньги за частную поездку. — Он протягивает пачку купюр и бросает их к её ногам, словно она какая-то шлюха.
Красный.
Всё, что я, блять, вижу, это красный.
— Что хочешь делать?
Слова Лео тонут, когда я иду через зал, расталкивая мужчин. Зажигательная песня гремит из динамиков — песня, под которую она, вероятно, должна раздеваться. Обнажить каждый дюйм своего безупречного тела для этих ублюдков.
Моё сердце бешено колотится, когда мой взгляд остаётся прикованным к ней.
— Сними это! — мужчины начинают скандировать в требовательном хоре. Свист и крики эхом разносятся вокруг меня, когда я вижу, как Алина убирает руку с шеста, позволяя ей упасть вниз. Она нервно оглядывается, затем внезапно закрывает глаза и поднимает руки к узлу за спиной.
Думаю, у меня сейчас, блять, случится сердечный приступ.
Я толкаю одного из придурков на пол, освобождая себе место, кладу руки на сцену, хватаюсь за край и подтягиваюсь.
Мои ноги с глухим стуком приземляются на сцену, когда я выпрямляюсь в полный рост, возвышаясь над Алиной. Её веки распахиваются, и паника кружится в её карих радужках. Карих глазах, в которых мужчина мог бы потеряться и никогда не хотеть, чтобы его нашли.
— М-Мауро, — заикаясь, говорит она, опуская руки и обхватывая себя. Она делает шаг назад, спотыкаясь в процессе. Я ловлю её, прежде чем она падает, обхватывая рукой её талию, мои пальцы скользят по гладкой коже. Когда я прижимаю её к себе, её глаза встречаются с моими, щёки розовеют, скорее всего, от смущения.
Но, возможно, это нечто большее…
— Эй, мудак! Уйди с дороги, чтобы мы могли увидеть шоу!
Слова выливают ушат ледяной воды мне на голову, мгновенно возвращая меня в реальность.
Охранник, вдвое меньше меня, идёт по сцене в нашу сторону. Я выхватываю пистолет из-за пояса брюк и наставляю его прямо на него. Он замирает, вскидывая руки в воздух, и медленно отступает.
Взглянув в сторону, я вижу, как мужчины пытаются заглянуть за меня, чтобы рассмотреть её. Они пытаются увидеть всё, что не имеют права, блять, никогда видеть. Они представляют её в своих мыслях, делающей извращённые вещи.
И я не могу этого допустить.
Почему? Просто.
Потому что ни один из этих придурков не достоин видеть, трогать или даже дышать тем же чёртовым воздухом, что и она.
Не раздумывая, я засовываю пистолет обратно в пояс, перекидываю её через плечо и кладу руку ей на задницу, чтобы защитить её от любопытных глаз.
— Мауро, опусти меня!
Она бьёт кулаком по моей спине. Но я не останавливаюсь. Я просто иду так быстро, как могу, чтобы убраться отсюда на хер, прежде чем сделаю что-то, о чём пожалею. Например, удалю глаза каждому мужчине, который видел её в таком виде.
— Подожди! — Женщина с длинными тёмными волосами, одетая почти в такой же наряд, как у Алины, уворачивается от толпы и бросается ко мне, протягивая сумку. — Это Алины. — Она вкладывает её в мою свободную руку, её взгляд мечется между Алиной и мной. — Я так понимаю, вы двое знакомы?
Я киваю.
— И ты не причинишь ей вреда?
Качаю головой.
— Хорошо, ну, тогда веселитесь!
— Вот так подруга! — кричит Алина, пока я быстро продолжаю путь, чтобы убраться отсюда к чёрту.
— Похоже, рак на горе свистнул! — говорит женщина позади нас, смеясь.
Понятия не имею, что это значит.
Лео появляется рядом со мной, когда мы выходим через чёрный ход. Он проводит рукой по лицу, качая головой, идёт к своему мотоциклу и закидывает ногу на одну сторону.
— Я сообщу Вину информацию от Джонни и… — Он сжимает руку на ручке газа, неловко глядя между нами. — Увидимся завтра. — Его шины визжат на парковке, когда он исчезает на трассе.
