Алина отстраняется и быстро поворачивается к столу, словно ей нужно пространство. Я смотрю, как она трёт лоб, качая головой, словно сожалея о том, что сказала.

Я моргаю, провожу рукой по волосам, пытаясь взять себя в руки.

«Что, если бы не было никаких правил?»

Она имела в виду…

— Мауро! — зовёт Вин.

Я делаю вдох и следую за Алиной к столу, занимая пустое место рядом с ней.

— Я умираю от голода, — говорит Илай, когда они с Мадлен садятся.

— В этом ресторане лучшая еда на острове, — говорит ему Лео.

— Это единственный ресторан на острове, — замечает Вин.

— Не могу поверить, что твой отец подарил это место твоей матери, — задумчиво говорит Скарлетт, подперев подбородок ладонью и глядя на пляж. — Это так романтично.

— Эй. — Лео тянет за край её стула, придвигая его вплотную к своему. — Я подарил тебе библиотеку.

Она улыбается. — Ты подарил мне гораздо больше.

— Добрый вечер всем. — Появляется женщина в белой поварской форме в сопровождении нескольких официантов. — Меня зовут Кармен, и сегодня вечером мы приготовили ужин из пяти блюд, начиная с гребешков в беконе, антипасто на шпажках и крабовых котлет. — Пальчики оближешь ароматы плывут по воздуху, когда тарелки расставляют по столу. — Приятного аппетита. — С вежливым кивком она исчезает, направляясь на кухню.

— Всё выглядит очень вкусно, — замечает Алина, сияя над тарелкой перед собой.

Мой взгляд скользит по ней. Определённо так и есть. От свободных волн её растрёпанных пляжем волос до зацелованной солнцем кожи — она выглядит столь же соблазнительной, как и блюдо перед нами.

— Земля вызывает Мауро. — Я вздрагиваю, поворачиваясь к Вину. — Легко. — Он смеётся, хлопая меня по плечу. — Я просто хотел попросить тебя передать соль. — Я беру её и отдаю ему. — Кто-то немного нервный.

Я напрягаюсь, когда понимаю, что Алина смотрит на меня с беспокойством, промелькнувшим на её лице.

— Ты не будешь есть? — спрашивает она с тенью беспокойства.

Я киваю, беру вилку и с большей силой, чем необходимо, накалываю кусок еды.

После четвёртого блюда Илай откидывается на спинку стула, потирая рукой живот.

— Не думаю, что смогу съесть ещё хоть кусочек.

Мадлен надувает губы. — А как же десерт?

Он усмехается, наклоняясь вперёд, чтобы взять её за подбородок. — Принцесса, у меня всегда есть место для десерта.

— Меня сейчас вырвет. — Вин щиплет переносицу. — Напомни мне, зачем я решил поехать в эту поездку со всеми вами, влюблёнными птичками?

— Эй, — встревает Лео, — это не наша вина, что твоя будущая жена шляется неизвестно где.

Глаза Мадлен расширяются. — Будущая жена? — Она быстро смотрит между ними. — Какая ещё будущая жена?

— Нет никакой будущей жены, — ровным голосом говорит Вин, ставя пустой бокал.

Лео усмехается. — Не по мнению одного известного контракта.

— Который станет недействительным, как только они все сдохнут! — кричит Вин, вскидывая руки.

— Обидчивый, — бормочет Илай.

Вин вздыхает и отодвигается от стола. — Я иду спать.

— Да ладно тебе, мы просто подкалывали тебя, — кричит ему вслед Лео.

— Кто-нибудь собирается ввести меня в курс дела? — с отчаянием спрашивает Мадлен.

— Потом, — говорит ей Илай, кладя руку на спинку её стула.

Я смотрю, как Вин идёт один к тёмному пляжу, затем на Алину, которая встречает мой взгляд своим понимающим.

— Поговори с ним. Я встречу тебя в доме.

«Поговорим позже?»

Она кидает, на её лице появляется маленькая, неуверенная улыбка.

Наклонившись вперёд, я целую её в висок, затем встаю и следую за ним.

Я нахожу его сидящим на песке в нескольких футах от того места, где волны лижут берег. Луна висит высоко, серебря воду и освещая береговую линию.

Сажусь рядом с ним, и он издаёт долгий вздох.

— Когда я сказал, что всегда готов поговорить, я имел в виду о твоих проблемах, а не о моих. — Он улыбается, но улыбка угасает, когда он смотрит на горизонт. — Я не могу жениться на ней, — тихо признаётся он. — Я имею в виду, я женюсь. Это то, на что я согласился, чтобы обеспечить безопасность своей семьи, но…

Он замолкает, и я достаю телефон, чтобы напечатать: «Есть кто-то другой».

Это не вопрос, а утверждение.

Я уже некоторое время знаю, что есть кто-то, кто захватил его сердце. Кто-то, кого он желает достаточно сильно, чтобы рискнуть гневом, который последует, если он не выполнит договорённый брак.

— Есть. — Он трёт заднюю часть шеи, глядя вниз, челюсть напряжена. — И забавно то, что я понятия не имею, кто она. — Он смотрит на меня, и я приподнимаю бровь, ожидая продолжения. — Мы провели… ночь вместе, и, скажем так, я не могу выкинуть её из своей чёртовой головы. Но проблема в том, что мы так и не обменялись именами. Я совершенно уверен, что она знала, кто я, я имею в виду, кто меня не знает? — Я закатываю глаза, улыбаясь. — Но я ничего о ней не знаю. — Он поднимает маленький камешек, вертя его в пальцах. — Я продолжаю говорить себе, что если бы она была заинтересована, то уже нашла бы меня, но я не знаю… Она как наркотик, ещё одну дозу которого мне нужно попробовать.

Я понимающе киваю, глядя через плечо на кабан вдалеке, тот самый, который мы с Алиной делим.

Вин толкает меня плечом. — Иди к своей жене. — Он усмехается. — Я в порядке. Правда. Просто даю себе ещё несколько минут, чтобы упиться самосожалением, а потом пойду в бар и как следует напьюсь.

Я вопросительно поднимаю бровь, чтобы убедиться, что он в порядке, и когда он кивает, встаю, отряхиваю песок с брюк и направляюсь к хижинам.

— Никому ни слова об этом, Мауро, — кричит Вин, и я поднимаю палец вверх, давая ему понять, что слышал его громко и ясно.

Глухой стук сопровождает мои шаги, когда я пересекаю деревянный мост, ведущий к отдельным домикам. Я прохожу мимо каждого, останавливаясь у последнего. Сделав ровный вдох, вхожу внутрь и нахожу тишину.

Почти слишком тихо.

Может быть, Алина ещё не вернулась.

Прозрачные белые занавески мягко колышутся у открытых окон, когда я прохожу через гостиную в спальню. Я замечаю, что раздвижная дверь открыта, и подхожу к ней, видя…

Трахни меня.

Алина сидит на краю встроенного джакузи, в руке бокал, трубочка между губ, и она смотрит на волны, накатывающие на берег.

Мой взгляд скользит по её телу, выставленному напоказ в чёрном бикини, которое мало что прикрывает. Её полная грудь практически вываливается из мягкой ткани, умоляя освободить. Длинные ноги мягко болтаются взад-вперёд, капли воды разбрызгиваются по её бёдрам.

Она кажется полностью поглощённой ритмом волн, не подозревая о той власти, которую она имеет надо мной, о тихой силе в том, как она существует под лунным светом.

Я с трудом сглатываю, моё дыхание становится тяжёлым.

Она поворачивается и видит меня, наклоняя голову набок, когда крутит крошечный розовый зонтик, затем ставит бокал рядом с собой, и на её лице появляется застенчивая улыбка.

Слова сейчас не нужны.

Потому что я знаю, чего она хочет.

И как её муж, я здесь, чтобы удовлетворить все потребности.

Я не колеблюсь, дёргая воротник рубашки, стягивая её через голову и бросая в сторону. Я не мешкаю, расстёгивая молнию на брюках и стаскивая их, оставаясь только в чёрных боксерах.

На быстротечный миг я беспокоюсь, что мой вид может напугать её. Но в её глазах, которые становятся голодными, и в движениях, которые замирают, очевидно обратное.

Она облизывает нижнюю губу, её руки лежат позади неё, когда она откидывается назад, её грудь умоляет меня подойти ближе. Дразнить её тело и доставить ей удовольствие, как ни один мужчина никогда не делал.

Спустившись в тёплую воду, я иду прямо к ней, не останавливаясь, пока не оказываюсь прямо между её ног. Я скольжу рукой вокруг её шеи, мой большой палец гладит её линию челюсти.

Её пухлые губы приоткрываются. — Давай поиграем в понарошку, муженёк, — шепчет она, её глаза закрываются, дыхание — с ароматом персика, клубники и всех остальных фруктов из её бокала — окутывает моё лицо.