Суета приема, бесконечные пафосные поздравления столичных чиновников и долгие тосты отца под конец начали меня утомлять. Я посмотрела на Киана и поняла, что он чувствует точно то же самое — нам двоим не место среди этой светской публики. Мы поняли друг друга без единого слова. Пользуясь тем, что гости отвлеклись на очередное праздничное объявление распорядителя возле фуршета, Киан крепче сжал мои пальцы и осторожно увлек меня за собой через незаметный боковой выход на темную, прохладную террасу особняка. Фамильяры лишь посмотрели нам вслед, но последовать за нами не захотели.

На улице нас встретил резкий, пронизывающий холод поздней осенней ночи. В воздухе пахло сыростью и скорыми заморозками. Мы буквально сбежали от шума праздника на задний двор. В полумраке под раскидистыми старыми дубами стоял его массивный черный магоцикл. Я со смехом сбросила с плеч тяжелые наградные ленты турнира, Киан накинул на мое вечернее платье свой пиджак, который пах морозной свежестью. Самому ему холодно не было, ведь он все же дракон. Я подхватила длинный подол платья и легко уселась на жесткое сиденье сзади него.

Киан завел мотор. Черный магоцикл мощно, глухо заурчал, отзываясь на пасс его руки, и мы на огромной скорости вылетели за кованые ворота семейного особняка, оставляя позади огни праздника. Я со смущением и нежностью намертво обняла его за талию, тесно прижимаясь всем телом к его надежной, широкой спине. Магоцикл несся по пустому ночному шоссе, унося нас прочь от академии, интриг Высшего совета и пережитого кошмара. Мы летели прямо к тому самому обрыву, где когда-то появилась наша привязка.

Магоцикл тяжело затормозил у обрыва, колеса смолкли в пожухлой, сухой осенней траве. Киан заглушил двигатель, опустился на землю и бережно помог мне спуститься с сиденья. Мгновенно опустилась звенящая, глубокая тишина. И в этот самый момент, словно по заказу, с темного ночного неба начал медленно и плавно падать первый пушистый снег. Крупные белые хлопья кружились в воздухе, бесшумно ложась на остывающую землю и тая на ладонях. Это было невероятно красиво.

Киан повернулся ко мне, его лицо в бледном свете луны казалось очень серьезным. Он бережно взял мое лицо в свои теплые ладони, заставляя посмотреть ему прямо в глаза.

— Я больше не отпущу тебя, Сандра, — негромко, но поразительно глубоко произнес он, и в его голосе сквозила такая мужская сила, что у меня перехватило дыхание. — Всё это время, каждую секунду этого дурацкого турнира я думал только о тебе. Я люблю тебя, ведьмочка.

Вся моя прежняя ведьминская защита, весь этот напускной цинизм и маски окончательно рухнули перед его честным взглядом. Сердце колотилось как безумное.

— Я тоже… Я тоже люблю тебя, Киан, — со смущением, но с огромной, щемящей радостью выдохнула я, пряча лицо у него на груди.

Он тихо хмыкнул, прижал меня к себе сильнее, а затем приподнял мой подбородок и поцеловал. Этот поцелуй был невероятно чувственным, глубоким, страстным и долгим. Его губы ласкали мои медленно, согревая в этой холодной осенней ночи, а вокруг нас в свете луны кружились первые белые хлопья чистого снега. Земля уходила из-под ног, магическая привязка в груди окончательно завязалась в один прочный, неразрывный узел. Всякая опасность была позади, игра Роуз окончена, а впереди нас ждал совершенно новый, наш общий путь. Мы стояли вдвоем у обрыва под падающим первым снегом, целуясь, и время для нас остановилось навсегда.

Бонусная глава

Прошло ровно три года с того сумасшедшего дня, когда я выиграла финальный этап турнира, и мы окончательно закрыли дело Роуз. Сейчас за окнами стоял тихий, прохладный вечер, а мы с Кианом уже два года как были женаты и жили в нашем собственном загородном особняке у подножия холмов. Муж получил заслуженное повышение в Министерстве магии, я вовсю занималась архивными исследованиями ковена ведьм, и наш семейный быт наконец-то стал тихим и спокойным. Мои фамильяры ни капли не изменились за это время. Паук лениво дремал на каминной полке, а Оникс нагло спорил со мной из-за порции вечерних деликатесов, развалившись на диване. Прошлые скандалы утихли, Мавра официально легализовали чиновники Высшего совета, и теперь он считался полноправным, хоть и жутко ворчливым членом нашей семьи.

Сегодня был особенный день, и я с самого утра находилась в странном, трепетном волнении. Я ждала Киана со службы, ужин в столовой уже был накрыт, но мысли упрямо крутились вокруг одной важной тайны. Утром я провела точный ведьминский тест и узнала потрясающую новость. У нас будет ребенок! Сердце колотилось от счастья, я до сих пор не могла до конца поверить в происходящее. Оникс и Мавр ворчали, что я слишком часто хожу из угла в угол и мешаю им спать, но мне было наплевать на их недовольство. Из окна я увидела, как на подъездной дорожке особняка замелькали яркие огни фар и раздался знакомый, мощный рокот мотора. На улице уже ложился первый робкий снег поздней осени. Киан вернулся.

Я быстро сбежала по лестнице в холл. Муж зашел в дом, устало сбросил свой неизменный пиджак и сразу прижал меня к себе, целуя в макушку. От него приятно пахло морозной свежестью и тем самым чистым, обжигающим теплом, которое я полюбила еще в академии. Между нами сквозила невероятная нежность, вся усталость дня мгновенно испарилась. Мы прошли в гостиную к камину, и Киан сразу заметил, что я веду себя непривычно тихо и смущенно. Он бережно взял мои ладони в свои, внимательно всматриваясь в лицо, и спросил, что случилось.

Я глубоко выдохнула, спрятала лицо у него на груди и тихо сообщила мужу, что он скоро станет отцом. В гостиной стало тихо. Киан просто замер на месте, уставившись на меня. А потом его суровое лицо мгновенно изменилось, я никогда еще не видела его таким счастливым. Он молча подхватил меня на руки, бережно закружил по комнате и стал целовать. Мавр же сразу подал голос с каминной полки — ехидно проворчал, что теперь в доме начнется полный дурдом. Лис в ответ радостно заверщал на весь холл. Прошлые беды остались позади. Мы стояли вдвоем у огня, крепко обнимаясь в полумраке, и впереди нас ждала долгая, хорошая жизнь.