Липкий страх когтями сжал моё сердце, но я не позволила себе поддаться ему, страх — это роскошь, которую я не могу себе позволить, по крайней мере не сейчас, сначала нужно придумать план дальнейших действий, а потом можно и попаниковать. Сейчас я в ответе не только за свою жизнь, но и за жизнь двух моих фамильяров.

Идти к ректору? Глупо, он либо не поверит (или сделает вид), либо начнёт задавать вопросы, на которые у меня нет ответов, либо, что ещё хуже, решит, что я всё придумала, чтобы привлечь внимание. К сыщикам я тем более не пойду, раз они скрывают это, то, боюсь, своими знаниями я сделаю себе только хуже, ведь у них возникнут вопросы, откуда я всё это знаю, а там и до второго фамильяра докопаются.

К матери? Она просто запретит мне выходить из дома и будет права с точки зрения безопасности, но я же не буду сидеть в затворничестве непонятно сколько времени, а если похитителя никогда не найдут.

Оставался только один человек, который мог сделать хоть что‑то с этой информацией и который, к сожалению, был самым неприятным вариантом из всех возможных. Преподаватель, шантажист, карьерист и просто невыносимый тип, тот, кто хотел выслужиться перед ректором (или кем повыше), и, конечно же, я сейчас говорю о Киане де Драктоне.

Пусть будет героем, пусть купается в лучах славы, а я просто хочу жить, чтобы жили мои фамильяры, чтобы никто больше не исчезал и чтобы наказали этого преступника, кем бы он ни был.

План, конечно, был не идеальным, но это был хоть какой‑то план, а в ситуации, когда ты следующая жертва, даже плохой план лучше, чем никакой.

Из библиотеки до кабинета моего шантажиста я шла по тёмным коридорам, и каждый шорох казался мне шагами преследователя, даже собственные шаги звучали слишком громко, будто кто‑то специально усиливал их эхо, чтобы напугать меня.

Хватит, это просто коридоры, просто моя паранойя, которая, кажется, теперь будет со мной всегда, пока не найдут похитителя.

Наконец я добралась до двери кабинета Киана, я остановилась, сжала кулаки, сделала глубокий вдох и громко постучала, за дверью послышалось движение, звук замка, и дверь распахнулась.

Глава 24

Киан де Драктон

Дверь распахнулась, и на пороге возникла Сандра, она была вся какая-то взъерошенная, нервная, но при этом всем на ее лице читалась решительность, только вот непонятно, отчего эта решительность взялась, либо она пришла заключить со мной какую-то сделку, либо же прибить. В итоге она выбрала первое, но с размахом, которым я не ожидал от нее, да что тут говорить, я такого не ожидал ни от одной черной ведьмы.

Не дожидаясь приглашения, она шагнула внутрь, метнулась к моему столу и буквально швырнула на столешницу потрепанный блокнот, вот это номер, хотя от этой ведьмы можно ожидать чего угодно.

— Вот, — выпалила она, уперев руки в бока. — Здесь всё: даты, имена, закономерности, я думаю, что знаю, кто будет следующей жертвой, это я. Можно устроить ловлю на живца, это лучше, чем просто сидеть сложа руки.

Прикрыв дверь, я нарочито медленно подошел к своему столу и, взяв в руки блокнот, начал медленно листать. Расчёты были пугающе точными, слишком чёткими для «случайных догадок перепуганной студентки», она явно потратила на это не один час и намеренно пыталась что-то откопать. Я приподнял бровь, стараясь не выдать ни малейшего волнения, внутри же у меня всё замерло, я знал, что Сандра — следующая жертва нашего похитителя. Ну я же не глупец, если студентка смогла до этого догадаться за несколько часов, то я уж и подавно знаю об этом.

Но буду честен, об этом я узнал совсем недавно, нет, про «пары ведьм» я знал давно (ведь это расследование ведут уже как два года), но про похищение некой Сесилии де Паргар я узнал за день до нашей вылазки в архив, а про то, что Сандра — ее «ведьминская пара», только на следующий день после этой чертовой вылазки. Конечно, я знал, что в день, когда пропала Сесилия, кто-то должен был пропасть, но, как всегда это бывает, я узнал, кто конкретно это был, слишком поздно.

Сандра не дала мне никакого времени на осмысление полученной информации.

— Вы ведь так хотите выслужиться перед ректором ради премии и повышения, — продолжила она, и в её голосе сквозил такой циничный расчёт, что я почти восхитился, но вот только почти. Ее слова меня совершенно не трогали, ведь они были лишь «милой сказкой» для черной ведьмы, ну а правду ей знать не обязательно, какая ей на самом деле разница, для чего я расследую это дело. — Забирайте это расследование, ловите преступника под своим именем, получайте орден, я помогу поймать похитителя, ведь охота ведется теперь за мной, но взамен забудьте про моего нелегального фамильяра навсегда, а нашу связь мы как-нибудь порвем, не переживайте!

Она предлагает мне сделку, как будто я какой‑то тёмный маг на базаре: «Вот улики, вот моё молчание про паука, торгуемся?». Но в её словах было слишком много правды, чтобы просто отмахнуться, и слишком много риска для неё, чтобы позволить уйти. Не спорю, идея про ловлю на живца просто замечательная, однако здесь есть одно «но»: она не первая жертва, которая участвует в операции «ловля на живца». Да-да, следствие давно в курсе «пар ведьм», как я и говорил ранее, и, конечно же, сыщики сразу же выходили на вторую половинку пары, поначалу пару раз они действовали скрытно (и жертву по итогу похищали), потом они начали оберегать жертв, но всё было тщетно: жертв всё равно каким-то образом похищали.

Я медленно наклонился и убрал блокнот в ящик стола так, чтобы она видела: я его взял, но не собираюсь делать вид, что пляшу под её дудку.

— Твоя инициатива, — произнёс я нарочито сухо, растягивая слова. — Отклонена.

— Что? — девушка моргнула, будто не поверила своим ушам, и переспросила. — Вы не хотите поймать похитителя? Это же готовый орден! Да вы и без меня вели это расследование, если вы думаете, что мне нужны будут какие-то лавры за заслуги, то вы глубоко ошибаетесь.

— Нет, и на этом, пожалуй, мы закончим, — холодно ответил я.

— Ну да, — протянула она с ядовитой улыбочкой. — Конечно, вы же у нас благородный дракон, только благородные драконы не заставляют студенток с помощью шантажа лазить ночами по архивам.

Я подавил желание закатить глаза, вместо этого я включил режим строгого преподавателя, тот самый, от которого даже самые дерзкие третьекурсники начинали смотреть в пол и бормотать извинения.

— Твои выводы мне не интересны, — сказал я, понизив голос до того самого тембра. Я знаю, что шантаж — не самый лучший мой поступок, но на самом деле я просто хотел немного наказать одну несносную лживую маленькую ведьмочку, чтобы впредь она не обманывала людей и не нарушала их же регламент, поначалу я и не планировал отправлять ее в архив, это было спонтанным решением на приеме ее матери, а после того как я узнал, что у нее появился второй фамильяр (и, естественно, после привязки), а потом еще сюда навалилось будущее похищение, я решил держать ее поближе. — Слушать нравоучения студентки я не намерен.

— Да вы… — начала она, задыхаясь от возмущения. — Да вы просто боитесь, что если я окажусь права, то выяснится, что вы тут вообще ничего не замечаете!

Я резко ударил ладонью по столу не сильно, но достаточно, чтобы она вздрогнула и замолчала.

— Хватит, — отрезал я. — Ты не детектив, ты студентка, и твоя задача — учиться, а не искать преступников.

— Моя задача — не исчезнуть! — выкрикнула она. — Сесилия пропала две недели назад! А мы с ней заклятые враги, а значит, пара ведьм, и значит, следующей буду я! Или вы думаете, что я все это делаю только чтобы вы отстали от меня⁉ Да сдались вы мне, моя главная проблема — это похититель, я просто хочу жить и хочу, чтобы жили мои фамильяры!

На мгновение я позволил себе показать то, что прятал за маской высокомерия — настоящую тревогу, но тут же снова надел маску.

— Именно поэтому, — произнёс я уже тише, но не менее жёстко. — Ты не будешь никуда лезть, ты будешь сидеть тихо, ходить на занятия и не делать глупостей.