И хотелось бы спросить, где мозги! Неужели этот чертов турнир настолько важнее собственной жизни? Да и сдался ей этот турнир, у нее мать и так верховная ведьма! Если я не ошибаюсь, то выигрыш там как-то связан с обучением у верховной ведьмы, ну неужели мать не научила чему-то свою дочь? Если бы я не был знаком с Ирмой де Этвин (с ее матерью), то мог бы подумать, что женщина там до ужаса принципиальная даже со своими родными и учить просто так никого не будет. Но нет, Ирма вполне любит свою дочь и готова ей помочь в любую секунду.

Я усадил девушку на диван, откинул плащ и, взяв ножницы со стола, одним точным движением разрезал платье и пропитанную кровью повязку, открыв вид на рану, внутри всё сжалось от ужаса при взгляде на хрупкую девушку с такой раной. Почему-то каждое мое движение казалось слишком резким, каждое прикосновение слишком грубым, я боялся причинить боль, но все же понимал, что медлить нельзя, нужно как можно быстрее обработать рану.

Быстрым шагом я приблизился к шкафчику с разными травами и настойками и начал наводить заживляющую мазь, благо у меня были все нужные ингредиенты для ее создания, а потом я почувствовал своего дракона. На какое-то мгновение я даже впал в ступор, почувствовав, как дракон внутри меня начал метаться, как зверь в клетке, требуя вылечить девушку как можно быстрее, а потом сцапать и унести подальше от всего этого. Я мотнул головой, отгоняя странное желание, и вновь вернулся к замешиванию мази.

Меня до скрипа зубов злило, что эта упрямая ведьмочка не пошла к лекарям, хотелось встряхнуть ее, чтобы она очнулась и увидела, что она творит, но сейчас уже было поздно что-либо менять, а вылечить я смогу ее и сам.

Пока я бинтовал бок, краем глаза ловил каждую её реакцию: как вздрагивают ресницы, как сжимаются пальцы на обивке дивана, как она стискивает зубы, чтобы не застонать от боли, я боялся сделать ей больно, поэтому не мог перестать делать это.

Когда рана начала затягиваться под действием мази и магии, которую я вливал в нее, я почувствовал, как начинаю успокаиваться и собираться с мыслями, наконец-то я могу трезво мыслить.

Я откинулся на спинку стула, провёл рукой по лицу, стирая напряжение, и посмотрел на неё. Сандра спала, свернувшись калачиком под пледом. Смотрелась она так, будто и не умирала только что в этом Аурскарском лесу, а просто притомилась после обычного учебного дня. Оникс вместе со вторым фамильяром устроились рядом с ней, охраняя от любого нежеланного гостя. Я наблюдал за этой картиной в полумраке комнаты. Светильники пришлось выключить, чтобы не мешать ей, и я никак не мог заставить себя отвернуться. В этот момент я дал себе слово: никто больше не посмеет обидеть её. Даже она сама. Я сделаю всё возможное, чтобы спасти эту вредную ведьмочку.

Я встал, тихо поправил плед, чтобы ей было теплее, и отошёл к окну. Завтра я обязательно придумаю, как обеспечить её безопасность насовсем. Я отыщу похитителя, какая бы цена за это ни назначилась. Потому что эта невыносимая, упрямая, дерзкая девчонка действительно стоит того, чтобы за неё бороться.

Глава 36

Кассандра де Этвин

Я проснулась от того, что кто‑то громко и с удовольствием похрапывал прямо над ухом, открыла глаза и первым делом увидела Оникса, который развалился в кожаном кресле Киана, растянувшись в почти всю длину и слегка подёргивая лапой во сне.

— Ты что, всерьёз решил занять его кресло? — прошипела я, садясь и тут же прислушиваясь к себе, бок больше не болел. — Оникс, если он тебя увидит, то пустит на коврик для ног.

Этот мохнатый лис приоткрыл один глаз, лениво скосил его на меня и зевнул так сильно, что оставалось только удивляться, как он не свернул себе челюсть.

— А что? — пробурчал он. — Я тут дежурил, следил, чтобы никто не ворвался и не начал читать тебе лекции раньше времени, а за это полагается компенсация в виде комфорта.

Я фыркнула, но спорить не стала, честно говоря, приятно было проснуться и не почувствовать боли, а также увидеть живых и здоровых фамильяров. Рана затянулась не идеально, конечно, скорее как старая царапина, которую уже не стыдно показать, но лучше не трогать.

Ладно, пока суровый дракон отсутствует, надо воспользоваться моментом и исчезнуть до того, как начнётся разбор полётов, он наверняка начнёт мне читать лекцию о том, как я плохо вчера поступила, что нужно думать головой.

Я начала быстро собирать свои вещи, и тут Оникс приподнялся в кресле, встряхнулся, и на секунду в нём проглянул тот самый серьёзный фамильяр, которого я иногда забывала замечать (ага, Оникс тоже бывает серьёзным).

— Сандра, — сказал он уже без шуток. — До конца турнира остался месяц, а это значит, у нас остался месяц до… Ну, ты понимаешь, о чём я, и у нас по‑прежнему ноль зацепок, вообще ни одной, как будто похититель — это призрак, который питается слухами и не оставляет следов.

Внутри всё неприятно ёкнуло, я понимаю, что осталось всего ничего, но что я могу с этим сделать? Я даже не представляю, где начать искать!

— И что ты предлагаешь? — буркнула я, стараясь звучать дерзко, а не испуганно. — Вломиться в Министерство магии и спросить, что им известно по делу о похищении ведьм?

— Нет, — спокойно ответил этот комок шерсти. — Но у нас есть кабинет декана боевого факультета, который явно знает больше, чем говорит, и он сейчас отсутствует. Это не совпадение, это шанс!

Мавр согласно кивнул, будто это была самая логичная мысль за утро, хотя, будем честны, мысль и правда отличная, да и чего говорить, я сама об этом не так давно думала, еще и следить за ним хотела, а тут такой шанс.

— Ладно, — выдохнула я. — Пять минут и только то, что лежит на виду. Никакого взлома шкафов, никаких тайных сейфов, просто быстрый осмотр.

Кабинет Киана де Драктона был таким же строгим, как и его владелец: минимум лишних деталей, максимум функциональности: книги по боевой магии, стопки отчётов, карта региона с какими-то непонятными пометками. Казалось, что на столе нет ничего лишнего, кроме одного листка, который лежал чуть криво, будто его торопливо положили и тут же забыли.

Я подошла ближе, стараясь не дышать слишком громко, будто это чем-то может помочь мне, это был официальный бланк Министерства Магии с печатями, взяв документ в руки, я начала читать:

Старший следователь Министерства Магии Киан де Драктон…

Читать дальше я не стала, ошарашенно застыв на первой строчке, пазл в моей голове теперь встал на свои места. До меня начало доходить, почему он так много знает о похищениях, почему его «шантаж» был единственным легальным способом держать меня рядом и охранять, почему он всегда оказывался там, где становилось опасно, он не просто преподаватель, он следователь, и не какой‑нибудь рядовой, а старший.

Я сглотнула, то есть все эти двухнедельные лекции про контроль магии, про щиты, про то, как не паниковать в бою, это была не просто учёба, это была подготовка. Плевать он хотел на мой турнир, он готовил меня к тому, что может случиться, чтобы я выжила при встрече с похитителем, если он не успеет ничего сделать.

От этой мысли стало одновременно тепло и обидно, тепло, потому что кто‑то всерьёз думал о том, как меня защитить, а обидно, потому что эта защита была не от чистого сердца, а потому что это его работа.

Я тряхнула головой и начала медленно читать, в общем-то это был стандартный отчет о проделанной работе, Киан описывал, что удалось найти, а что нет, и тут в самом конце была приписка про то, что заставило похолодеть меня изнутри:

Объект наблюдения: нелегальный физический фамильяр (паук).

Статус: неизвестен Министерству.

Я медленно подняла глаза, будто надеялась, что строчка исчезнет, если я посмотрю в другое место, но она не исчезла, неужели он собирается… Хотя о чем это я, он и есть Министерство Магии, ему и не нужно никому рассказывать.

— Они знают про Мавра, — тихо сказала я, чувствуя, как в горле встает ком.