Телефон пиликнул. Сообщение от Насти.

“Я задумала ремонт и перестановку. Надоело смотреть на одни и те же обои в отеле, хочу больше красок в свою квартиру. На неделе увидимся — сходим в магазины, отметим твою победу нормально. Целую”.

Алиса улыбнулась. Настя всегда была такой — быстрой, решительной, не любящей сидеть на месте. Алиса пожелала ей удачи и предложила любую помощь.

Она отложила телефон, встала, накинула халат. Босиком прошлепала по тёплому полу на кухню, включила чайник. Унылая погода совсем не испортила её настроения. Алиса стояла у окна, смотрела на серое небо и чувствовала, как счастлива. Пора было готовить завтрак и будить Мишку.

В дверь позвонили.

Алиса накинула халат поплотнее, пошла открывать. На пороге стоял Витя — мокрый, в каплях дождя на ветровке и волосах, с рюкзаком за спиной и пакетом в руках.

— Отвратительно, — сказал он, отряхивая куртку в прихожей. — Я промок до нитки.

— Проходи, — Алиса обняла его, прижалась на секунду, чувствуя, как мокрая ткань холодит щеку. — Ты завтракал?

— Ещё нет, — он поднял пакет.

На кухне Витя разложил продукты на столе — свежие булочки, сыр, колбаса, йогурты, фрукты. Поставил чайник. Алиса смотрела, как он хозяйничает, и чувствовала, как внутри разливается тепло. Витя всегда был таким — заботливым, надёжным, готовым прийти на помощь в любую минуту.

— Тиграна сегодня не ждать, да? — спросил он, разливая чай по чашкам.

— Сказал, дел много накопилось.

— Ещё бы. Он столько времени с нами провёл.

Алиса кивнула. Витя прав — Тигран бросил всё, чтобы помочь ей. Рисковал работой, репутацией, даже отношениями с матерью.

Мишка проснулся, прибежал на кухню с Рексом в руках, сонный, лохматый, с красной полосой от подушки на щеке. Увидел Витю и засиял.

— Дядя Витя!

— Доброе утро, засоня, — Витя подхватил его на руки и закружил.

— Я хочу есть, — важно сказал Мишка.

— Садись, — Алиса поставила перед ним тарелку с кашей.

Мишка уплетал кашу, болтал ногами, рассказывал про сон, в котором он был динозавром — большим и страшным, но добрым. Витя слушал, смеялся, подливал ему сок, поправлял салфетку, которую Мишка всё время ронял.

— Как свободная жизнь? — спросил он Алису, когда Мишка отвлёкся на игру с ложкой.

— Хорошо, — ответила она. — Правда всё ещё немного странно.

— Это нормально, — Витя отпил чай. — Пройдёт. Скоро ты привыкнешь, что можно не бояться.

Алиса смотрела на брата и думала о том, как он изменился за это лето, будто повзрослел. Стал серьёзнее. Но внутри остался тем же Витькой, который защищал её во дворе от мальчишек и лепил с ней пирожные из пластилина.

После завтрака Мишка потребовал играть. Витя изобразил фокусника достал из рюкзака новый конструктор — космический корабль. Они устроились на ковре в гостиной. Детали были яркими, красными и синими, с блестящими наклейками, и Мишка тут же принялся сортировать их по цветам.

Алиса сидела рядом на диване, поджав ноги, и смотрела, как брат и сын строят ракету. Витя объяснял Мишке, какие бывают планеты, почему звёзды светятся, зачем космонавтам скафандры. Мишка слушал с открытым ртом, задавал тысячу вопросов. “А на Марсе живут люди?” “А почему Луна круглая?” “А можно мы полетим в космос?” Витя терпеливо отвечал на каждый.

— Ты будешь хорошим папой, — сказала Алиса.

— Спасибо, — Витя улыбнулся, не отрываясь от конструктора. — Но сначала надо доучиться. И найти девушку, которая согласится терпеть такого занятого раздолбая.

— Найдёшь, — Алиса улыбнулась. — Ты у нас хороший.

— Это ты у нас хорошая, — ответил Витя.

Они играли до обеда. Космический корабль получился огромным, с крыльями, антенной и даже кабиной для космонавта, которую смастерили из пластмассовой коробки. Мишка гордо показывал его Алисе, требовал сфотографировать и отправить дяде Тиграну.

— Обязательно, — пообещала Алиса, доставая телефон. — Вот, улыбнись.

Мишка прижал корабль к груди, широко улыбнулся, показывая щербинку между передними зубами, — недавно потерял молочный зуб. Алиса нажала на кнопку, потом ещё раз, потом ещё.

— Хватит, — сказал Мишка. — А то дяде Тиграну надоем.

— Ему никогда не надоест смотреть на тебя, — Алиса убрала телефон. — Он тебя обожает.

— И я, — кивнул Мишка и вернулся к кораблю.

Алиса посмотрела на часы. Половина первого. Время пролетело незаметно. Витя поднялся с ковра, потянулся, хрустнув спиной.

— Надо бы пообедать, — сказал он. — И мне пора собираться.

— Как пора? — Алиса нахмурилась.

— Скоро учёба, надо повторить материал. А то придёт Палыч и спросит что-нибудь, а я не в зуб ногой.

— Палыч — это ваш профессор? — улыбнулась Алиса.

— Палыч — это наше всё, — ответил Витя. — Если он спросит, а я не отвечу — пиши пропало. Потом весь семестр отрабатывать.

Он помолчал, потом добавил уже серьёзно:

— Я уже написал родителям, что всё хорошо закончилось. Что суд выиграли, что Мишка остаётся с тобой.

Алиса стукнула себя по лбу.

— Господи, я совсем забыла! Я им даже не позвонила.

— Всё нормально, — Витя улыбнулся. — Мама гордится тобой. Говорит, что ты молодец и что она так и знала, что ты справишься.

Москва. Август, 2025 год.

Алиса накрывала на стол, когда в дверь позвонили. Она поправила салфетки, одернула футболку, посмотрела на себя в зеркало в прихожей — волосы растрепались, щеки горели. За окном всё ещё моросило, но в квартире было тепло.

Она открыла дверь.

Ольга Николаевна, как всегда, была собрана — ничто не выдавало, что она несколько часов провела в дороге. В руках — скромная сумка через плечо. Рядом — Витя, мокрый, с виноватой улыбкой.

— Здравствуй, Алиса, — сказала бабушка.

— Бабушка! — Алиса шагнула вперёд, обняла её, прижалась к жёсткой ткани платья. — Как ты доехала? Почему не предупредила?

— А ты бы меня отговорила, — ответила бабушка, похлопав её по спине. — Впустишь или так и будешь держать на пороге?

Алиса отстранилась, улыбнулась.

— Проходите.

Ольга Николаевна переступила порог, оглядела прихожую. Взгляд скользнул по вешалке, по обуви, по стенам. Бабушка всё отмечала — каждую деталь, каждую мелочь.

— Неплохая квартира, — сказала она.

— Да, — Алиса повела их на кухню. — Тигран очень старался. Бабушка сняла туфли, поставила их аккуратно у стены. Витя стянул кроссовки, бросил их как попало. Бабушка посмотрела на него с лёгким укором, но ничего не сказала.

Ольга Николаевна медленно обходила квартиру. Останавливалась у книжных полок, у картин, у закрытой двери в спальню. Алиса чувствовала на себе этот оценивающий взгляд. — Пойдёмте на кухню, — сказала Алиса. — Я чай поставила.

— Где можно руки вымыть?

Алиса показала, где ванная. Бабушка вышла, и в кухне повисла тишина. Витя выдохнул, откинулся на спинку стула.

— Вить, — Алиса подалась вперёд. — Что происходит? Зачем она приехала? Ты говорил с ней в дороге?

— Говорил, — Витя поморщился. — Но она всю дорогу молчала. Я спрашивал, зачем приехала, — не ответила. Только про Тиграна расспрашивала. Как вы познакомились, как он к тебе относится.

— А ты что сказал?

— А что сказать? Что он нормальный парень. Что вы же встречались, она его видела.

— И она?

— Ни слова, — Витя пожал плечами. — Я уже думал, может, она решила сбежать из дома в Москву, пожить у вас? Но вещей-то нет. Только сумка.

Алиса сжала кружку. Внутри поднималась тревога. Бабушка никогда не была такой. Она ворчала, критиковала, учила жизни — но никогда не молчала.

— Может, она заболела? — предположила Алиса. — Может, с ней что-то случилось?

— Не знаю, — Витя покачал головой. — Она выглядит нормально.

Из коридора послышались шаги. Бабушка возвращалась.

— Всё, — сказал Витя одними губами. — Держись.

Ольга Николаевна села за стол, оглядела угощение.

— Неплохо, — сказала она.