— Кристина? — переспросил Витя. — Та, с которой ты потом...

— Да, — кивнула Алиса. — Та, с которой мы жили. Она была старше, ей уже исполнилось восемнадцать. Она сказала: "Приезжай, я покажу Москву". Бабушка не хотела отпускать. Сказала, что я пропаду. Что в Москве только и ждут таких дурочек. Но я соврала. Сказала, что еду узнавать про подготовительные курсы для поступления. Отец обрадовался — думал, я решила идти на медицину. Мама... мама сказала: "Будь осторожна".

Алиса помолчала. В гостиной было тихо, только гудел холодильник на кухне да где-то вдалеке сигналила машина.

— В Москве Кристина встретила меня на вокзале. Мы поехали к ней. Она жила с братом, Андреем. У него была свободная комната. Андрей работал в клубе звукорежиссёром. И в тот же вечер он сказал: "Пойдём, я вас проведу".

— В клуб, — догадался Тигран.

— Да, — Алиса усмехнулась. — Я никогда не была в клубах. В нашем городе их не было. А тут — музыка, свет, толпа, все такие красивые, такие свободные. Я не пила. Я боялась, что потеряю контроль. Просто смотрела и фотографировала. У меня был старый фотик, я его везде таскала. Снимала Кристину, снимала танцующих, снимала игру света.

Она замолчала, и в тишине комнаты вдруг стало слышно, как бьётся её сердце. Или это показалось.

— А потом была проверка, — сказала она. — Полиция начала проверять документы. Мне было семнадцать, я не могла там находиться. Я испугалась так, что не могла дышать. Думала, сейчас меня заберут, позвонят бабушке, и всё... всё кончится, не начавшись.

— И Эдик? — тихо спросил Витя.

— Он вынырнул из толпы, — Алиса смотрела в стену, будто видела ту сцену. — Высокий, красивый, уверенный. Схватил меня за руку, вытащил из очереди. Сказал полицейским: "Эта девушка со мной. Личный гость. Всё в порядке". И они... они отступили. Просто взяли и отступили.

Она повернулась к Тиграну. В её глазах горела ярость.

— Ты понимаешь? — спросила она. — Впервые в жизни кто-то меня защитил. Не критиковал, не давил, не говорил, что я должна. Просто взял и защитил. Я почувствовала себя... в безопасности.

Тигран молчал.

— После он пригласил нас за свой столик, — продолжала Алиса. — Заказал шампанское, хотя я не пила, и ему это понравилось. Он сказал: "Ты не такая, как все. Ты стоишь с камерой и смотришь на мир иначе". Я тогда подумала — он видит меня настоящую.

— Алиса, — начал Тигран, но она перебила.

— Он спросил, почему я так испугалась проверки. И я рассказала. Про бабушку, про давление, про то, что не знаю, чего хочу от жизни. Он слушал. Не перебивал, не давал советов, просто слушал. А потом сказал: "У меня тоже сложные отношения с родителями. Знаю, каково это — когда тебя не понимают".

Она усмехнулась, но в усмешке не было веселья.

— И я поверила. Поверила, что мы похожи. Что он — такой же, только сильнее, потому что смог вырваться.

— И он предложил тебе остаться, — тихо сказал Витя.

— Предложил работу фотографа. Снимать вечеринки, гостей, интерьеры. Эдик обещал студию, оборудование и обучение. Сказал: "Зачем тебе этот городишко? У тебя талант, я вижу. Оставайся, я помогу".

Июль 2025 года. Москва.

Алиса сидела на полу, окруженная распечатками, которые Тигран разложил по всей комнате. На одной стене висела схема клуба, которую она нарисовала сама — коридоры, лестницы, запасные выходы, кабинеты. На другой — распечатки с камер наблюдения, досье на охранников, графики смен, имена, привычки — все, что смог найти Тигран.

— Смена заступает в восемь утра и восемь вечера, — Алиса водила пальцем по схеме. — В это время в коридорах пусто. Все либо на входе, либо в комнате охраны. Там они обычно пьют чай и смотрят телевизор.

— Сколько человек в смене? — Тигран сидел напротив, делал пометки в ноутбуке.

— Четверо. Двое на входе, один в комнате охраны, один ходит по периметру. Но ходит он редко. Эдик не экономил на безопасности, но думал, что его все боятся, поэтому сильно не заморачивался.

— А ты? — Тигран поднял глаза.

— Я я его любила, — Алиса усмехнулась. — и не представляла угрозы.

Витя сидел в углу на диване, сжимая кружку с остывшим чаем. Он не вмешивался, только слушал. Смотрел на сестру, которая говорила о клубе, где провела три года, с таким спокойствием, будто описывала чужую квартиру. Это было страшнее, чем если бы она плакала.

— Черный ход выходит в переулок, — продолжала Алиса. — Там нет камер. Я проверяла. Три раза выходила, пока Эдик не поставил сигнализацию.

— Сигнализация?

— Магнитная на дверях, открыть — срабатывает. Но я знаю как он выбирает код отключения. Он менял его каждый месяц, но всегда использовал одну комбинацию цифр — день рождение его матери.

Витя подавился чаем. Алиса зыркнула на него и продолжила:

— Сколько мне понадобится времени?

— Внутри кабинета — три минуты максимум. Мне нужно, чтобы ты установила устройство, дождалась его соединения с сетью — я дам тебе сигнал. А потом — быстро возвращаешься. Но если по истечении времени сигнал не будет налажен — значит, есть глушилка. И ты выходишь, принимая, что у нас ничего не получится, а дальше рисковать опасно. Алиса выдохнула и кивнула. Ей не хотелось уходить ни с чем.

— А если получится?

— Если получится, то у нас будет все необходимое..

Тигран кивнул. План был безумным. Но другого не было.

— Когда? — спросил Витя из угла.

— Завтра, — ответила Алиса. — Я больше не могу ждать.

Тигран встал, подошел к ней, взял за плечи.

— Ты уверена?

— Я никогда не была так уверена, — ответила она, глядя ему прямо в глаза. _______

Июль 2025 года. Москва. Клуб «Эгоист».

Алиса стояла на углу здания около задней двери для персонала с картонной коробкой в руках, вжимаясь спиной в холодную кирпичную стену. Сердце колотилось, дыхание сбивалось, но она заставляла себя дышать ровно. Тигран в наушнике молчал — это был уговор: пока она не войдет, ни звука. В коробке были накладные, распечатанные из интернета, и пара пустых папок — Тигран настоял, чтобы у нее был весомый предлог. Если спросят — она курьер из службы доставки. Кепка с логотипом курьерской фирмы низко надвинута на лоб, волосы спрятаны. Лица не разглядеть, если специально не вглядываться. А кто будет вглядываться в лицо курьера?

Алиса хорошо выучила привычки Эдика и знала, что он любил проводить время с пользой. Вот и сейчас он полезно для себя работал на встречи с партнерами. Тигран и его команда смогли отследить перемещения Эдика. В клуб он приедет уже после открытия и сразу за вип-стол вместе с новыми клиентами. Они выбрали идеальное время — подготовка к открытию начинается в семь вечера, в шесть тридцать сменяется охрана. Алиса посмотрела на часы: 17:20. У неё есть пара минут, чтобы настроиться. Нужно дождаться, когда охранники отвлекутся на приветствия и болтовню — сколько раз она видела, что молодые ребята, которых нанимает Эдик, спокойно треплятся и покидают рабочее место не обращая внимания на должносные инструкции.

Рука сама потянулась к карману, где лежала маленькая флешка — та, которую Тигран отдал ей перед выходом. Не обычная — программным обеспечением, которое позволит им получить удаленный доступ к серверу клуба, не тратя время на поиски физических носителей. План был простым: зайти, воткнуть флешку, выйти.

— Не геройствуй, — сказал Тигран перед тем, как она вышла из машины. — Если что-то пойдет не так — ты курьер, который забыл накладную. Извинись, разворачивайся и уходи, не поднимая головы, чтобы не узнали. Данные не стоят твоей жизни.

— Но стоят моей свободы, — ответила она.

Он сжал ее руку так сильно, что побелели костяшки.

— У тебя все получится.

Теперь, стоя у черного входа, Алиса чувствовала его присутствие через наушник. Он где-то там, в машине, следит за камерами, за охраной, за всем, что она не видит. Она не одна.