— Это не угрозы, — тихо сказала Алиса. — Это просто… унижения.

— Подожди, — Тигран пролистал дальше. — Вот.

Алиса прочитала и почувствовала, как кровь отхлынула от лица.

"Если ты еще раз посмеешь мне перечить, я сделаю так, что ты никогда не увидишь сына".

"Ты думаешь, ты куда-то денешься? Ты — моя. И никуда не уйдешь".

"Я уничтожу тебя. Ты даже не представляешь, на что я способен".

— Это уже похоже на угрозы, — сказал Тигран.

— Он был пьян, — прошептала Алиса. — Когда писал это. А потом извинялся. Говорил, что не помнит. Просил простить.

— И ты прощала.

— Я прощала, — она сглотнула. — Он всегда извинялся красиво, дарил цветы, говорил, что любит и просто вспылил… Я думала, что он правда просто такой человек.

Утро было ясным. Алиса открыла глаза и первое, что увидела — солнечные лучи, пробивающиеся сквозь щель в шторах. Мишка уже возился в своей комнате, напевая что-то, и от этого звука внутри разливалось тепло.

— Мам! — крикнул он из коридора. — Мы идем гулять? Ты обещала!

Алиса улыбнулась, натягивая джинсы.

— Идем, идем. Сначала завтрак.

Они позавтракали на скорую руку — каша для Мишки, кофе для неё. Тигран уехал на работу еще до того, как они проснулись. Он оставил записку на столе: “Хорошего дня. Целую”. Алиса взяла листок, провела пальцем по буквам, улыбнулась.

— Мам, ну когда? — Мишка уже стоял у двери, натянув кепку задом наперед.

— Иду, мой генерал.

Они прошли в парк, который был совсем недалеко от их жилого комплекса. Маленький, уютный, с фонтаном в центре и старыми липами, которые давали густую тень. Алиса отпустила Мишкину руку, и он сразу побежал к горке, взлетел на неё, скатился, засмеялся.

— Мама, смотри!

— Смотрю, — она села на лавочку, наблюдая, как сын носится по площадке. Солнце светило, птицы пели, пахло летом и счастьем.

Они гуляли до обеда. Мишка катался на качелях, потом на карусели, потом потребовал мороженое. Алиса купила, потом он увидел сладкую вату и уставился на неё такими глазами, что она не смогла отказать.

— Сегодня можно всё, — сказала она, и Мишка просиял.

В кафе они взяли пиццу и сок. Мишка уплетал за обе щеки, измазался в томатном соусе, и Алиса смеялась, вытирая его салфеткой.

— Ты похож на тигренка, — сказала она.

— А дядя Тигран — большой тигр! — заявил Мишка. — А я — маленький. Мы вместе будем рычать.

Алиса рассмеялась. Ей было хорошо.

Потом они еще гуляли по парку, Мишка познакомился с несколькими ребятами, которые кидали друг другу мяч. Алиса устроилась на лавочке, смотрела на сына и улыбалась. Так она и просидела на скамейке, наблюдая за сыном. Раньше бы она пожалела, что не взяла ноутбук — можно было бы поработать. Или выкладывала бы очередной пост, чтобы привлечь новые заказы. А ещё бы переживала, каким вернется Эдик с работы… Уже во дворе жилого комплекса Мишка попросился на качели. Алиса усадила его, встала рядом, подталкивая. Солнце клонилось к закату, двор был почти пуст — пара ребятишек и несколько мамочек на лавочке напротив.

Алиса не обратила на них внимания сначала. Но потом заметила, что они странно смотрят на неё.

Одна что-то сказала другой, та кивнула, покосилась на Алису. Третья достала телефон, что-то быстро набрала, потом снова посмотрела — уже с каким-то странным выражением, в котором читалось не любопытство, а осуждение.

Алиса почувствовала, как внутри все сжалось. Она забрала Мишку с качелей, схватила за руку.

— Пойдем, малыш. Пора домой.

— Но я еще хочу! — запротестовал Мишка.

— Я понимаю, — Алиса почти бегом вела его к подъезду. — Но нам пора.

Она не оборачивалась, но спиной чувствовала взгляды.

____

Дома Алиса разогрела суп, который Тигран сварил накануне — он оказался не только гением программирования, но и неплохим кулинаром. Мишка уже искупался, надел пижаму с динозаврами и сел за стол, но буквально через пять минут его голова упала на грудь, а ложка выскользнула из рук.

— Иди спать, зайчик, — Алиса подхватила его на руки, отнесла в кровать.

Мишка засопел, прижимая к себе Рекса. Алиса поправила одеяло, поцеловала в лоб и вышла, прикрыв дверь.

На кухне она взяла компьютер, села на диван, открыла ноутбук. Просто чтобы отвлечься, проверить почту, может, посмотреть что-то легкое.

Она открыла свой аккаунт в социальной сети и замерла.

Уведомления. Сотни уведомлений.

Алиса начала читать, и руки у нее задрожали.

"Видели эту мамашу в нашем дворе. Сын весь измазан, а ей все равно!”.

"А кто это вообще? С виду нормальная, но говорят, у нее проблемы с алкоголем".

"Мне подруга рассказывала, она на ребенка орет. Да я и сама слышала!”

"Она его пнула прямо на детской площадке!"

Алиса смотрела на экран и не верила своим глазам. Она не пила. Ни разу не орала на Мишку. Тем более не пинала. Это были чужие люди, которые писали о ней, о её сыне, о её жизни — и они врали.

Она пролистала дальше.

"Она живет во втором подъезде, четвёртый дом. Квартиру я не знаю, но видела, как она заходила".

"Надо в опеку сообщить! Ребенок в опасности!”

“И полицию вызвать! У нее явно не все дома".

Алиса захлопнула ноутбук. Дышать стало трудно. Сердце колотилось где-то в горле. Она встала, прошла на кухню, выпила воды. Руки тряслись.

Алиса закрыла глаза, прислонилась к стене. В голове билась одна мысль: "Эдик найдёт нас".

____

Тигран вернулся через час. Алиса сидела на кухне, обхватив себя руками, и смотрела в одну точку. Ноутбук лежал закрытый на столе.

— Что случилось? — спросил он, снимая куртку. — Ты бледная.

— Они знают, где мы живем, — сказала Алиса. Голос был чужим, хриплым. — Посмотри.

Она открыла ноутбук, показала ему экран. Тигран читал, и с каждым словом его лицо становилось все жестче.

— Боты, — сказал он. — Профили закрыты, все созданы недавно. Это заказ.

— Он знает, где мы живем, — повторила Алиса. — Вопрос времени, когда сюда приедет опека с полицией.

Тигран вытащил телефон, быстро набрал сообщение. Потом сел рядом, взял ее за руку.

— Я найду новое жильё, — сказал он. — Собирай вещи. Только самое необходимое. Мишку не буди. Заберем, когда будем готовы уезжать.

Алиса встала, но ноги не слушались. Тигран обнял ее, прижал к себе.

— Все будет хорошо, — сказал он. — Я обещаю.

Она кивнула, вытерла слезы и пошла в спальню.

____

Тигран работал в кабинете, не поднимая головы. Пальцы летали по клавиатуре, на экране бежали строки кода. Он дал задание команде отследить источник заказа — нужно было не просто найти, кто это сделал, но и собрать доказательства, которые можно будет использовать в суде.

Областной центр. Июль, 2025.

Прошло несколько дней после возвращения Вити. Дом понемногу вернулся в свою привычную колею: утром — завтрак, днём — работа, вечером — ужин и тишина перед сном. Вероника старалась делать вид, что всё нормально. Она ходила на дежурства, принимала пациентов, заполняла карты, улыбалась коллегам.

Но мысли о Льве не отпускали.

Вероника ловила себя на том, что, когда включала телевизор, её пальцы сами тянулись к пульту, переключая каналы в поисках его лица. Его ток-шоу, его интервью, его рекламные ролики — она ненавидела себя за это, но не могла остановиться.

— Глупость, — шептала она в пустоту, выключая телевизор. — Зачем тебе это?

Однажды вечером, когда Константин уехал на ночную операцию, а Витя закрылся в своей комнате, Вероника осталась одна. Она прошла в спальню, достала из шкафа альбом с фотографиями. Давно она их не пересматривала.

Она села на кровать, перебирая снимки. Вот они с детьми в парке. Маленький Витька удивительно похож на Аню, сестру Льва. А маленькая Алиса — копия Лев.