— Не уезжай, дядя Витя! — кричал он, вцепившись в ногу брата. — Не уезжай, пожалуйста! Останься!

Витя растерянно смотрел то на племянника, то на Алису, не зная, что делать. Алиса пыталась оторвать сына, но Мишка держался мертвой хваткой.

— Миша, — сказал Тигран, появляясь в дверях. — Дяде Вите нужно на практику. Он приедет снова, я обещаю.

— Когда? — всхлипывая, спросил Мишка.

— Скоро, — Тигран посмотрел на Витю. — Правда?

— Правда, — кивнул Витя, погладил племянника по голове. — Я приеду, как только смогу. А ты пока слушайся маму и дядю Тиграна. Договорились?

Мишка шмыгнул носом, кивнул, но не отпускал.

— А ты привезешь мне конструктор?

— Привезу, — пообещал Витя. — Самый большой.

Мишка подумал, взвешивая ценность обещания, потом разжал пальцы и отошел к маме, прижимаясь к ее ноге.

— Вот и хорошо, — сказал Тигран. — А теперь — завтракать. Дорога дальняя, нужно поесть.

За завтраком Витя снова завел старую песню.

— Тигран, я на электричке доеду. Зачем тратить такие деньги?

— Я уже все решил, — ответил Тигран, даже не поднимая глаз от чашки с кофе. — Нашел сервис, где человек едет в твоем направлении. Ты оплачиваешь только часть бензина — и вам обоим выгодно.

— Точно? — Витя подозрительно прищурился.

— Конечно, — Тигран посмотрел на него с непроницаемым лицом. — Я тебя обманывал?

Витя хотел сказать, что обманывал — и не раз. Но промолчал. Потому что знал: Тигран просто не хотел, чтобы он мотался на электричках восемь часов.

— Ладно, — сдался Витя. — Но в следующий раз...

— В следующий раз договоримся, — перебил Тигран.

Алиса смотрела на них и улыбалась. Эти двое — такие разные, но такие близкие. Витя — открытый, эмоциональный, готовый обнять весь мир. Тигран — замкнутый, сдержанный, но способный на такие поступки, о которых другие только говорят.

— Я все оплатил, — кивнул Тигран. — Машина будет ждать у подъезда через час.

— Успеем, — Витя доел яичницу, отодвинул тарелку. — Кстати, нужно проверить, все ли подарки сложил.

Он вытащил из рюкзака свертки, чтобы проверить. Алиса помогла ему упаковать их накануне — духи для мамы, книгу по садоводству для бабушки и новый галстук для отца. Алиса вздохнула.

— Глупо прозвучит, наверное. Я хотела написать им, — сказала она тихо. — Настоящее письмо. Но вчера Мишка капризничал, и я не успела. Может, плохой идеей было не звонить им… даже через тебя. Но я так боюсь их вопросов!

— Все хорошо, — Витя обнял ее. — Я передам, что с тобой все в порядке. Глубоко в душе Алиса знала — она все еще боится показаться неудачницей. Принимать помощь Тиграна было непросто поначалу, но сейчас она привыкла, а Витя — её брат, и с ним она не чувствовала себя обязанной. Да, с Витей были свои сложности — он никогда не шел наперекор родителям, его интерес к медицине и спокойный характер делали его идеальным сыном. А Алиса же всегда чувствовала себя другой.

— Я не хочу, чтобы мама переживала, не говори лишнего.

— Я просто скажу, что ты жива-здорова, что Мишка в порядке. И что ты ее любишь.

Алиса кивнула, пряча слезы.

— Скажи, что я скоро вернусь. Что как только все закончится, я приеду.

— Скажу.

— И что я по ней скучаю.

— Алис, — Витя взял ее за плечи, заставил смотреть себе в глаза. — Это все временно. Эта ужасная история скоро закончится и ты сможешь вернуться домой.

Она обняла брата, прижалась щекой к его груди.

— Спасибо, что ты есть.

— Всегда пожалуйста, — он поцеловал ее в макушку. — А теперь давайте собираться, а то таксист уедет без меня.

____

В дверях Витя обнял Тиграна.

— Береги ее, — сказал он тихо, чтобы Алиса не слышала.

— Обязательно, — ответил Тигран.

— И себя береги. Вы мне оба нужны.

— Постараюсь.

Витя хлопнул его по плечу, подхватил рюкзак и вышел в коридор. Алиса стояла на пороге, прижимая к себе Мишку, и махала свободной рукой.

— Передавай привет! — крикнула она.

— Передам! — крикнул Витя в ответ, и дверь лифта закрылась за ним.

В коридоре стало тихо. Мишка всхлипнул еще раз, уткнулся носом в мамину шею.

— Он вернется, малыш, — сказала Алиса. — Скоро.

— Обещаешь? — спросил он.

— Обещаю.

____

Вечером, когда Мишку наконец уложили спать, Тигран и Алиса сидели на кухне. За окном темнела Москва, зажигались огни. В маленькой колонке, которую Тигран принес из кабинета, тихо играла музыка — случайная джазовая композиция.

Алиса смотрела на огни города и думала о том, как странно устроена жизнь. Еще полгода назад она была заперта в клетке, боялась каждого слова, каждого взгляда, каждого шага. А теперь сидит на кухне в роскошной квартире, рядом с сыном и мужчиной, который стал для нее защитой и опорой.

— О чем думаешь? — спросил Тигран.

— О том, что я счастлива, — ответила она честно. — Несмотря ни на что.

Он посмотрел на нее долгим взглядом. В полумраке кухни его глаза казались темными, глубокими.

— Я тоже, — сказал он.

Музыка играла. Алиса не знала этой мелодии, но она была красивой — медленной, тягучей, как карамель. Тигран встал, протянул ей руку.

— Потанцуем?

Она удивилась.

— Ты танцуешь?

— Не умею, — честно признался он. — Но для тебя буду стараться.

Алиса улыбнулась, вложила свою ладонь в его. Он притянул ее ближе, положил руку на талию. Она чувствовала тепло его пальцев даже через ткань футболки. Сердце забилось чаще.

Они двигались медленно, почти не двигались — просто стояли, обнявшись, и покачивались в такт музыке. Его дыхание щекотало ее висок. Она чувствовала запах его парфюма, чистоты и чего-то еще, что было только его.

Июль, 2025 год. Областной центр.

Витя вернулся домой к вечеру, когда солнце уже клонилось к закату, и в воздухе пахло нагретой за день травой и пылью. Вероника встретила его на крыльце — она специально вышла, услышав звук подъехавшей машины такси.

— Мам, — Витя обнял ее, прижал к себе, и на секунду она почувствовала себя так, будто он снова маленький, а она ждала его из школы.

— Ну? — спросила она, отстраняясь, вглядываясь в его лицо. — Как она? Как Мишка?

— Все хорошо, мам, — он улыбнулся, но в глазах была усталость. — Пойдем в дом, я все расскажу.

В гостиной уже накрывали на стол. Ольга Николаевна хлопотала на кухне, Константин сидел в кресле с газетой, но Вероника знала — он не читает. Он слушал.

— Ужин готов, — сказала бабушка, выходя с тарелкой жареной картошки.

Они сели за стол. Витя набросился на еду с голодом человека, который несколько часов провел в дороге, но Вероника видела — он просто тянет время, собираясь с мыслями.

— Витя, — не выдержала она. — Не томи.

Он отодвинул тарелку, вытер губы салфеткой.

— С Алисой все хорошо, — сказал он. — Они с Мишей в безопасности.

— А где она? — спросил Константин, откладывая газету.

— Все ещё у Тиграна, — Витя посмотрел на отца.

— А что Эдик? — Вероника подалась вперед. — Новых проблем нет?

— Пока нет. Тигран все продумал: они живут в закрытом комплексе, никто не войдет без разрешения.

Ольга Николаевна слушала, поджав губы.

— А позвонить она не могла? Хоть бы весточку подала! Мы тут с ума сходим.

— Бабушка, — Витя повернулся к ней. — Ее телефон отслеживают. Если бы она позвонила — сразу бы вышли на нее. Алиса просила передать, что очень вас любит и скучает. И что как только все закончится — сразу приедет.

Вероника слушала и чувствовала, как к горлу подступает комок. Ее девочка. Ее Алиса. В чужом городе, с чужим человеком, в постоянном страхе. Она не могла даже позвонить матери. — А почему она через тебя не позвонила? — спросила Вероника. Витя загадочно улыбнулся: — Были причины. Но теперь мы сможем ей позвонить. Точнее, Тиграну. У него есть специальное защищенное приложение, он его мне на телефон поставил. Так что мы сможем позвонить им, например, завтра. Вероника закрыла глаза. Представила Алису — плачущую, но сжавшую зубы. Такую, как всегда. Которая не сдается, даже когда страшно. — Она просила, чтобы ты не волновалась, — добавил Витя. — Сказала, что у нее все хорошо. Что Тигран о них заботится и Мишка счастлив. — Счастлив? — переспросила Ольга Николаевна с сомнением. — Ребенок в бегах, без дома, без семьи — и счастлив? — Бабушка, у него есть дом, — терпеливо сказал Витя. — У Тиграна большая квартира. Ольга Николаевна хотела что-то сказать, но промолчала, только вздохнула тяжело.