Вытянув руку, растопырив пальцы, я медленно подошла к завесе. Закрыла глаза. Мелкие алые комочки — грызуны под снегом. Чуть ниже — очертания антилопы. Ни людей, ни хищников. — Что видишь, Оджени? — спросил Алинер. — Ничего серьезного. Мелкие грызуны. Антилопа. Пока все. Через камень видеть не выходит, — скорчила печальную мину. — Через камень? — фыркнул мастер. — Этому зим сорок учиться надо! Я поражен, что ты определяешь не только размер, но и очертания! — Ладно, пошли к городу. Надо понять, ушли чужаки. Может, кто-то выжил... — Он встал. — Наставник, я хочу знать, что случилось! Кто напал? — Потерпи. Сейчас не место и не время, — резко оборвал он.

Мы шли долго и мучительно, мелкими перебежками, замирая, прислушиваясь, крадучись по-пластунски за редкими кустами. Я сканировала пространство — тишина. Когда вошли в город, наставник едва передвигал ноги. Его мотало, как подвыпившего матроса. Плюнув на конспирацию, я затащила Алинера в первый попавшийся дом-землянку. Снаружи — холм, внутри — удивительно современный интерьер: парящие светящиеся шары, функциональная мебель.

Дотянув мастера до спальни, свалила его на кровать, помогла стянуть сапоги и куртку. Вышла, прикрыв дверь. Осмотрелась. Шесть помещений: кухня с кладовой (огромные запасы), гостиная-столовой, несколько спален. Зашла в одну... Сердце сжалось: на маленькой кроватке лежал игрушечный мягкий дракончик. *Детская.* Вылетела пулей. *Не думать.*

Вышла из столовой. Санузел — почти современный. Включила воду в большой розовой чаше-ванне. *Надо сбросить напряжение, смыть пыль.* Пока набиралась, вышла к выходу. Ничего не изменилось. Тия (местное солнце) клонилась к горизонту, окрашивая небо в багрянец. От деревьев тянулись длинные серые тени. Мертвая тишина пустого города сжимала горло ледяным комом. Быстро накинув мекриш, заперла массивную дверь на все замки. *Паранойя — хорошо в меру.*

Погрузившись в горячую воду, откинула голову. Нужно обдумать хаос последних дней. Но мягкая темнота усталости накрыла с головой.

Герман проснулся от кошмара. Давно его не посещали призраки прошлого. "Не к добру", — пробормотал он, сунув голову под ледяную струю в ванной. "Гадость какая!" — Его кулак врезался в зеркало, разлетевшееся осколками. Как любой Краснокрылый, Герман был импульсивен. Надо успокоиться. Намотав полотенце на голову, он вышел в гостиную. Фангус уже ждал — он всегда чувствовал состояние своего воспитанника.

Ридеон, тем временем, стоял у ограды трактира в Рагиде. Закрыв глаза, он прислушивался к сонной деревне. Было *слишком* тихо. Его альфийский слух ловил шелест полевок, вздрагивание кур... но что-то было не так. Он погружался в энергетические слои, отслеживая натяжение силовых нитей. На четвертом уровне почувствовал слабое подрагивание эфира. Нашел! Чуть приоткрыв глаза, он увидел сквозь ресницы две ярко светящиеся фигуры, медленно плывущие в человекообразных белых плащах-капюшонах. — Надо же, кто же вас откормил так, ребята? — пробормотал он. Сущности остановились. *Умнеют. Чувствуют угрозу.* Боковым зрением он искал наемников — люди, опытные войны, но без искры силы, не почувствуют эту гадость. *Плохо.* Ридеон послал в сторону тварей волну слабости и страха. Сущности не выдержали, с шипящим нетерпением и голодом кинулись на него. Парень выхватил мечи, сорвав с эфесов накопители. Упав на колено, он легким движением нанес порезы в поле обеих сущностей. Мечи засветились, затягивая и перерабатывая их энергию. Через секунды к его ногам упали две серые сморщенные пеленки. Просканировав пространство, Ридеон быстрым шагом вернулся в трактир и кулаком врезал в первую же дверь. Через секунду вышел Нейт — одетый, в броне, с оружием. — Что случилось, Альфа? — Мартэри. Две штуки. Проверь ребят, я их не увидел. — Ридеон двинулся к комнате Германа. Нейт ревом поднимал отряд. Тьма сгущалась.

Проснулась резко. *Уснула в ванной!* Вода остыла. Мелко стуча зубами, натянула теплый махровый халат. *Надо кормить Алинера и себя.* На входе в столовую столкнулась с наставником. — Мастер, вам бы еще полежать! — Его вид не внушал оптимизма. Шел, пошатываясь. — Нам нужно подумать, куда уходить, — усмехнулся он, таща на плече такой же халат. — Велика вероятность, что сюда еще придут: нападавшие, гвардия совета... или мародеры. На выбор. Но сначала соберем необходимое. И ванну приму. — Ты обещал рассказать, что случилось! — настаивала я, размышляя, не затонет ли этот "титаник". — Я должна понимать, от кого исходит угроза! Мастер сделал вид, что оглох, и плотно закрыл за собой дверь. — Ну и что за тайны Мадридского двора? — бурчала я, вылавливая из хладокамеры мясо, яйца и зелень. *Ладно, накормлю мужика, может, и подобреет.*

Холодный металл раковины под пальцами был единственной реальной точкой опоры. Я стояла, уткнувшись лбом в прохладное зеркало над умывальником, пытаясь вдохнуть глубже, вытолкнуть из груди ком ледяного ужаса. *Детская. Игрушка.* Образ маленького дракончика, одиноко лежащего на кроватке, въелся в сознание, как ржавчина. Это был не просто дом — это была могила. Могила чьей-то прошлой жизни, чьих-то надежд. Как моя собственная могила в том мире, откуда я пришла?

За дверью ванной послышалось осторожное постукивание. — Оджени? Все в порядке? — Голос Алинера звучал приглушенно, но в нем слышалась тревога. Старый наставник, несмотря на свою слабость, явно чувствовал мое состояние. — Да, мастер. Сейчас выйду, — ответила я, заставляя голос звучать ровно. *Соберись, Женька. Паника — роскошь, которую ты не можешь себе позволить.*

Вытерла лицо полотенцем, с силой растерла щеки, пытаясь вернуть ощущение жизни. В столовой Алинер уже сидел за столом, разглядывая странный прибор, похожий на комбинацию кофемолки и гейзерной кофеварки. Его пальцы, привыкшие к тонкой работе артефактора, неуверенно скользили по кнопкам. — Помоги разобраться, дитя? — Он взглянул на меня. В его глазах читалась усталость, но и какое-то новое, пристальное внимание. Тот разговор у завесы, мои вопросы, мое «нет» — они заставили его задуматься. Пересмотреть. *Хорошо.*

— Это кофеварка, мастер, — объяснила я, подходя. Инстинктивные движения пальцев — найти емкость для воды, отсек для молотых зерен (к счастью, в кладовой были запасы), нажать кнопку запуска — были слишком естественными для «Оджени». Я почувствовала, как его взгляд тяжелеет на моей спине. *Проговорилась.* — В моих... видениях... часто были подобные вещи, — добавила поспешно, включая аппарат. Он зашипел, заурчал, наполняя комнату знакомым, почти *родным* ароматом. Ароматом другой жизни. От этого стало еще тоскливее.

Алинер промолчал, лишь кивнул. Мы молча наблюдали, как темная жидкость наполняет стеклянный колбу. Тишина была густой, неловкой, наполненной невысказанными вопросами и горем.

— Ты хотела знать, что случилось, — наконец нарушил молчание Алинер. Его голос был низким, лишенным прежней уверенности. Он смотрел не на меня, а на струйку пара, поднимающуюся от кофе. — Кто напал.

Сердце екнуло. Я села напротив, обхватив чашку руками, жадно впитывая ее тепло. — Да, мастер. Мне нужно знать. Чтобы понимать, от кого прятаться. Кого ждать.

Он вздохнул, долгий и тяжелый. — Это не разбойники, Оджени. И не гвардия Совета, хотя... возможно, их руки тоже замешаны. — Он замолчал, собираясь с мыслями. — Наш род, Черные Стифы, был хранителем. Хранителем Врат.

*Врат?* В голове мелькнул образ гигантской арки, покрытой непонятными письменами, ощущение древней, спящей мощи. Знание Оджени? Или моя собственная фантазия? — Каких Врат, мастер? — Врат в Иной. Мир Теней. Место, откуда пришли Первые. Откуда пришла сама Прародительница Руим. — Он произнес это с благоговением и страхом. — Врата должны были оставаться закрытыми. Веками наш род поддерживал Печать, питал ее своей силой, своей верой. Мы были Стражем.