Пальцы скользили от крови. Она ухватила щупом за торчащий кончик наконечника болта... и потянула. Медленно. Сильно. Болт поддался с мерзким хлюпающим звуком, выходя наружу вместе с клочьями плоти. Ридеон взревел от боли, его глаза дико открылись, на миг встретившись с ее взглядом — в них не было осознания, только дикая агония. Потом веки снова сомкнулись, и он обмяк.

Оджени швырнула окровавленный болт в угол. Кровь хлестала из новой дыры. Она снова выдавила гель, наложила еще один слой "паутины". Дышать стало чуть легче. Главные источники кровотечения были прикрыты. Теперь... **рука.**

Тишина. Глубокая, гнетущая, как сама толща скалы над ними. Только мерцание руны на алтаре да тусклый серебристый свет Книги Предтеч нарушали абсолютную темноту. И дыхание. Ровное, слишком глубокое, слишком медленное — дыхание Ридеона, погруженного в исцеляющий сон после битвы с багровой заразой и древней магией святилища.

Оджени сидела, прислонившись к холодной стене, напротив алтаря. Дрожь давно прошла, сменившись ледяной, всепроникающей усталостью. Каждая мышца ныла, каждая царапина горела. Руки, запачканные его и своей кровью, лежали на коленях, как чужие. Онемевшая рука была тяжелой свинцовой гирей. Она смотрела на Ридеона. Его лицо в призрачном свете казалось высеченным из мрамора — благородные, резкие черты, смягченные беспамятством. Только легкое движение груди под остатками брони напоминало, что он жив. Иней на его багровой руке не таял, сковывая зловещие прожилки в хрупкие ледяные оковы.

*Оджени:* "Он жив... Руим милостива... Но что дальше?"*Женька:* "Анализ. Энергия алтаря стабильна, но слаба. Камень на входе держится, но... чувствую вибрации. Снаружи бьют? Ищут лазейку."

Оджени прислушалась. Да. Глухие, редкие удары. Металла по камню. И приглушенный лай. Они не ушли. Шакалы ждали. Или пытались пробиться. Защита святилища была сильна, но не вечна. И не безупречна. Какая-нибудь трещина, забытый ход...

Страх сковал горло. Она была в ловушке. С беспомощным титаном, чья жизнь висела на волоске, и Книгой, чьи секреты оставались за семью печатями. И с... **этим.** С мыслью, которая теперь, в тишине и бездействии, прорвалась сквозь барьер шока и адреналина.

**Задержка.** Точная, как механизм Предтеч. Уже больше трех недель. Сроки совпадали. С той ночью в пещере статуй, у горячего источника. С первой яростной, отчаянной близостью, ставшей бегством от ужаса и смерти. *"Что она носит..."* — слова Поглотителя эхом отдались в памяти. Он знал? Чуял? Или просто метил в самое уязвимое?

Она машинально положила ладонь на плоский живот. Ничего не чувствовалось. Только пустота и страх. Страх перед этим миром распада. Перед Поглотителем. Перед будущим. Страх за крошечную искру жизни, которая, возможно, теплилась внутри. В самый неподходящий момент. В самый страшный кошмар.

*Оджени:* "Ребенок... Дитя Ледяного Демона и Двойной Души... Руим, что же делать?"*Женька:* "Не факт. Стресс. Дисбаланс. Проверить невозможно. Фокус на выживании. Сейчас."

Но отогнать мысль не удавалось. Она смотрела на Ридеона. На его сильные, даже в беспамятстве, руки. На лицо, лишенное привычной холодной маски. Что он скажет? Что сделает, если узнает? Лорд Даркарионов... и ребенок от беглянки-стифы с душой сломанного мира? Он видел в ней загадку, оружие, возможно, союзника... но **мать своего ребенка?** Мысль казалась абсурдной. Пугающей.

Голод скрутил желудок спазмом. Настоящий, физический. Она не ела... не помнила когда. В сумке Ридеона нашлась пара жестких сухарей из странного зерна и кусок вяленого мяса, похожего на волчатину. Она ела медленно, запивая глотками воды из его фляги. Еда казалась пеплом. Тошнота подкатила к горлу — нервная, от усталости и страха. Она сглотнула, зажмурившись. "Не сейчас. Не этому."

Чтобы отвлечься, она взяла Книгу Предтеч. Серебристые линии на странице, которую она открыла у алтаря, все еще светились ярче других. Тот самый значок — стилизованная ледяная корона — совпадал с руной на камне. Она осторожно прикоснулась пальцем к значку в Книге.

**ВИДЕНИЕ.**

Не яркое. Смутное, как сон наяву. **Лед.** Бескрайние просторы сверкающего льда под черным, усыпанным незнакомыми звездами небом. Фигуры в тяжелых мехах и доспехах, похожих на стиль Ридеона, но архаичнее. Они что-то строили... нет, **вырезали** из синего, вечного льда. Стены? Башни? Формы были странными, плавными, органичными. И чувствовалась... **сила.** Холодная, чистая, неразрушимая. Сила этого места. Сила их воли. Один из строителей обернулся. Лицо... сходство с Ридеоном было разительным. Те же скулы, тот же разрез глаз, но взгляд — не ледяной, а **гордый** и **печальный** одновременно. Он поднял руку, и в ней вспыхнул свет, похожий на свет руны в пещере. Свет **защиты.** Свет **дома.**

Видение рассеялось. Оджени вздрогнула. Она поняла. Это были **предки.** Даркарионы. Основатели Ледяных Садов. И они вложили свою силу в этот алтарь. В эту пещеру. Как в якорь. Как в последний оплот.

Надежда, крошечная и хрупкая, как первый ледок, тронула ее сердце. Они шли не просто в укрытие. Они шли **домой.** К месту силы его рода.

Она посмотрела на Ридеона. Его лицо, казалось, немного расслабилось. Губы шевельнулись, прошептав что-то невнятное. Не приказ. Не имя. Просто звук. Почти... **мирный.**

*Женька:* "Его организм борется. Сон — лучший лекарь. Но нам нужно двигаться. Когда он проснется... если проснется... сил на переход может не быть."*Оджени:* "А выход? Каменная глыба... Как ее сдвинуть?"

Она подошла к заваленному входу. Глыба базальта стояла намертво. Ни щели, ни зазора. Удары снаружи прекратились — бандиты, видимо, отступили, чтобы перегруппироваться или найти другой путь. Но они не ушли. Она приложила ладонь к холодному камню. Ничего. Приложила Книгу к месту стыка глыбы и стены. Серебристые линии дрогнули, но камень не шелохнулся. Руна на алтаре светила ровно, но без прежней силы. Энергии, потраченной на исцеление Ридеона и запечатывание входа, почти не осталось.

Отчаянье снова накатило, холодное и липкое. Она заперта. С умирающим (или выздоравливающим) Демоном, с Книгой, которую не могла до конца понять, и с тайной, которая могла изменить все. И где-то снаружи рыскали шакалы, а в багровой цитадели ждал ее брат-чудовище...

Она опустилась на колени у алтаря, положив лоб на холодный камень рядом с мерцающей руной. Усталость, страх, неопределенность — все смешалось в один тяжелый ком.

— Помогите... — прошептала она, не зная, к кому обращается — к предкам Ридеона, к духу этого места, к своим собственным сомкнувшимся силам. — Покажите путь... Дай ему жить... Дай нам выбраться...

Темнота. Холодный камень под ногами. Невыносимая тяжесть на плечах. Каждый шаг вниз по крутому, скользкому склону туннеля был пыткой. Оджени шла, почти согнувшись пополам под ношей Ридеона, его рука безвольно болталась у нее на груди, ледяная даже сквозь ткань. Его ноги волочились по камню, цепляясь за неровности, замедляя и без того мучительное движение. Дыхание Ридеона было горячим и прерывистым у ее уха, но хотя бы **осознанным** — он не погружался обратно в беспамятство, лишь слабо стонал при особенно резком толчке.

*Женька:* "Уклон 45 градусов. Длина туннеля неизвестна. Энергозатраты критичны. Ориентир — усиление потока холодного воздуха."*Оджени:* "Не могу... Больно... Рука... не чувствую..."

Онемевшая рука, державшая Книгу Предтеч (теперь притороченную к поясу), горела тупой болью, как будто ее кололи миллионом игл. Но хуже было другое. **Тошнота.** Подкатывающая волнами, кислая, упорная. Не от страха. Физическая. Она сглотнула слюну, чувствуя, как желудок сжимается спазмом. *"Не сейчас. Держись. Еще немного..."*