Гости переглянулись. Выражения их лиц не читались однозначно; но они, как минимум, не отвергли эту идею с порога. Потом Зафаров, повернувшись к Деламару, сказал:

–Мы бы хотели продолжить этот разговор позже.

После того, как дата была согласована, и гости ушли, Деламар вызвал своего секретаря.

–Женщина, известная как Лейла Первани. Персидского или, возможно, курдского происхождения. Возраст—от тридцати пяти до сорока. Рост чуть ниже среднего. Волосы тёмные; телосложение стройное; спортивная. Раньше, предположительно, занималась академической наукой. Выясните о ней всё, что сможете.

–Бросим машину тут,—сказал Газарян.

–А где мы?—спросил Малкольм, хотя и остававшийся в сознании, но скованный болью.

Было раннее утро. Газарян дал Малкольму другую одежду, и он теперь выглядел как респектабельный путешественник. Они находились где-то на западной окраине Алеппо, на широкой дороге, по сторонам которой тянулись мелкие предприятия и оптовые склады; изредка попадались пыльные огороды и автомастерские.

–Как только заметим автобус, припаркуемся на обочине и сядем в него.

Пограничный пост они миновали без проблем. Там были так впечатлены мундиром Газаряна и документами Малкольма, что отбросили все сомнения. Малкольм предположил, что дежурный офицер, похоже, озабочен кое-чем посерьёзнее, и Газарян согласился:

–Вопрос в том, что их командование не знает, чью сторону принять при конфликте с Магистериумом. Естественно, их это беспокоит.

–А можно… Тимур, можешь свернуть вон к тем воротам справа?

Газарян так и сделал, предварительно осмотревшись. Слежки, кажется, не было; хотя движение становилось всё оживлённое, эта дорога было относительно свободна. Пока они тормозили, Малкольм, порывшись в бумажнике, вынул визитку и сунул её в нагрудный карман.

–Я Джордж Хэнсон, если что.

–Как скажешь,—ответил Газарян, рассматривая стоящее за закрытыми воротами здание. –Почему здесь? А, вижу: ТП. Опять они?

Это место напоминало исследовательский институт или средних размеров учебное заведение. Над входом была эмблема «Тюрингия Поташ»—красно-белое изображение льва. Никаких признаков жизни не наблюдалось.

Малкольм с трудом вылез из машины и огляделся. Ворота были замке, сторожевая будка закрыта, парковка пуста.

–Ещё слишком рано,—сказал присоединившийся к нему Газарян.

–Дело не в этом. Взгляни на горшки с цветами. Уверен, что у TP должна быть целая бригада садовников; однако же их не поливали уже с неделю.

–Интересно….

–Там через дорогу—кафе?

Чуть в стороне от дороги, за площадкой, где помещалось с полдюжины машин, виднелось белое здание. Да, это было кафе, и оно работало: снаружи стояло несколько столиков, и за одним сидели двое мужчин. Из дверей к ним вышел человек с подносом.

–Кажется, мне стоит позавтракать,—сказал Малкольм.

–Только недолго,—ответил Газарян. –Я подожду в машине. Военная форма нервирует людей.

Хромая, Малкольм перешёл дорогу. Мужчины за столиком молча наблюдали. Внутри посетителей не было. Владелец кафе ответил на его приветствие насторожённым кивком. Малкольм заказал кофе и выпечку и, пока ожидал, тихо переговорил с Астой.

–Вполне приличное заведение. Прохладно и чисто. Для сотрудников ТП—самое место, чтобы перекусить. Он теперь потеряет выручку.

–Думаю, Тимур прав. Лучше не задерживаться тут без нужды.

Когда хозяин принес ему кофе и тарелку с вялыми круассанами, Малкольм спросил:

–Не подскажете, то учреждение через дорогу, Тюрингия Поташ—оно давно закрыто?

–Да уже недели две.

–А вы случайно не знаете, почему?

Хозяин кафе пожал плечами.

–Просто внезапно взяли и… Меня, во всяком случае, никто не предупреждал. Да и с чего?

–Ну да… Дело в том, что сегодня утром у меня там была назначена встреча. Больше месяца назад договаривались. Я представитель инженерной компании.

Его собеседник молча кивнул.

–Теперь не знаю, что делать,—продолжал Малкольм.—Я ничего про это не знал. Кажется, на входе в здание висит какое-то объявление, но я не могу попасть за ворота, чтобы его прочесть. Может, там есть контактный адрес… К вам, наверное, многие оттуда ходили?

–Да. Большинство, ежедневно. А теперь… никого.

–И они никак не объяснили, почему закрываются? Никаких уведомлений или чего-то подобного?

Сидевший на плече у мужчины деймон, похожий на большого скворца, что-то тихо сказал. Тот кивнул.

–Они, вроде, занимались каким-то большим проектом, а он не пошёл. Об этом было запрещено говорить, но вы же знаете: в кафе люди беседуют, обсуждают всякое, ну я и подслушал… Да, там был крупный проект; никто не ожидал, что его закроют. Для них это тоже стало сюрпризом.

–А что за проект? Не знаете, в чём он заключался? То есть, если это секрет—конечно, не говорите; но я приехал издалека специально, чтобы предложить им новый фильтр, разработанный нашей компанией; они бы всё равно мне что-то рассказали.

Хозяин кафе бросил взгляд на шоссе за окном; на двух посетителей, сидевших снаружи за стеклянной дверью. Потом оглянулся на кухню—хотя было ясно, что, кроме него самого, там никого нет. После чего перевёл взгляд на вынутый Малкольмом из кармана бумажник.

–Это за беспокойство,—сказал Малькольм, кладя на стол две банкноты. –Мне предстоит объясняться перед боссом. Если вы что-то слышали…

–Слышал, но не всё мог понять. Как-то один человек сказал, что они хотели создать новый медицинский препарат: лекарство или что-то подобное; но так и не смогли добиться, чтобы оно работало. Дескать, собрали множество умников, потратили кучу ресурсов, денег, и всё без толку. Вопросов я, конечно, не задаю. Просто слушаю. К тому же не всё понимаю.

–Всё равно спасибо, это уже большая помощь. По крайней мере, мне будет что сказать боссу. А вы случайно не знаете, у ТП в Алеппо нет других офисов? Или производств?

–Нет. Только этот.

–И они там никого не оставили—ну, не знаю—присматривать, отвечать на запросы?

–Нет. Все съехали.

Допив кофе, Малкольм встал и пожал ему руку.

–Что ж, большое вам спасибо. Надеюсь, ваша выручка восстановится. Может, туда въедет какая-нибудь другая компания, и у вас будут новые клиенты.

–Поздно. На днях я закрою это кафе. Доброго пути.

Малкольм и Аста вышли, не вызвав никакой реакции у сидевших снаружи мужчин. Движение по дороге усилилось, так что обратный путь занял у них больше времени. Вернувшись к машине, они застали Газаряна беседующим с каким-то мужчиной средних лет. Лёгкая прогулочная одежда смотрелась на нём нелепо: ему явно был привычнее деловой костюм. Деймон, унылого вида дятел, сидел на его плече, прикрыв глаза.

–А вот и мой гость,—сказал, завидя Малкольма, Газарян. –Мистер Хансон, вы готовы ехать?

–Почти. Доброе утро, сэр,—приветствовал Малкольм его собеседника. –Вы случайно не связаны с «Тюрингия Поташ»?

–Я был там главным бухгалтером. Теперь всё закрыто. Вы хотели с кем-то встретиться?

–С главой инженерной службы. Вот моя визитка.

Он вынул заготовленную визитку, где было указано, что Джордж Хансон является менеджером по продажам компании Coventry Hydraulics, производящей компрессоры, насосы и фильтры.

Мужчина с досадой кивнул.

–Поздно.

–А что случилось?

–Слабый контроль, чрезмерные траты…

ؘ–Они ведь производили какое-то лекарство? Во всяком случае, им для работы требовались наши фильтры.

–Биосинтез. Это не по моей части. Вот если бы у вас был фильтр от утечки денег, я бы заинтересовался. В общем…

Взглянув по сторонам, он подошел поближе и понизил голос.

–В общем, у них теперь новый проект, восточнее. Намного восточнее. Сверхсекретный, но при таких масштабах всегда что-нибудь просочится. С фильтрами или без.

–Вам не известны никакие подробности?

Бухгалтер покачал головой.

–Даже если бы были—я не имею права об этом говорить.