Я усиливаю заклинание толчка и пытаюсь оторвать от своего горла то, что раньше было пальцами Бигсби. Ничего. По краям зрения у меня начинает темнеть.

Внезапно я чувствую тяжесть в руке и, даже не глядя, понимаю, что это. Я замахиваюсь опасной бритвой на запястье твари, но лезвие проходит сквозь него. Сначала мне кажется, что ничего не произошло. Но потом я падаю на землю, а отрубленная рука безвольно свисает у меня с горла.

Следующими я отрезаю ноги. Сопротивления нет, как будто я режу дым, но ноги отрубаются по колени, и тварь падает на землю. Она все еще шевелится, ее уцелевшая рука тянется ко мне, а тело извивается, как толстая змея.

Я отрезаю руки, остатки ног, голову. Не только туловище продолжает двигаться, но и остальные части тоже.

Я мог бы просто перебраться на другую сторону и позволить ему делать все, что он хочет, но я знаю, что мне придется вернуться сюда, а я не хочу, чтобы меня поджидала разъяренная рука.

На этой стороне, если мне действительно нужно избавиться от призрака, я втягиваю его в себя и поглощаю. Это не так страшно, как с настоящей душой, но все равно приятного мало. Я ни за что не стану проделывать это с этой тварью.

Другой вариант, заманить ее в ловушку. Ловушки для призраков сделать довольно просто. Можно использовать что угодно, от бутылки до куска ткани. Несколько лет назад в Гонконге я поймал несколько тысяч призраков в поддон с бумагой.

Не знаю, сработает ли ловушка в этот раз, но я готов попробовать. Заманить призрака в настоящий контейнер, например в бутылку или коробку, лучше, чем пытаться поместить его в какой-нибудь твердый предмет, например в лист бумаги. Я роюсь в своей сумке и нахожу только упаковки с викодином и аддераллом, которые я бросил туда раньше. Мне правда нужно снова начать носить с собой флаконы с пробками.

Осколки бывшего Бигсби все еще движутся в мою сторону, но медленно. Трудно двигаться быстро, когда приходится извиваться, как червяк. Я высыпаю содержимое одного флакона в другой, затем беру пустой и ставлю его на землю, направив горлышком в сторону приближающихся частей тела. Я подталкиваю пару из них поближе к туловищу; одна рука хватается за штанину, и мне приходится отцепить ее и бросить рядом с остальными.

Не знаю, может ли эта штука снова собраться воедино, поэтому не хочу тратить время, но все же оглядываюсь по сторонам, чтобы убедиться, что ничего не упустил. Если бы это был призрак, я бы пролил немного крови, чтобы усилить магию и использовать ее в качестве приманки. Здесь можно сделать то же самое.

— Если ты отрубишь мне руку, то отправишься обратно в коробку, — говорю я бритве. — Ты ведь это понимаешь, да?

Если она достаточно разумна, чтобы понимать, о чем я, то никак этого не показывает. Надеюсь, Вертер был прав и она не отрубит мне руку.

Я быстро делаю надрез на внутренней стороне левого предплечья, где нет татуировок. На моем старом теле там была масса келоидных шрамов от порезов, которые я получал десятилетиями. Но на новом теле осталось лишь несколько едва заметных шрамов от тех немногих раз, когда я делал это.

Я позволяю нескольким каплям крови упасть на бутылку и произношу связывающее заклинание. Не знаю, чего ожидать, но, похоже, оно работает так же, как и в случае с призраком. Заклинание притягивает все осколки к бутылке, где они превращаются в дым, а затем всасываются внутрь. Когда исчезает последний осколок, я закручиваю крышку. Разумеется, той стороной, где есть защита от детей.

Не знаю, почему это сработало. Не скажу, что я не рад, просто не понимаю, как это произошло. Бывший Бигсби не был призраком, но, судя по всему, был достаточно похож на призрака, чтобы я смог поймать его тем же способом. Надеюсь только, что он не придумает, как сбежать.

Теперь, когда с этим покончено, я наконец замечаю, как сильно болит горло. Если бы бритва подождала еще немного, Бигсби, скорее всего, перерезал бы мне трахею. Но с этим придется подождать. Если Бигсби изменился на этой стороне, то что, черт возьми, произошло на той? Я возвращаюсь на живую сторону, хотя начинаю сомневаться, что здесь вообще можно говорить о сторонах, с бритвой в руке.

— Бигсби?

— Да, сэр?

Он появляется у меня за спиной, я резко оборачиваюсь, пригибаюсь и отрезаю ему ноги по колени. Но вместо того, чтобы рассыпаться на куски, он превращается в дым.

Позади меня появляется еще один Бигсби.

— Полагаю, что-то случилось, сэр, — говорит он. Он не выглядит более зловещим, чем до того, как изменился на той стороне.

— Ты не знаешь? Превращался в какую-то цветную рябь и набрасывается на меня?

— Нет, сэр. Я не помню, чтобы такое случалось. — Он делает паузу. — Однако я только что заметил пробел в своей памяти. Это длилось меньше секунды, но, похоже, какая-то часть воспоминаний была стёрта и восстановлена. Боюсь, я могу быть скомпрометирован.

— Да, я бы сказал. Где Аманда и Габриэла?

— Разговаривают с Шивон, сэр. Я сообщаю мисс Аманде о своём состоянии.

— Можешь сделать это незаметно? — Бигсби изменился после появления Шивон. Может, это совпадение. Но я не люблю совпадения. В любом случае я не хочу, чтобы она заподозрила что-то неладное.

— Да, сэр. Сообщение получит только мисс Аманда. Она велела мне лечь спать, пока она не разберётся с ситуацией. Вам что-нибудь нужно перед уходом, сэр?

— Да. Передай Аманде, что мне нужно ненадолго уехать. Я вернусь сегодня вечером. Она может позвонить мне, если захочет.

— Хорошо, сэр. Она получила сообщение. До свидания.

И вот так просто Бигсби исчез. Мне нужно поговорить с Амандой о том, что произошло, чтобы лучше понять, что такое Бигсби, и, может быть, выяснить, как кто-то с ним связался.

Кстати, что вообще произошло? Он как раз собирался рассказать мне что-то о нити, когда превратился в дворецкого-убийцу. Либо я попал в уже расставленную ловушку, либо кто-то за нами наблюдает. Не знаю, за Бигсби, за мной или просто за тем, что происходит с душой Вертера.

Куда она ведет? К границе поместья? Когда я коснулся нити, у меня возникло ощущение, что души Вертера здесь нет. Я мог бы искать ее часами. Что находится за пределами поместья? Я не знаю, как устроены карманные вселенные. Мой единственный опыт взаимодействия с ними, это комната в призрачном отеле "Амбассадор". Она была ловушкой, устроенной таким образом, чтобы схлопнуться самой в себя. Она была построена с использованием сил других миров, которые в равной степени давили на нее, так что, если бы кто-то нарушил целостность одной из ее частей, она бы схлопнулась, как черная дыра.

Вертер построил ее. Не могу представить, что он не построил и эту вселенную. Если он использовал ту же технику, значит, по ту сторону границы что-то есть. Интересно, не ослабляет ли нить структуру вселенной? Эта вселенная в тысячу раз больше, чем комната в отеле. Вертер не стал бы жить здесь и тем более не позволил бы жить здесь Аманде, если бы не считал это место неприступной крепостью.

Что за магия могла проделать дыру в целой вселенной? Это мог сделать только тот, кто знал, как устроена вселенная, понимал, что она может выдержать, а что нет. Я бы поставил на одного из его братьев или сестер, но я недостаточно хорошо знаю их всех, чтобы предположить, кто именно это сделал.

Нить на самом деле больше похожа на кабель, сплетенный из тонких нитей. Я возвращаюсь, чтобы убедиться, что мне не показалось. Она заметна, но только потому, что я ее ищу. Почему? Как далеко это зашло? К чему это приведет? Вопросов больше, чем ответов. Все, что я могу предположить, — это чистой воды догадки, и у меня нет возможности узнать, что из этого правда.

Мне нужно поговорить об этом с Амандой, но сейчас я не могу. Не сейчас, когда они с Габриэлой у Шивон. Я пишу Габриэле, чтобы она позвонила мне, когда у нее будет время. Если она получит сообщение, это вызовет меньше подозрений, чем если его получит Аманда. В ответ я получаю эмодзи с поднятым вверх большим пальцем.