Нике оставалось только молча кивнуть на разъяснения Ушани.

Огибая одну часть кладбища, молодые люди вернулись к центральному входу. Не найдя никого у забора, они направились в сторону одного единственного строения. Сторож как раз находился в нем.

— Мы снова вернулись. Можно ещё вам пару вопросов задать?

Сторож сидел за столом и делал записи. Оторвав от них взгляд, он утвердительно кивнул на прозвучавшую просьбу.

— Нашли, что хотели? — уточнил он.

— Да, нашли. Как раз там, где вы и описывали. Не знаете, с какого периода там хоронят и кого?

— Тут я вам не подскажу. В тех местах хоронят тех, кого не допускают на обычные кладбища. Приносят тела обычно поздно. Мы их не гоняем. Но и не записываем. Это, знаете, нарушение. Но как по-моему, каждая душа должна быть упокоена.

— И это не территория кладбища?

— Нет уже. Ограждение на днях чинить отправили. Как вернётся, установим. И сразу видна будет граница.

— И кто там похоронен, вы, соответственно, не знаете?

— Нет.

— А не замечали ничего странного?

— Смотря что вы подразумеваете под странным.

— Может, ритуалы кто проводит? Грязь оставляет, или символы внезапно появляются?

— Это место всегда в сырости да темноте, никто не убирает и не заботится. И не ходим мы туда. Так что не подскажу вам, ребята. А что хоть ищете?

— Да, если честно, сами не понимаем. Но за участие спасибо. И за помощь — спасибо.

— Да и не за что, — развёл руками сторож.

Молодые люди вышли на свежий воздух.

— Ну что, подведём итоги, — начал Ушани, медленно шагая по направлению к повозке, — могилу нашли, можно поднять покойника и поговорить. Но, место неупокоенное, много кого за компанию поднять можно, если не правильно ритуал провести. Дилемма.

— Сам не справишься?

— Нет.

— А что нужно для ритуала? Есть кто-то, кто может нам помочь?

— Да много, кто есть. Здесь больше вопрос доверия, кого можно попросить о помощи. Из всех кандидатур, из студентов нам подходит только Ириса. Умная. Нелюдимая. Друзей нет.

— А, та, что отдельно всегда сидит на парах?

— Да. Но проводить ритуалы на территории городских кладбищ запрещено. Студенты могут поднимать покойников только под присмотром и только в отведённых местах. Поэтому Ириса и не согласится. Да никто не согласится.

— Специально отведённые места — это что-то вроде студенческого кладбища?

— Да, что-то вроде него. Какие будут варианты?

— Если уж раскрывать карты, то наверняка. Предлагаю шантаж, — просто подытожила Ника, — Нам надо чем-то шантажировать Ирису, что бы она нам помогла.

— Ника, ты бредишь? Как тебе такое в голову пришло?

— Не нравится? Давай свои варианты! Должна быть причина её нелюдимости. Может она что скрывает. Нам ведь только поднять покойника, спросить и упокоить. И всё. Только сделать это надо тихо и без шума. И любое вмешательство кого-либо из ВАРы нежелательно.

— А может сначала спросим? Она может быть тебе благодарна за тот инцидент в столовой. Или Аргона попросим?

— Он за всё время ничего не нашёл. Я тут гуляю между тёмными и светлыми магами буквально по тоненькой струнке. А он будто выжидает чего. Не верю я ему.

— У него работа такая.

— А у меня жизнь.

— Вот бы и наслаждалась ею, — парировал Ушани. Из-за резких ответом девушка сникла. Через пару минут Ушани, тяжело вдохнув, сказал, — ладно, пошли искать, как заставить Ирису нам помочь.

— Ура! — запрыгала Ника от радости.

Молодые люди уселись в повозку и тронулись в путь.

— До Академии ехать три часа. Приедем как раз к часам 10 вечера. Надо продумать план, что и как сделать. Последовательно и методично, — задумчиво будто сам с собой, говорил Ушани.

— Для начала пристально понаблюдаем за ней. Не просто так она всех сторониться. Должна быть причина.

— Согласен.

Ириса была скрытной и пугливой. Демонстрируя огромные теоретические знания, никогда не стремилась показывать их практическое применение. В конфликты не вступала. Ей проще отмолчаться, испуганно смотреть в пол, чем высказывать своё мнение. И всегда находила отговорки от участия в общих проектах.

— Моё мастерство не для этого мира. Слишком рано его демонстрировать вам. Умрёте, тогда и оцените мои способности, — хмуро говорила она в ответ на провокации одногруппников.

Такая себе шутка, далёкая от юмора, но отбивала желание дальше вести диалог с ней. На это и был расчёт.

Ника и Ушани следили за ней уже недели две.

А Барс следил за ними. Скрытность этих двоих, пропуски занятий за две последние недели вызывала у него подозрение. Тренер хоть и лояльно к ним относился, но Барс не доверял. Он уже понял, что эти двое присматриваются к девушке со второго курса. Понять только не мог, почему.

Один из многих вечеров. Солнце село, а луна спряталась в облаках. Снег хоть и скрадывал темноту, но в отсутствие лунного света совсем не освещал дорогу. В общежитии сегодня был бедлам. Несчастья сыпались как из рога изобилия, вспыхивали ссоры, билась посуда, все кричали и спорили. Что-то разгулялись сегодня девушки, чуть что — вспыхивают эмоции, да какие! Злоба и зависть!

Ириса собиралась неспешна. Она совсем не обращала внимание на общий шум. В рюкзак она положила ужин, яблоки, немного конфет, детскую книжку со сказками, и вышла из общежития.

— Поздно гулять идёшь. Ночью двери закрыты будут, — вдогонку ей послышался хриплый голос коменданта.

— Вернусь утром. Не будет меня ночью.

— И чего вам не сидится по ночам в комнате.

— Так ведь практика.

— Ночью?

— Так она только ночью и получается, — Ириса пожала плечами и смело шагнула за порог.

Она бодро шла по парку. В один момент резко свернула на узкую тропу. В темноте ее видно не было. Через двадцать минут след девушки словно растворился.

За Ирисой шли двое: Ника и Ушани.

Барсит смотрел за ними: "Да уж, слежка — не их коронный приём. Если бы кто-то один из них шёл, шансов остаться незамеченным было бы больше. А вот вдвоем, да ещё дилетантам, там без вариантов. Провальная операция".

— Ну и где она? — Ушани оглядывался вокруг себя.

— Да здесь была. Свернула куда-то?

— "Свернула куда-то" — перекривлял Ушани, — и где её искать?

— У неё точно нет практики? Может, ритуалы проводит?

— Ника, на улице холод. Нет никакой практики ни у кого. Это она коменданту может сказать, но не мне. Я всё узнал. Время зачётов и экзаменов сейчас. По своим делам она ходит. Только куда?

Ушани и Ника шли вперёд без идей и мыслей. Невдалеке Ника заметила лёгкое свечение. Там стояло ветхое строение. В окнах просматривая слабый блеск огня.

— Смотри! — указала Ника в сторону. — А это что?

— А вот сейчас и узнаем, — Ушани рукой пригласил её следовать за ним.

Прячась среди деревьев, за этими двумя наблюдал Барс. "Сначала одна, затем эти. И куда они все вместе так бодро идут?"

Старый ветхий домик производил впечатление забытой полуразвалившейся сторожки.

Ребята замерли у окна. Сквозь окно они увидели Ирису. Она сидела на полу и читала книжку десятилетней девочке. Сама девочка находилась в стальной клетке, лежала на подстилке, недалеко от неё на тарелке находилось угощение. Ириса читала и одновременно гладила девочку по волосам.

— Пошли, — махнула рукой Ника и отворила дверь.

— Куда? — шикнул на неё Ушани в попытке схватит за шиворот, но девушка уже вошла внутрь.

Их появление вызвали страх и панику. Ириса встала в оборонительную позицию, закрыв собой сестру.

— Я не дам её увести.

— Мы и не пытаемся. Ириса, мы не хотим причинить вреда, — Ушани попытался успокоить её.

— Тогда что вы здесь делаете? — под руками Ирисы пол стал дрожать, да и сам дом шатало.

Ника и Ушани только и оставалось, как попытаться ухватить хоть за что-то.