— Что здесь интересного? — в помещение ворвался Барсит.

— А ты откуда? — вопрос задали все трое.

Но Барс смотрел на маленькую девочку в клетке.

— Меня зовут Алите, — ласково пропела девочка.

Ника по голосу поняла, что-то не так.

— Не трогай её, — предостерегла Ника.

— Почему?

Ника вошла в транс. Девочка меняла лик, под кожей выступали чёрные вены, а по ним что-то двигалось. На спине девочки находился скелет членистоногого. Нет головы, только присоски по всей спине: верхняя часть уходила в череп, образуя у его основания мощный канал; костяной скелет плотно прилегал к каждому позвонку; части его костей обнимали девочку по рёбрам. Каждая косточка полностью повторяла скелет девочки, через иглы присосавшись к ней. По ним выкачивалась мозговая жидкость. Так монстр получал питание. Было не ясно, обладает ли чудовище головой и способно ли оно мыслить.

— Как давно она здесь, Ириса? — Барс больше рычал, чем спрашивал, — что ты здесь проводишь?

— Месяц.

— Барс, тут не совсем то, что ты думаешь.

— Это десятилетний ребёнок! Что вы творите? Открой двери клетки.

— Не стоит, — хором прокричали Ириса и Ника.

Но Барс уже открыл клетку, и протянул руку девочке.

Время словно замедлилось. Девочка за доли секунды из маленькой и милой превратилась в кровожадного монстра и набросилась на Барса. Она впилась зубами и когтями в его шею. Барс от неожиданности не смог выставить блок. А положение девочки мешало ему её отцепить.

— Придавите Барса к полу, делайте что говорю!! — такого командного тона от Ники Ушани не слышал никогда.

Ушани и Ириса за руки буквально бросили Барса на землю и удерживали, пока того бил припадок, а девочка пыталась разорвать ему горло.

Ника руками пыталась оторвать нечто, что управляло Алите. Живность изгибалась. Ника отрывала позвонок за позвонком. Иголки впивались в руки, оставляли глубокие царапины. Надломанные кости плевались ядом, обжигали.

Через три минуты в руках у Ники был носитель. Его мощный хобот — то что раньше находилось у основания черепа, имел на конце острые зубы. Оно извивалось в поисках источника питания.

Как только Ника оторвала носителя, девочка обмякла и не подавала признаков жизни. Барс смог скинуть её с себя. Ириса тут же притянула ее к себе.

Ушани смотрел на Нику.

— Что у тебя в руках?

— Оно, я не знаю, — Ника не шевелилась, но держала крепко. С каждой секунды сущность ослабевала. Жить без носителя она не могла. Тварь медленно изгибалась и умирала, под конец был издан сильный резкий вопль и сущность обмякла. Звук почувствовали все, кто находился рядом с домом. Безлюдное место молча утопило крики в шуме снежного ветра. Вскоре всё закончилось.

Ириса держала девочку. Она лежала на животе и еле дышала. Её тело была спокойным. Раны были только на энергетическом уровне.

Барс приходил в себя. Ника подошла к нему и осмотрела горло. Но никаких видимых следов паразита на его шее не было. Рана была физическая, но быстро затягивалась.

— Это моя сестра, — начала свой рассказ Ириса. Она сидела и всхлипывала. — Ведьмы по натуре и так слишком эксцентричны и с тяжёлым характером, а тут вдобавок такое. Психологически крайне неустойчивая ведьма — это та ещё проблема. Алите страдала не просто безумием, а маниакальным разрушительным желанием. Мы обе — потомки результата союза магини и ведьмака. У нас в семье уже рождались такие ведьмы, их убивали при появлении первых симптомов сумасшествия. Я не могла позволить убить сестру. Каждый вечер я приносила еду. Эта клетка из металла, блокирующего ведьмовскую силу.

Ириса гладила сестру по волосам.

— Родовое проклятие, — резюмировал Ушани.

— Я бы сказал, что родовой паразит, — прохрипел Барсит.

Ника посмотрела на него, а тот изучал её. У Ники все открытые участки кожи были в мелких ожогах и горели. Даже на лице были мелкие царапины. Барсит с пятнами крови на одежде, но вполне очнулся.

— Как они выживают, если носителя убивают? — Ника обратилась к Барсу.

— Маленькими детьми проще управлять и подчинять, тем более с младенчества, — начал Барс. — Паразит мог переходить на взрослого, но только временно. По мере рождения нового наследника паразит перекидывался на молодую юную кровь. Тем самым он контролировал его полностью. Взрослый так подчиняться не будет.

Вся компания сидела на полу и молчала.

— Она будет развиваться дальше? — девушка спросила тихо, почти шепотом.

— Ведьма, с сильным внутренним источником, опасна. Её должны были казнить. А теперь или выдавать или прятать её, — пожал плечами Барс.

— Ушани, ты можешь её спрятать?

— Я свяжусь с родителями. Мой отец, он должен помочь. И Аргона неплохо бы подключить.

— Нет.

— Тогда какие идеи?

— Магибус! Мы отправим ее к Магибусу.

— Кто такой? — спросил Барс.

— Лучший целитель. Но туда часов пять добираться. И ещё обратно. Когда успеть? Мы и так со своими хождениями на карандаше у преподавателей, — Ника размышляла вслух.

— Барс прикроет. А мы втроём поедем, — предложил Ушани.

— Нет. Поеду я с ними, — Барс даже огрызнулся, — А ты прикроешься Кликсом и тренером. Они тебе доверяют. Одному скажешь, что занимаемся по некромантии на кладбище, второму — что усиленные тренировки. Просто не попадись.

Под утро Ника, Барс, Ириса и Алите прибыли в лечебницу. Мастер Магибус был удивлён такому количеству гостей. Юную особу лечить поручили лекарю Тиару. Ириса осталась с ней. Ника и Барс пришли в кабинет мастера Магибуса, где Ника подробно описывала то, что произошло. Мастер слушал внимательно и задумчиво.

— Родовой паразит. С ним рождаются. Он влияет на сознание, питаясь силой и энергией носителя. Практически забирает силу и способность мыслить. Их никто не видит. Слабоумие ведьмы — вещь опасная. Методов лечения нет.

— Я слишком грубо его сняла.

— То, что ты рассказала — никто и понятия о таком не имел. Считается, что это последствия войн. Своеобразные проклятия, которые передаются по наследству. Не имеет значения, грубо или не грубо ты его сняла. Паразит, питающийся за счёт хозяина, не может его убить. А вот остальных, кто его снимает — запросто. Видимо, и вам, молодой человек, досталось. И ты Ника пострадала. Уверена, что только ожоги?

— Да, руки хоть и горят, но других ран нет. У Барса укусы, но не должны быть опасными. Но я так устала. Буквально с ног валюсь.

— Такие паразиты лишают сил. Амулеты справляются?

— Я потеряла цепочку. Но кольцо есть. Мастер Магибус, с девочкой же будет все в порядке? Вы ей поможете?

— Мы посмотрим за Алите. Возможно, отсутствие паразита позволит ей расти. Ты молодец! Не переживай. Здесь она под защитой.

Ника только кивала. Барс слушал внимательно. Он знал об этой лечебнице. Слушая мастера, присматривался к нему. Видно, что те очень дорожат девушкой, раз согласились помочь, не задавая вопросов.

В лечебнице они провели несколько часов. Когда Алите была устроена, все трое отправились в обратный путь.

Никто не обрадовался отсутствию студентов. Хватились их только вечером, когда поняли, что они не были ни на одной паре.

Ребята прибыли под утро, практически отсутствовали сутки. Они только пересекли входные ворота в Академию, а их уже вызвали к ректору.

В кабинете Мортиморы их ждали преподаватели— профессор Кликс, мастер Рон Сирп и сама Мортимора.

Ника, Ириса и Барс стояли перед преподавателями потрёпанные, со следами побоев.

— Вы отсутствовали в Академии сутки. Никого о своём отсутствии в известность не поставили, — начала Мортимора. — Ничего не хотите рассказать?

— Это всего лишь сутки, — возразил Барс

— Барсит Сорс— обратилась к нему Мортимора, — На вас Ника так повлияла? Я не посмотрю на ваши регалии и семью. В стенах ВАРы все следуют правилам. Вы не исключение. И вы это знаете. Если уходите, то должны поставить в известность своего преподавателя. И получить разрешение.