Я перебираюсь к нему, пьяная от потребности прикоснуться к нему. Он наблюдает за мной, его зрачки пылают расплавленным янтарем. Я прижимаю ладони к его груди и изучаю каждый сантиметр его мышц.

Боже, он великолепен.

У него вырывается глубокий стон, когда моя рука спускается ниже, чтобы приласкать его; я кайфую от того, какой он одновременно невероятно нежный и твердый. Как бы мне ни хотелось потратить следующие несколько часов на изучение его тела, сейчас я слишком изнываю от желания.

Я опускаюсь на колени и запрокидываю голову. Затем, удерживая его взгляд, я провожу языком по нижней стороне его ствола. Когда я обхватываю губами его чувствительную головку, его глаза прикрываются, а челюсть сжимается. Одной рукой я обхватываю его длину, а другой мягко ласкаю его яички.

Вырвавшееся у него в ответ ругательство придает мне смелости, и я принимаюсь дразнить его языком. Это невероятно кружит голову — обладать такой властью над ним, пусть даже я и стою на коленях. Коул кладет ладони мне на затылок, слегка подаваясь навстречу моим движениям, но не форсируя их. Я принимаю его так глубоко, как могу, задавая ровный ритм. Когда мышцы его бедер напрягаются до предела, он мягко тянет меня за волосы, заставляя отстраниться. Затем он ведет меня обратно на кровать. И только когда я снова оказываюсь на спине, он ложится на меня, делясь частью своего веса, и втягивает мою нижнюю губу в свой рот.

Ему приходится отстраниться, чтобы достать презерватив из тумбочки — о наличии которого я могла знать благодаря своей прошлой разведке — и натянуть его на свой твердый член. Мое тело инстинктивно расслабляется, когда он закидывает мою правую ногу себе на плечо и устраивается у моего входа. От упоительного ощущения того, как он плавно входит в меня, я прикрываю глаза от удовольствия.

— Смотри на меня, малышка. — Поначалу его толчки медленные и неторопливые, несмотря на голодный блеск в глазах.

Куда менее терпеливая, я подаюсь бедрами навстречу, побуждая его ускориться. Отчаяние, охватившее мое тело, одновременно переполняет и будоражит.

Он тихо смеется над моей попыткой доминировать снизу и глубоко целует меня своими припухшими губами.

— Никакой спешки, малышка. — Со стоном он прикусывает мою ключицу. — Я слишком долго ждал, чтобы все закончилось за минуту.

Я очень далеко зашла, чтобы вообще воспринимать его слова, и всякие разумные мысли покидают меня, когда он перекидывает мою вторую ногу через руку, проникая еще глубже. Стоны пузырятся у меня в горле, когда он двигает бедрами, раз за разом идеально попадая в ту самую точку. Очередной оргазм зарождается глубоко внутри, но остается пока недосягаемым. Это самая чистая, самая приятная форма пытки, которую я когда-либо испытывала. А когда он протискивает руку между нами и начинает лениво водить кругами по моему клитору, из меня вырываются нечленораздельные звуки. Этот мужчина — чертов музыкант, играющий на моем теле мелодию по своему выбору.

— Чертовски красивая, — шепчет он, наблюдая за тем, как входит и выходит из меня.

— Коул, мне нужно кончить, — умоляю я, пока моя киска сжимается вокруг него. — Пожалуйста.

Не отводя взгляда от моего лица, он двумя пальцами слегка потягивает мой клитор, и в этот момент я сдавленно вскрикиваю, кончая. Вспышки наслаждения проносятся по всему моему телу, заставляя меня дрожать. Еще несколько толчков бедер, и он следует за мной в это блаженное удовлетворение, с рычанием выдыхая мое имя, когда полностью теряет контроль.

Мы лежим довольным, потным клубком рук и ног, пытаясь перевести дух, но когда у Коула в животе громко урчит, мы оба взрываемся от смеха.

— Очевидно, я нагулял аппетит, — произносит он с бесстыдной улыбкой. — Как ты относишься к итальянской кухне?

— Мне подходит. Я согласна на все.

Приподняв бровь, он утыкается носом мне в шею. Его тело прижимается к моему так, словно этот танец между нами репетировался годами.

— Оу, вот как? Буду знать.

Я закатываю глаза, но улыбку не скрыть.

— Чтобы ты знал, обычно я не соглашаюсь на это на первом свидании.

— Это было не первое наше свидание. — Коул приподнимает голову, ухмыляясь. — Скорее, где-то тридцатое.

С этими словами он поднимается на ноги, выбрасывает презерватив, моет руки и оформляет заказ на доставку.

— Должны привезти через час. — Он нависает надо мной, накрывая мой рот своими губами и слегка прикусывая нижнюю губу, после чего отстраняется. — Интересно, чем нам занять это время…

Глава 22

Коул

Снова бросив взгляд на часы, я мысленно ругаю себя. Майя не опаздывает; это просто я приехал слишком рано и горю желанием поскорее ее увидеть. Проведя последние пять ночей в разъездах, мне приходилось довольствоваться лишь редкими звонками и сообщениями. Рад и этому, но мне отчаянно не хватало ощущения ее ладони в своей, пока она рассказывает об учебе, и того, как ее пальцы нежно проводят по синякам, с которыми я возвращаюсь домой с завидной регулярностью. А еще я жутко скучаю по ее приглушенным стонам, когда я медленно двигаюсь внутри нее. По этому резкому вдоху, когда я только вхожу в нее. По мягкому прикосновению ее губ к моим, когда она полностью растворяется в наслаждении вокруг моего члена.

Точно в срок она выходит из увитого плющом здания, где проходят ее занятия. В своей белой дутой куртке она похожа на очаровательный зефир. Не то чтобы я когда-нибудь скажу ей это вслух, ведь жизнь мне все-таки дорога. Только когда она спускается по лестнице, я замечаю рядом с ней парня. С его шоколадным оттенком кожи, модными очками в тонкой оправе и теплой улыбкой он похож на какого-нибудь доктора из «Анатомии страсти».

Он мне сразу не нравится. И это чувство только усиливается, когда он наклоняется ближе и заставляет Майю рассмеяться.

Заметив мою машину, она машет лжедоктору на прощание и спешит в мою сторону. Забравшись в салон, она перегибается через консоль и вовлекает меня в глубокий поцелуй.

— С возвращением, капитан. Поздравляю с третьей победой подряд.

Я тихо смеюсь, упиваясь удовлетворением от ее комплимента.

— Привет, малышка. Спасибо.

— Как долетел?

— Хорошо. Прочитал пару глав из «Инопланетных любовников с планеты Декссар». Как занятия?

— Потрясающе, — мечтательно произносит она. — Мы сегодня разбирали сюжет, а на практическом занятии писали короткие рассказы, где нужно было вставлять сюжетный поворот в начале каждого абзаца. Это должно помочь нам четко понимать, ради чего мы выбираем каждый поворот и как он влияет на дальнейшее повествование. Разбор Брайана очень помог. Чувствую, что наконец-то ловлю волну.

— Это здорово. — Я стараюсь говорить ровно, хотя от звука чужого мужского имени из ее уст у меня внутри все закипает. — А кто такой Брайан? Тот парень, с которым ты вышла?

Кивнув, она пристегивает ремень безопасности.

— Он был моим партнером по критике на этом задании.

— Твоим партнером? — К черту все, мне ни за что не скрыть сокрушительную ревность, которая меня пожирает.

— Мы оцениваем работы и делимся отзывами во время практических занятий. Почему ты ведешь себя странно? — Боковым зрением я вижу, как она оценивающе смотрит на меня, нахмурив брови.

Остановившись на красный свет, я поворачиваюсь к ней. Она все еще не сводит с меня глаз, выжидающе наклонив голову. Тот факт, что она не может сложить два и два, красноречиво говорит о том, как с ней обходились бывшие.

— Потому что я ревную.

— К Брайану? — Она запрокидывает голову и хохочет. Мысль о том, что мужчина может приревновать к ней, настолько ей чужда, что она даже не сразу это понимает. — Коул, Брайан так зациклен на том, чтобы стать следующим Джеймсом Паттерсоном, что я могла бы прийти на занятия в чем мать родила, и он бы даже не заметил. Нет причин для ревности, милый.

Ласковое слово сглаживает острые углы моей неуверенности, но я все равно хмурюсь, плавно отпуская тормоз и проезжая перекресток.