Так всегда бывает. Даже самой сильной женщине нужен сильный мужчина, который её смирит. Этой девчонке нужна сильная рука.

Дэйрон безжалостно смял пухлые губы поцелуем. Не отрываясь, скинул пиджак и сделал шаг вперёд, заставляя девушку отступать до тех пор, пока она не упёрлась в край стола. Рейна отвечала со звериной неистовостью. Близость силы туманила разум. Дракон запустил палец в вырез шёлковой блузки и с силой дёрнул вниз. Пуговки с дробным стуком разлетелись по полу. Рейна взмахнула рукой, с шелестом сметая мешавшие бумаги на пол. Женский стон потонул в нетерпеливом хриплом рычании.

Эта сила будет его. И Айлин будет его. Дэйрона Тарка невозможно остановить, потому что ему нечего терять.

*Карин и Снэд впервые появляются во второй истории цикла "Хозяйка поместья, или Отвергнутая жена дракона".

Тайрелл

Змей думал, что умирал, когда влюбился в рыжеволосую Лин. Тогда он просто ещё не знал, что такое умирать от ревности.

Тайрелл готов был вцепиться зубами в глотку надменного дракона, неожиданно появившегося на мельнице. Особенно, когда увидел на поясе у того хлыст. От убийства сородича его удерживала только просьба его драгоценной Лин.

Новость о том, что у неё есть жених, ударила под дых, но он оправился почти мгновенно. Змей не зря годами зарабатывал себе репутацию мерзавца. Увести невесту из-под носа сородича было бы вполне в его духе. Но истинная связь… Это не то, чему он может противостоять. Ни один дракон не в силах… Не в праве…

Истинность — мистическая связь двух сердец, которую никто не может разорвать. Он уже встречал такую пару — один из Стражей, лорд Кайрекс, был связан навеки со своей женой Эвалеоной. Змей никогда не признавался себе, как сильно завидовал им.

Тай понимал, что ничего не может поделать, но всё равно сжимал зубы до боли, раздавая своим помощникам указания разузнать всё об этом Тарке. Такую же фамилию носил старый лорд горной провинции Ониксар, но Змей никогда не слышал о том, чтобы у него был сын. В этой истории, как и в самом Тарке, было что-то подозрительное.

Если Лин — чужая истинная, тогда почему именно он всю ночь ходил кругами вокруг мельницы, охраняя её покой? Был не в силах сделать ни шага от защитного купола. Отвлёкся лишь утром, когда стали приходить послания от помощников. И мерзкий Тарк тут же появился.

Было большим удовольствием наблюдать, как Виспер разделывает соперника. И то, что Айлин не почувствовала боли, вместе со всем остальным вселяло в него надежду. Он знал, что надеяться глупо, но ничего не мог с собой поделать.

Сейчас ему как никогда хотелось схватить упрямую девчонку в охапку и утащить на край света. Но преступления против истинных пар карались так же сурово, как и против самих драконов. Эта связь проявлялась редко, но она гарантировала крепкое потомство и была важна для выживания всего драконьего рода.

Дети! Змей скрипнул зубами, представляя, что Лин будет вынашивать наследников кому-то ещё. То, что представлялось ему сначала лёгкой интрижкой, а потом внезапной влюблённостью, оказалось чем-то большим. Чем-то страшным, что забирало у него из рук контроль над собственной жизнью.

Этот Дэйрон был гораздо слабее его, Змей это чувствовал. Единственное, что у него было — это связь истинных, и подлец прятался за неё, как за юбку. Тайрелл мог бы скрутить его одним взглядом, но ментальное воздействие на сородичей было запрещено, так что это дало бы козырь его сопернику. Тай метался по комнате, как зверь в клетке, но чувствовал себя связанным по рукам и ногам.

А ведь где-то там рассматривалось его дело против Рейны, и срок подходил к концу. Но разве может он лишить Лин защиты теперь, когда здесь околачивается этот тип? Он мог бы рассказать ей про осколок источника, что ему так нужен. Может, она даже отдала бы камень ему. Но после этого Змею станет не до защиты — нужно будет отстаивать своё право на главенство, и Рейна не отдаст его так просто. А мысль о том, что Лин даже временно окажется в лапах этого негодяя, приводила его в исступление.

Взгляды, которые иногда бросала сама девушка, подогревали его пустые надежды. Тайрелл ругал себя за то, что принимает желаемое за действительное, пока не встретил эту странную пару — Карин и Снэда — упомянувших о его друге Тейране Кайрексе.

Никто не мог проверить, действительно ли двое связаны истинностью. Да и кому пришло бы в голову врать о таком? Но Тейран мог бы ответить на кое-какие вопросы. Например, способен ли он причинить боль собственной жене? И почему сам Тайрелл чувствует, что умрёт, если что-то случится с его Лин?

Айлин

Мы с Карин расстались хорошими подругами. Даже её муж, не проронивший ни слова, улыбнулся в бороду напоследок. Перед их уходом я отвела Карин в сторону, чтобы задать вопрос, который меня терзал.

— А твой брат, который изучает истинность… Он случайно не знает… Можно ли как-то от неё избавиться?

Карин изумлённо воззрилась на меня.

— Зачем кому-то желать такого? Ведь это благословение Пресветлого!

Я вздохнула. Видимо, меня Пресветлый за что-то невзлюбил.

— Нет, это невозможно. — Карин покачала головой. — Действие метки можно приглушить, но унять зов сердца насовсем не выйдет. Разделённые истинные будут тосковать по своей паре, но связь не даст им умереть. Они всю жизнь будут стремиться встретиться снова.

Я прислушалась к себе. В моём сердце были совсем другие надежды. Определённо, с нашей истинностью что-то было не так. Но если бы не эта связь, зачем Дэйрону так настойчиво добиваться меня? Для чего могучему дракону сиротка без талантов, состояния, связей?

Проводив новых друзей, мы с Таем встретились взглядами, молча оглядывая друг друга так, будто не виделись вечность. Почему-то именно сейчас, когда мой истинный появился, меня стало тянуть к Тайреллу особенно сильно.

— Мне нужно кое с кем связаться, — наконец произнёс дракон. — Оставайся в безопасности, хорошо?

Я кивнула, невольно окинув взглядом небо. Тай ушёл, бродяга Виспер тоже где-то пропадал, оставив после себя только цепочку из крошек, ведущую к окну. Одиночество скрасил Вельтар в своей неизменной соломенной шляпе. Когда я в шутку заметила, что он снова единственный из местных, кто ко мне приходит, Вельтар нахмурился, поминая недобрым словом городских торговцев.

— Эта шайка стала распускать слухи, и люди им верят. Видишь ли, после того, как последняя обитательница мельницы покинула наши края, здесь прошёл большой ураган. Много домов остались без крыш, даже ограду господского дома местами повалило. Некоторые восстанавливали хозяйство несколько лет, вот и боятся, что соседство с ведьмой снова принесёт несчастье.

Я покачала головой. Фианна Эйгард была добрейшей женщиной, вряд ли ураган был её рук делом. Но преодолеть человеческие предрассудки не так-то просто.

Забрав остатки печенья для сына, Вельтар попрощался, но заскучать мне не дали. Едва он ушёл, как на пороге снова возник Дэйрон. Вероятно, он дожидался, пока я останусь одна. Я вздохнула, призывая магическую защиту.

— Зачем ты здесь? Разве непонятно, что я не вернусь?

Он грустно усмехнулся.

— Затем, что по-другому нельзя. Наша связь заставляет меня стремиться к тебе. Так будет всегда, Айлин.

Дэйрон выглядел как-то иначе, как будто его кожа, волосы и глаза налились цветом и сиянием. Неужели и правда разлука с истинной парой так сильно влияет на драконов, что рядом со мной ему становится лучше? Теперь в его движениях стало куда больше силы и грации, а во взгляде уверенности. Тарк и вправду был очень привлекательным мужчиной. Мы могли бы быть счастливы, если бы только он всегда вёл себя так же бережно, как сейчас.

— Мне тяжело оставлять тебя, — бархатным голосом произнёс мой жених. — Ты не представляешь, что я пережил, пока искал тебя. Но ты в этом не виновата. Я сам виноват, что допустил такое.

Глаза стального цвета скользили по моему лицу, и я поёжилась от исходящей от него нежности, сопряжённой с опасностью. Я вдохнула лёгкий запах мяты, и по коже прошёл холодок, будто меня приласкали клинком.