— ДОСТАТОЧНО! — его голос прогрохотал над всем архипелагом, перекрывая музыку и шум прибоя.

От этого крика магическая пена на моей вилле мгновенно испарилась. Инкубы в ужасе отпрянули от меня, падая на раскаленные угли, которые теперь жарили по-настоящему. Дамиан пошатнулся, его лицо на мгновение утратило маску соблазнителя, явив истинную, испуганную сущность древнего демона.

Я стояла посреди террасы, тяжело дыша, мои волосы были спутаны, а платье прилипло к телу. Я посмотрела в сторону Виллы Суккуб — там, в паре километров через залив, полыхало черное зарево.

— Ой-ой... — прошептала я, чувствуя, как охваты на моем планшете зашкаливают за миллиард. — Кажется, наш лорд-телохранитель посмотрел первую серию.

Тайрон не просто «посмотрел». Я видела через Жжж-ыха, как он делает шаг прямо в пустоту океана. Вода под его ногами мгновенно превращалась в пар и обсидиановый лед. Он шел ко мне.

— Дамиан, я бы на твоем месте начала копать бункер, — я посмотрела на искусителя. — Потому что «Танцы на углях» только что закончились. Начинается «Жатва в прямом эфире».

Остров продолжал вибрировать. Тайрон был в ярости, и никакие правила реалити-шоу не могли его остановить. Я чувствовала, как его метка на моем теле пульсирует в такт его шагам — он шел забирать своё.

— Шоу продолжается... — пробормотала я, поправляя камеру дрона. — Оставайтесь с нами, сейчас будет ОЧЕНЬ больно. И, боюсь, не только инкубам.

Тайрон не просто шел по океану — он переписывал его законы. Под его тяжелыми шагами багровая вода мгновенно превращалась в обсидиановую корку, которая тут же трескалась, испаряясь белым ядовитым паром. Он был воплощенным возмездием, и его путь лежал прямиком к Вилле Инкубов, где Дамиан совершил роковую ошибку, коснувшись того, что принадлежит хаосу.

Но Наама-младшая была дочерью своей матери, а суккубы Бездны знали: если мужчину нельзя остановить сталью, его нужно остановить его же собственным желанием.

— Сестры, сейчас! — раздался резкий выкрик Наамы над волнами.

Тайрон замер в километре от берега. Из глубин Океана Крови, прямо перед ним, начали подниматься десятки обнаженных женских фигур. Они начали петь «Песнь Пустоты» — ментальный вирус, который бил не по ушам, а по инстинктам.

Воздух вокруг Тайрона внезапно сгустился, превращаясь в розовое марево, пропитанное феромонами Хаоса. Это был концентрат похоти, способный свести с ума даже каменного истукана.

— Тайрон... — раздался нежный, до боли знакомый голос.

Он резко обернулся. Прямо на гребне волны стояла я. Точнее, иллюзия меня. На ней было то самое платье из черного шелка, которое он сорвал с меня в нашу первую ночь в Мал’Газаре. Она стояла, протягивая к нему руки, а её глаза светились золотым светом.

— Куда ты спешишь, мой лорд? — прошептала «Катя», и её образ начал множиться. Через секунду Тайрон был окружен кольцом из десяти моих проекций. Каждая из них представляла собой его скрытую фантазию. — Ты злишься на Дамиана? Но разве ты не видишь... я здесь. Я всегда была здесь, в твоем сердце. Зачем тебе берег, если океан полон меня?

Тайрон зарычал, замахиваясь кулаком, но его рука прошла сквозь туманную плоть иллюзии. Феромоны начали действовать. Его демоническая кровь, подстегиваемая магией суккуб, закипела. Он остановился, тяжело дыша. Суккубы, скрытые за иллюзиями, начали медленно кружить вокруг него, сужая кольцо. Они не просто отвлекали его — они затягивали его обратно в ловушку своих чар.

В это же время в другом крыле виллы, вампир Влад переживал свой лучший час. Он полулежал в бассейне с кровью альпийских девственниц (синтетической, конечно, спонсорской), а две суккубы, не участвовавшие в «осаде» императора, делали ему массаж пальцев ног.

— О да, — лениво тянул Влад, рассматривая свое отражение в золотом подносе. — Вот это уровень сервиса. Девочки, чуть левее... Да, именно так. Вы знаете толк в аристократическом досуге. Моя Сильфия слишком... шумная. Ей не хватает этой томной грации и тишины.

На Вилле Инкубов Сильфия в этот момент смотрела трансляцию на огромном экране. Её перья встали дыбом, а глаза налились кровью. Она видела, как её муж наслаждается обществом девиц, пока Тайрон героически борется с мороком.

— АХ ТЫ, БЛЕДНАЯ ГЛИСТА! — взревела она, хватая за ствол ближайшую пальму. — «ТОМНОЙ ГРАЦИИ» ЕМУ НЕ ХВАТАЕТ?!

С диким криком гарпия вырвала пальму с корнем и начала методично крушить декоративную изгородь виллы. Инкубы в ужасе разбежались.

— Сильфия, успокойся! — крикнула я, уворачиваясь от летящего кокоса. — Это же просто шоу!

— Я ДОБЕРУСЬ ДО ЭТОГО ОСТРОВА И ВЫЩИПАЮ ИМ ВСЁ, ЧТО У НИХ РАСТЕТ! — вопила Сильфия, принимаясь за вторую пальму.

В это же время осада Тайрона достигла апогея. Иллюзорные «Кати» стали настойчивее. Одна из них прильнула к его спине, обвивая руками его мощную грудь, в то время как Наама, скрытая за маской иллюзии, вливала в его разум образы нашей ночи.

Тайрон чувствовал, как его демоническая натура, подстегиваемая концентрированными феромонами, начинает брать верх. Его член, тугой и тяжелый, требовал немедленного выхода, а инстинкты хаоса кричали о том, чтобы взять всё, что находится в пределах досягаемости. Он был заперт в коконе из собственного вожделения, и каждый его шаг к берегу становился всё труднее.

— Ты... не она... — прорычал он, и его голос был похож на скрежет сталкивающихся тектонических плит.

Он открыл глаза. В них не было больше человеческого зрачка — только два вертикальных разреза в море пылающего золота. Суккубы думали, что они поймали его в ловушку страсти. Они не понимали, что для императора хаоса страсть — это не слабость, а топливо.

— Вы хотели увидеть мою суть? — Тайрон медленно выпрямился, и от этого простого движения по поверхности океана во все стороны разошлась мощная ударная волна, сбивая иллюзии. — Вы хотели «разделить со мной хаос»? Что ж... Вкушайте.

Он распахнул свои инфернальные крылья и выпустил наружу всю накопленную энергию своей страсти.

Это была «демонстрация силы», которая в Бездне считается самой изысканной и жестокой формой обладания.

Тайрон не коснулся ни одной из них. Он просто превратил свою ауру в осязаемый, раскаленный пресс. Плотная, густая энергия хаоса, пропитанная его собственным, не нашедшим выхода возбуждением, ударила по суккубам как цунами из жидкого огня.

Это был разряд чистого, концентрированного оргазма, смешанного с подавляющей волей императора. Суккубы, включая Нааму, мгновенно потеряли контроль над своими телами. Они рухнули прямо на обсидиановую корку льда, их тела выгибались в конвульсиях. Тайрон заполнял их пространство своей мощью, заставляя их чувствовать всё, что чувствовал он сам, но в тысячекратном размере.

Это была эротическая пытка. Каждая клеточка их тел горела от его присутствия. Они задыхались, их крики превратились в нечленораздельные стоны. Он доминировал над ними, не прикасаясь, выжигая их наглые иллюзии своей истинной сущностью.

— Смотрите на меня! — пробасил Тайрон, нависая над Наамой, которая корчилась у его ног, царапая землю когтями в бессильном экстазе. — Я — Хаос, и моё желание — это не то, чем вы можете управлять. Это то, что уничтожит вас, если вы посмеете встать на пути.

Он стоял посреди океана, полуобнаженный, сияющий, как темное солнце. Суккубы вокруг него были полностью сломлены — они получили ту энергию, за которой охотились, но она была настолько колоссальной, что едва не выжгла их изнутри.

Тайрон посмотрел в камеру Жжж-ыха, который завис рядом, чудом не оплавившись. Его взгляд был направлен прямо на меня.

— Катерина, — прошептал он, и на своей вилле я почувствовала, как по моей коже пробежал электрический разряд, а колени предательски дрогнули. — Эти игры закончились. Я иду за тобой.