В зале повисла мертвая тишина. Я почувствовала, как земля уходит у меня из-под ног. Тайрон вскочил, обрывая магические путы простым усилием воли. Его глаза пылали багровым пожаром.

— Что за чушь?! — взревел он, и от его крика зеркала вокруг периметра покрылись трещинами. — Я не знаю никакой Наамы! Моя душа принадлежит Катерине! Детектор неисправен!

— Детектор считывает истину, скрытую даже от носителя, — бесстрастно повторила машина.

Я видела чат на планшете. Он сходил с ума.

«Тайрон — обманщик!»

«Лорд Бездны хочет бывшую!»

«Катя, бросай его, Азазель лучше!»

— Жжж-ых, стоп эфир! — выкрикнула я, чувствуя, как внутри закипает ярость, смешанная с болью. — Технический перерыв!

Я посмотрела на Азазеля. Инкуб сидел с видом глубочайшего сочувствия, но в его глазах плясали искры торжества. Он взломал систему, он подстроил это.

В наших покоях Тайрон метал громы и молнии. В буквальном смысле — от его шагов ковер дымился, а вазы разлетались в пыль.

— Катерина, ты же не веришь этому куску обсидиана?! Ты же знаешь, что это ложь!

Я молча подошла к шкафу и достала оттуда магические оковы из светящейся плазмы — те самые, которые позволяли мне использовать права супер-админа на физическом уровне.

— Сядь, Тайрон, — мой голос был холодным и ровным.

Он замер, глядя на оковы. Его грудь тяжело вздымалась.

— Ты... ты хочешь допросить меня? Своего мужа?

— Я хочу допросить императора Бездны, — я подошла к нему вплотную, глядя прямо в его пылающие глаза. — Детектор был взломан, я это знаю. Но чтобы очистить твое имя и успокоить себя, я должна войти в твою систему. Я должна провести полную диагностику твоего подсознания.

Я щелкнула пальцами, и оковы защелкнулись на его запястьях, притягивая его руки за спину. Тайрон не сопротивлялся, хотя мог бы разорвать их в секунду. Он смотрел на меня с болезненным подчинением.

— Делай что должна, но помни: там нет ничего, кроме тебя.

Я активировала права супер-админа. Мои пальцы начали светиться золотом, и я приложила ладонь к его обнаженной груди, прямо над сердцем.

— Вход в систему... Синхронизация данных...

Я закрыла глаза. Перед моим внутренним взором поплыли каскады кода его души. Это было невероятно интимно — видеть его мысли не как слова, а как вспышки энергии. Я чувствовала его страсть к себе, его бесконечную преданность... и вдруг — глитч. Маленький, мерзкий вирусный код, внедренный Азазелем. Он не был «желанием», он был «ложной памятью», наложенной поверх реальности.

— Я нашла его... — прошептала я, но мои руки непроизвольно соскользнули ниже, по его напряженному животу.

Близость в режиме администрирования была... специфической. Я чувствовала каждый нервный импульс Тайрона, каждое его невысказанное желание. Оковы сдерживали его физическую мощь, но его внутренняя энергия хаоса начала переплетаться с моим светом источника.

— Катерина... — прохрипел он, его голова откинулась назад. — Ты... ты в моей голове... это... слишком...

Я прижалась к нему всем телом, продолжая «диагностику». Мои губы коснулись его шеи, а пальцы продолжали танцевать на его коже, стирая вирусный код и заменяя его нашими общими воспоминаниями. Это был акт экзорцизма, превращенный в акт любви.

— Я удаляю её, Тайрон... — шептала я ему в ухо, покусывая мочку. — Никакой Наамы, только я — твой единственный администратор.

Я чувствовала, как он напрягается под моими руками. Его сдерживаемая ярость трансформировалась в нечто гораздо более горячее. Оковы начали плавиться от жара его тела. Магия супер-админа давала мне власть над его чувствами, и я усилила его возбуждение до максимума, превращая наш «допрос» в симфонию наслаждения.

— Твое наказание за то, что позволил ему взломать себя... — я скользнула рукой в его брюки, чувствуя, как он вздрагивает от разряда магического тока. — Ты будешь принадлежать мне каждую секунду этой ночи. И Жжж-ых запишет это... только для моего личного архива.

Тайрон рыкнул, окончательно разрывая оковы, и подмял меня под себя.

— Я сам — твой личный архив, маленькая ведьма. Сегодня я заполню все твои свободные гигабайты памяти.

В ту ночь замок содрогался от магических выбросов. Вирус был уничтожен, но на его месте родилась такая концентрация страсти, что утром Жжж-ых выдал ошибку: «Уровень хайпа превышает возможности реальности».

Азазель еще не знал, что его маленькая диверсия только укрепила наш союз. Завтра на Лобном месте его ждал сюрприз, к которому он точно не был готов.

Утро шестого дня проекта началось не с привычного звона гонга, а с подозрительной тишины, которая в Бездне обычно предшествует либо извержению вулкана, либо государственному перевороту. Я сидела в аппаратной, окруженная парящими экранами, и с недоумением наблюдала за пустой кухней. Где Гронд и Кронд с их утренним протеином? Где Влад, полирующий клыки перед зеркалом?

— Жжж-ых, дай картинку из женской спальни, — скомандовала я, потирая виски.

То, что я увидела, заставило меня подавиться утренним кефиром. Сильфия, наша «милая любительница котиков» и по совместительству самая скандальная сучка проекта, стояла на кровати, размахивая самодельным плакатом: «МЫ — НЕ ПУШЕЧНОЕ МЯСО ДЛЯ РЕЙТИНГОВ!».

Вокруг неё сгрудились остальные участницы. Даже Мара перестала плакать и сейчас сосредоточенно точила когти о прикроватную тумбочку.

— Девочки! — вопила Сильфия, и её голос через динамики аппаратной звучал как скрежет ржавой пилы. — Хватит это терпеть! Почему мы должны каждое утро бегать через яму с кислотой для разминки? Почему нам выдают только по литру крови и по одному бокалу астрального вина в день? Мы — женщины Бездны! Мы требуем безлимитный бар, спа-процедуры и отмены утренних зарядок!

— И... и мужиков посимпатичнее! — добавила Брунгильда, сокрушительно ударив кулаком по стене. — Этот вампир слишком тощий, а огр постоянно путается в собственных ногах! Мы хотим праздника!

— Это бунт, — констатировала я, чувствуя, как внутри закипает профессиональный гнев. — Жжж-ых, общий сбор на лобном месте! Объявляй экстренный эфир. Если они хотят шоу, они его получат, но по моим правилам.

Через полчаса на лобном месте было жарко, и дело было совсем не в Костре Рока. Девушки стояли плотной стеной, излучая такую концентрацию агрессии, что воздух вибрировал. Напротив них понуро сгрудились мужчины проекта. Влад брезгливо отряхивал пыль с шелковой сорочки, а двухголовый огр Гронд и Кронд пытался понять, на чьей он стороне.

Я вышла в центр, натянув свой самый властный наряд — облегающее платье из жидкой тьмы, расшитое золотыми микросхемами.

— Так, мои неудовлетворенные! — я обвела их холодным взглядом. — Что за забастовка в прайм-тайм? Сильфия, я вижу, ты сегодня в ударе. Хочешь больше вина?

— Мы хотим уважения к нашему труду! — гарпия взлетела, зависнув в метре от моего лица. — Мы создаем контент, а ты заставляешь нас пахать как каторжных! Либо ты даешь нам выходной с безлимитной выпивкой, либо мы объявляем голодовку... и сожрем твой замок по кусочкам!

— Ты забываешься, пернатая, — раздался за моей спиной голос, от которого камни под ногами начали трещать.