В какой-то момент я потеряла счет времени и реальности. Существовал только этот ритм, этот жар и его голос, нашептывающий на древнем языке Бездны слова обладания. Когда наступила разрядка, она была похожа на взрыв сверхновой. Золотой свет моего источника и фиолетовое пламя его хаоса заполнили комнату, выбивая окна и заставляя Жжж-ыха, который тактично завис за дверью, зафиксировать сейсмический толчок в восемь баллов.

Мы лежали в руинах постели, тяжело дыша. На моей коже, там, где он касался меня особенно яростно, остались мерцающие знаки — магические «метки собственности» лорда Бездны.

— Ну как... — прошептала я, пытаясь восстановить дыхание. — Твой... «тест на принадлежность»... пройден?

Тайрон притянул меня к себе, укрывая своим крылом. Его сердце всё еще колотилось о мои ребра. — Завтра мы отправимся на этот остров, Катерина. Но помни: если хоть один из них посмотрит на тебя дольше положенного... я не буду играть в реалити-шоу. Я буду играть в жатву.

Я закрыла глаза, засыпая в его объятиях. Кризис «старой пары» был преодолен, но я понимала, что «Остров запретных наслаждений» станет самым опасным проектом в моей жизни. И, возможно, самым прибыльным.

Архипелаг Багряных Грёз встретил нас так, как и подобает самому дорогому курорту в центре Океана Крови: влажным зноем, запахом экзотических специй и розовым песком, который на поверку оказался измельченным кораллом с привкусом греха. На горизонте бурлила багровая вода, а над пальмами, чьи листья напоминали лезвия бритв, кружили Жжж-ыхи последней модели, ведя трансляцию в режиме 360 градусов.

Я стояла на палубе нашей парящей яхты «Имперский Хайп», поправляя солнцезащитные очки с дополненной реальностью. Внутри меня всё еще вибрировало эхо прошлой ночи. Метки Тайрона, скрытые под легким полупрозрачным парео, то и дело вспыхивали едва заметным фиолетовым светом, когда мой взгляд встречался с его золотыми глазами. Он стоял рядом, скрестив мощные руки на груди, и выглядел настолько свирепо, что даже местные хищные лианы испуганно втягивали свои шипы.

— Внимание, мои дорогие участники и зрители! — мой голос разнесся над пляжем через магические усилители. — Мы прибыли. Это — Остров запретных наслаждений. Здесь заканчивается ваша привычная жизнь и начинается тест на прочность ваших чувств. Посмотрите друг на друга в последний раз, потому что через десять минут между вами ляжет тень разлуки!

На берегу уже выстроились остальные пары нашего шоу.

Вампир Влад стоял под гигантским черным зонтом, который держал скелет-раб, и яростно мазался кремом с защитой SPF 1000. Его «половинка», гарпия Сильфия, нервно чистила перья на крыльях, периодически вырывая их с корнем.

— Если я увижу на твоем экране хоть одну суккубу ближе, чем на пять метров, Влад, я превращу твой гроб в набор для шведской мебели! — шипела она.

— Дорогая, я — эстет, — лениво отвечал вампир. — Мои глаза будут искать только изысканность, которой на этом острове, боюсь, дефицит.

Чуть поодаль Брунгильда, трехметровая варварша, разминала плечи, отчего её шкуры угрожающе трещали.

— Мне нужно освежить чувства, — прогудела она, глядя на своего спутника. — В последнее время наш секс напоминает схватку двух ленивых троллей. Гронд, ты меня слышишь?

Двухголовый огр Гронд/Кронд шмыгнул носами.

— Мы будем верны! — пробасила правая голова (Гронд), прижимая к груди томик стихов. — Я буду писать тебе сонеты на песке!

— ЖРАТЬ ОХОТА! — гаркнула левая (Кронд). — И ПОЧЕМУ ТУТ ТАК МНОГО ГОЛЫХ ЛЮДЕЙ?! ЭТО ШВЕДСКИЙ СТОЛ?

И тут на берег вышли они. Двадцать искусителей.

Десять суккуб во главе с Наамой-младшей и десять инкубов, ведомых Дамианом. Это было зрелище, от которого рейтинги в моем планшете мгновенно пробили отметку в сто миллионов. Суккубы были одеты в «бикини» из живого тумана, который то и дело менял форму, а инкубы щеголяли такими торсами, что казалось, их вырезал из мрамора сам бог похоти.

Дамиан, высокий, с кожей цвета слоновой кости и глазами, в которых плескалось ночное небо, подошел к нам первым. Он изящно поклонился, и я почувствовала, как в воздухе разлился аромат мускуса и пачули.

— Ваше Величество, — он взглянул на меня, и в его взгляде была такая концентрация ментального обольщения, что мои настройки Супер-Админа на мгновение выдали ошибку «Warning: Unlocked Emotion». — Для нас честь принимать вас на нашем скромном острове. Я лично позабочусь о том, чтобы ваше пребывание на Вилле Инкубов было... незабываемым.

Рядом со мной Тайрон издал звук, похожий на рокот начинающегося землетрясения. Земля под ногами Дамиана пошла трещинами.

— Если ты планируешь прожить на этом острове дольше часа, «сиятельный», — прорычал Тайрон, и его татуировки вспыхнули ядовитым неоном, — держи свой язык и свои помыслы за зубами. Катерина — это солнце, которое сожжет тебя дотла, если ты подойдешь слишком близко.

Дамиан лишь улыбнулся, не отводя взгляда. Искусителей специально тренировали не бояться даже Императоров Хаоса.

— Пора! — объявила я, стараясь сохранить профессиональный тон, хотя метка Тайрона на моем бедре начала обжигающе пульсировать. — Магический барьер «Завеса Разлуки» — АКТИВИРОВАТЬ!

Между пляжем и виллами выросла стена из фиолетовых молний. Жжж-ыхи разделились на две группы.

Мужчин — Тайрона, Влада и Огра — окружили суккубы. Наама-младшая тут же скользнула к Тайрону, её тонкие пальцы с когтями, покрытыми розовым лаком, почти коснулись его плеча. — Император... — промурлыкала она. — У нас на вилле есть бассейн с жидким светом. Говорят, он отлично расслабляет напряженные мышцы. Позвольте мне показать вам дорогу?

Тайрон даже не посмотрел на неё. Он смотрел на меня через прозрачную стену барьера.

— Я смотрю на тебя, Катерина, — прошептал он, и его голос, усиленный нашей квантовой связью, прозвучал прямо у меня в голове. — Ни один инкуб не сотрет мои метки.

На Вилле Суккуб тем временем началось то, что Асти позже назовет в отчетах «комедией инфернальных ошибок».

Пока Тайрон стоял в центре сада как обсидиановая статуя, игнорируя попытки Наамы завести с ним разговор о «высоких материях и низменных страстях», двухголовый огр стал эпицентром хаоса.

Две суккубы в полупрозрачных одеждах из паутины астрального паука решили начать с «легкого флирта». Одна из них начала водить перышком по мощной шее огра, нашептывая в правое ухо Гронду: — О, великий воин... твои плечи такие широкие... ты когда-нибудь думал о том, чтобы разделить ложе с той, кто понимает твою тонкую натуру?

Гронд, в глазах которого стояли слезы восторга, внезапно выхватил свой томик стихов.

— О, дива! — возопил он. — Послушай сонет номер сорок восемь! «Твой череп в лунном свете так прекрасен, как будто выбелен он известью небес...» Ты как считаешь, рифма «прекрасен — опасен» здесь уместна или это слишком избито для постмодернизма Бездны?

Суккуба замерла с открытым ртом. Её учили соблазнять, а не заниматься литературным разбором графомании. В это время вторая искусительница попыталась зайти с тыла, игриво потянув за завязку купальника, сделанного из чешуи змеи.