Его полет прервался на высшей точке. Одиночный выстрел разведчика с фланга снес кошака с гребня стены. Он рухнул в кусты, как подстреленная утка.

Бой занял ровно пять минут. Трибуны в шоке молчали. Они не поняли, что произошло. Громкие хлопки, и хвостатые воины валяются на земле, даже не скрестив клинки. А затем тишина взорвалась яростным гулом.

Второй бой. На арену выходит команда молодого лейтенанта Андреева. Эти парни подошли к делу еще циничнее, так как на хвостатых висело уже по три амулета, перенастроенные на физику. Поэтому армейцам разрешили, общего согласия противников и старейшины, кое-что кроме Сайги с резиной.

Андреев срисовал архитектуру лабиринта еще до старта. Как только гонг ударил, снайпер команды, легкий как тень, вскарабкался на толстую ветку, нависающую прямо над ареной. Еще один боец достал из подсумка мини-дрон и подбросил его в воздух.

Жужжание винтов затерялось в криках толпы. Дрон быстро нашел команду кошаков, пытающихся организовать засаду в центре лабиринта, и завис над ними, транслируя картинку на планшет лейтенанта.

— Цели вижу, работаем — дал целеуказание разведчик.

Снайпер с ветки методично, не торопясь, как в тире на стрельбище, начал работу. Звук автоматики при выстреле из «Винтореза» тяжелыми дозвуковыми пулями тонул в шуме трибун.

Первый кошак получил заряд в плечо. Его защитные амулеты вспыхнул красным, сигнализируя о перегрузе, и парень осел на землю с отнявшейся рукой. Второй попытался спрятаться под щитом — пуля прилетела в неприкрытое бедро.

Кошаки даже не поняли, откуда по ним ведут огонь. Они метались по лабиринту, получая одно попадание за другим. Через десять минут вся пятерка местных валялась на песке.

Трибуны приуныли. Зрители ожидали эпичных схваток, танцев с мечами, звона стали. А получили показательное, неспортивное избиение «мальчиков-зайчиков», абсолютно безжалостное в своей эффективности.

Финал командных боев «пять на пять» свелся к внутриведомственному междусобойчику. Федераты выбили всех конкурентов и теперь стояли друг против друга: матерая команда Гвоздя против молодняка лейтенанта Андреева.

Толпа на трибунах бесновалась. Местным было плевать на турнирную сетку, они просто хотели посмотреть, как «зеленые» будут убивать друг друга их же страшным оружием.

Гонг ударил. И лабиринт превратился в филиал ада.

В небе над ареной с противным хрустом разлетелся в пластиковые брызги мини-дрон. Кто-то из команды Гвоздя из Сайги распотрошил летуна на запчасти.

На трибуне Леший хлопнул по плечу уныло смотрящего в пустой экран планшета Смолина.

— Не ной, Илюха! — заржал Комаров. — Напишешь рапорт, купим тебе новую игрушку на Алиэкспрессе. Ты лучше смотри, как Костян молодых гоняет!

Бой шел жестко. Резиновые пули рикошетили от деревянных щитов, красящие гранаты взрывались, заливая дерево едким розовым и желтым цветом. Бойцы не жалели друг друга. Это была отработка городского боя в чистом виде. К концу десятой минуты на ногах остались только сам Гвоздь, тяжело дышащий за укрытием, и один боец из его пятерки. Команда Андреева полегла полностью, покрытая синяками и краской.

Местные оценили. Они увидели, что чужаки бьются всерьез, не делая скидок даже своим. Авторитет роты Корнева взлетел на недосягаемую высоту.

Вечер опустился на город, зажигая на ярусах Великого Древа тысячи фосфоресцирующих кристаллов. Настало время финала индивидуальных боев. Бой за титул.

На освещенный песок вышла Эйрин. Ее противником оказался опытный маг огня из столичного гарнизона. Мужик со шрамом на пол-лица прекрасно понимал, что в ближнем бою против этой бешеной кошки с двумя клинками ему ловить нечего. Поэтому он ударил первым.

Маг воздел руки, и часть арены превратилась в локальный ад. Сплошная стена пламени залила песок, отрезая Эйрин пути к маневру. Температура скакнула так, что зрители в первых рядах подались назад. Песок под ногами мага начал спекаться в стеклянную корку.

Эйрин не отступила. Воительница продемонстрировала запредельную скорость и акробатику. Она скользила между огненными шарами, отталкивалась от деревянных ограждений, уходя с линии огня в миллиметрах от смерти.

Корнев, наблюдая за этим танцем с балкона, поймал себя на интересной мысли. На турнире не было по-настоящему серьезных рубак с большим опытом. Ни ветеранов-сотников, ни гвардейцев кланов.

Капитан скосил глаза на сидящую рядом Ил’ду. Старуха довольно щурилась, глядя на арену. Всё стало на свои места. Хитрая ведьма просто не пустила настоящую элиту на турнир, под благовидными предлогами оставив их в казармах. Она расчищала путь своей подопечной к статусу чемпионки. Да и какое зрелище получилось бы, если бы матерый ветеран зарубил молодняк одним ударом на первых секундах? А так — красивое шоу и нужный победитель.

На арене ситуация накалилась до предела. Эйрин рванула сквозь дым. Маг огня выставил барьер, пламя резануло по ее рукам. Один из клинков воительницы, не выдержав удара, жалобно звякнул и сломался пополам.

Маг торжествующе рыкнул и кинул в нее огромный, пульсирующий сгусток концентрированного огня.

Эйрин не стала уклоняться. Она вложила всю силу во второй, уцелевший меч, и с диким криком рассекла летящее пламя надвое. Огонь обтек ее с двух сторон. Кошка нырнула под распадающийся сгусток, сократила дистанцию до нуля и выдала серию ударов руками. В завершении Эйрин чутка оттолкнула от себя мага, и в прыжке с разворота нанесла удар ногой, обутой в тяжелый ботинок «зеленых».

Маг отлетел на пять метров, прорезав спиной песок и больше не встал. Толпа радостно, с надрывом скандировала имя победительницы.

Корнев поднялся с кресла. Он не стал спускаться по лестнице. Капитан подошел к краю балкона, перекинул ноги через перила и спрыгнул прямо на песок арены, мягко погасив падение перекатом. Алексей выпрямился и ровным шагом пошел к тяжело дышащей Эйрин. В руках капитан держал длинный сверток, замотанный в плотную ткань.

Зрители начали затихать. Ил’да и Орди на балконе замерли, напряженно следя за происходящим.

— Небольшой подарок победительнице, — произнес Корнев, голос его разнесся над затихшей ареной. Он протянул сверток вперед.

Эйрин удивленно смотрела на Алексея. Капитан чуть сдвинул плотную ткань. В свете магических светильников тускло блеснули две матовые рукояти.

Девушка с сомнением, медленно потянула за них. Оружие легко вышло из ножен. Это были два коротких, прямых клинка, выкованных из земной стали, покрытые антибликовым воронением. Идеальный баланс. Смертоносная простота. Эйрин крутанула их в руках — воздух сухо свистнул. Глаза воительницы распахнулись от восторга.

— Благодарю… — смущенно, почти шепотом выдавила девушка.

Корнев кивнул. Они вместе с Эйрин пошли к широким створкам выхода с арены на центральную улицу яруса. Капитан переступил порог. И застыл на месте, охреневая в очередной, кажется, уже тысячный раз за эту неделю.

На широкой площади перед выходом стояли на коленях полтысячи кошаков. Оружие — мечи, кинжалы, копья — все лежало рядом с каждым из присутствующих.

Впереди всех, прямо по центру, стояла на обоих коленях старейшина Ночных Теней. Мадам была одета в самые дорогие, парадные одежды своего клана. Кошка уткнулась лбом в дощатый настил, не смея поднять глаз.

Услышав шаги Корнева, старейшина выпрямилась. Она обвела взглядом всю площадь, чтобы слышал каждый, и громко, надрывно произнесла:

— Клан Ночных Теней признает свою вину! Отныне наш клан, наши земли и наши жизни принадлежат Ключнику! Моя жизнь в твоих руках, господин. Ты можешь делать со мной всё, что захочешь!

Эйрин, стоявшая за спиной капитана, поперхнулась воздухом. Ее хвост распушился до состояния ершика и начал нервно бить по ногам.

Корнев медленно, очень медленно повернул голову.

Ил’да неслышно подошла сзади и встала в тени ворот арены. Старуха опиралась на посох, и на ее лице играла безмятежная, благостная улыбка заботливой бабушки.