Через километр они вышли к метке, оставленной кошачьим дозором. Следопыт, сидевший на ветке дерева, тихо спустился вниз.

— Они ушли в вон туда, — прошептал абориген, указывая рукой направление. — Там старое русло ручья. Мы потеряли визуальный контакт пятнадцать минут назад.

— Принял. Уходи к своим, дальше мы сами, — кивнул Корнев.

Группа углубилась в лес. Здесь пахло сыростью и гниющими листьями. Спустя три часа медленного передвижения, Корнев поднял кулак, останавливая отряд. Капитан присел на корточки, рассматривая отпечаток армейского берца на влажной глине. Протектор был вмят глубоко — беглец был хорошо нагружен, но двигался быстро.

— Контакт, — спустя полчаса, прошептал Леший по связи. — Вижу одного на одиннадцать часов. Сидит за поваленным стволом.

— Обходим с флангов, — скомандовал Корнев. — И давайте аккуратно…

Ил’да не находила себе места. Старейшина мерила шагами свои покои. Внешне она сохраняла ледяное спокойствие, но внутри бушевал настоящий ураган.

Эта дура из клана Теней! Ил’да стиснула зубы так, что заскрипели челюсти. Мало того, что идиотка самовольно нарушила перемирие, она умудрилась закопать сама себя и весь свой клан. Но хуже всего было другое. Где, во имя всех темных духов леса, эта стерва откопала «Стул Истины»? Да кто и в каком бреду назвал этот магический ужас «Стулом Истины»⁈

Такие артефакты считались полностью утраченными минимум сотню лет назад. А все потому, что их намеренно уничтожали. Его использовали в те мрачные времена, когда кланы самозабвенно резали друг другу глотки. Стул вытягивал жизненные силы по капле, медленно, садистски долго, оставляя после себя пустую оболочку, ходячий овощ. Если бы кто-то из Совета проболтался «зеленым», что их командира посадили на инструмент для пыток и казней… Федерация просто смела бы Великое Древо с лица земли огнем с небес.

С другой стороны, Ил’да не могла не признать циничной гениальности плана. Схема была логична до омерзения: высосать из Ключника большую часть сил, пробить его естественную ментальную защиту на фоне алкоголя и магических зелий, а затем мягко накинуть Ошейник Долга. Даже она, старая интриганка, не додумалась бы до такой многоходовки.

И слава всем богам, что Корневу было просто плевать на все эти потуги! Старейшина содрогнулась, представив, что было бы, если бы план сработал, и капитан превратился в послушного песика клана Теней.

В покои настойчиво кто-то стучался.

— Заходи, — устало произнесла старейшина. В помещение влетел ее помощник.

— «Зеленые» уходят! — надорванным голосом сообщил он.

Ил’да пулей вылетела на улицу. Все так, разведчики в быстром темпе грузились на броню, дизеля громко урчали, готовые отвезти людей куда требуется.

Старейшина молча смотрела на колонну с замиранием сердца ожидая, куда повернет колонна. Если влево на развилке — можно медленно ползти в сторону кладбища, ведь, скорее всего, Корнев погиб, а ей этого не простят…

Головная машина резко вильнула вправо и пошла в ту сторону, куда ушел Барон. Ил’да позволила себе выдохнуть, но только чуть-чуть. Алексей жив, но у него проблемы, значит, боги решили поиграть с судьбами ее народа еще разок.

Ил’де внезапно захотелось кого-то покалечить. Прямо сейчас. Медленно, методично и очень больно. Это желание жгло изнутри кислотой. Вариант для сброса напряжения сидел буквально на пару ярусов ниже, запертый в сырой камере.

Старейшина резко развернулась и вышла из покоев. Она быстро спустилась по переходам в тюремный блок. Стражники у двери вытянулись в струну, почувствовав исходящую от Ил’ды ауру неконтролируемой, давящей силы.

Дверь скрипнула. По взгляду старушки, по тому, как побелели костяшки пальцев, сжимающих посох, охрана поняла одно: глава Ночных Теней сегодня не жилец. Стражники как по команде отвернулись, стараясь слиться со стеной. Все знали: стоять между Ил’дой и ее жертвой в такие моменты — верная смерть.

— Прошу, только быстро! — пискнула пленница, перед тем как тяжелая дверь с глухим стуком закрылась, отрезая ее от внешнего мира.

Из-за толстых деревянных стен не доносилось ни звука. Ил’да помнила, что ставить полог тишины надо обязательно, а то половина города проснется от криков.

Спустя час тишину коридора нарушил перестук сапог. Один из доверенных бойцов городского патруля подбежал к стражникам и аккуратно, стараясь не шуметь, постучал в дверь камеры.

Дверь распахнулась почти сразу. Ил’да стояла на пороге, тяжело дыша. Ее седые волосы растрепались, тяжелая накидка была отброшена в сторону. На простых одеждах темнели свежие пятна.

— Колонна «зеленых» возвращается, госпожа, — сглотнув подступивший к горлу ком, доложил патрульный. Парень старался не смотреть за спину старейшине.

Ил’да прикрыла глаза, вслушиваясь в пространство. Да, у подножия Древа, нарастал знакомый, тяжелый звук дизельных двигателей. Сердце старухи пропустило удар.

— Принесите мне чистую одежду. И горячей воды. Быстро! — рявкнула Ил’да, выходя в коридор. Она брезгливо покосилась на окровавленные руки. — А эту… — она махнула рукой за спину, — Пришлите целителя, отмойте и приведите в порядок! На нее есть еще планы… Может, хоть так от тебя будет толк…

Через десять минут на втором жилом ярусе, выходящем на центральную площадь, снова стояла старушка-старейшина. Чистая одежда, аккуратная прическа. Почти божий одуванчик, опирающийся на посох. И только охрану, стоявшую в нескольких метрах позади, мелко потряхивало от густого запаха крови, который фонил от нее со страшной силой.

Колонна въехала на выделенную федералам площадку. Дизеля рычали, фары выхватывали из мрака стволы деревьев и перекрытия мостов.

Ил’да напрягла зрение. Она машинально пересчитывала технику… Разведчики начали покидать машины…

Старейшина выпучила глаза. Мотнула головой, прогоняя наваждение. Закрыла глаза, глубоко продышалась, пытаясь успокоить колотящееся сердце, и снова открыла.

Нет. Картинка не поменялась. С ее зрением всё было в полном порядке. Из двух тентованных грузовиков выпрыгнули пятеро здоровенных мужиков, каждый под три метра ростом.

Аштари⁈

Аштари молча осматривались вокруг, взгляды скользнули по площади, по суетящимся бойцам роты Корнева, которые, к удивлению Ил’ды, совершенно спокойно реагировали на гигантов.

Позади аштари из Тайфуна, наконец, вышел Корнев. Капитан выглядел уставшим, за ним появились Леший и Эйрин. Чуть дальше бойцы выгружали троих беглецов, все были без сознания.

Корнев подошел к гиганту, что-то негромко сказал и указал рукой в сторону временного размещения роты. Аштари коротко кивнул и двинулся в сторону Ил’ды.

— Только этого не хватало! — простонала старейшина — Я думала ты давно сдох, Орди!

— И тебе не хворать, старая карга! — усмехнулся гигант…

Разведчики мягкими, выверенными движениями начали расходиться в стороны. Эйрин осталась рядом с капитаном, ее хвост нервно подергивался, выдавая внутреннее напряжение воительницы. Она достала из ножен на поясе один из своих коротких клинков, перехватив его обратным хватом, готовая к любому развитию событий.

Леший уже почти подобрался к пню, обогнув куст с какими-то ягодами. Оставалось пройти всего ничего, чтобы взять придурка в захват. И в этот момент ночную тишину разорвал знакомый, сухой шелест.

Короткая и тихая очередь из Вала с интегрированным глушителем ударила по ушам как удар в колокол. Леший мгновенно рухнул на сырую землю, рефлекторно уходя с линии огня. Остальные вжались в выступающие корни вековых деревьев, сливаясь с рельефом.

Но стреляли не в них.

Боец за пнем резко вскинул автомат к плечу и выдал еще одну длинную очередь, целясь совершенно в другую сторону — в непроглядную чащу перед собой.

Тяжелый грохот разрыва гранаты ударил по барабанным перепонкам. Взрывная волна хлестнула по кустам, срезая листья и мелкие ветки, как гигантской косой. Осколки впились в древесину стволов, осыпая разведчиков корой.