Лилит осеклась. Ее передернуло от отвращения. Одной мысли о физическом контакте с этим слизнем хватило, чтобы желудок сделал сальто. Мишель, поняв, что уговоры не работают, резко изменился в лице. Благодушие слетело, обнажив мелкую, мстительную натуру.

— Сделаем по-другому, Лилит, — он злобно прищурился. — Ты просто не покинешь эту планету. Пока не станешь послушной и ласковой. Я заблокировал твой идентификатор вручную.

— Ах! Как можно… — Лилит театрально прижала руки к щекам, сделав страдальческое лицо.

Мишель расправил плечи, выглядя как триумфатор. Он поймал птичку в клетку.

— Как можно быть таким феноменально тупым, — голос Лилит упал до абсолютного нуля. Глаза девушки нехорошо полыхнули багровым светом.

— Да, я не смогу снять блок перехода, — продолжила она, не меняя позы. — Ты, к сожалению, умудрился получить приоритет Навигатора местного узла. Но это не значит, что я буду терпеть твои игры. Я не стану отрывать тебе руки и ноги, закидывать в медицинскую капсулу, ждать месяц, пока всё отрастет, и заново повторять процесс. Это долго.

Она улыбнулась. От этой улыбки Мишель побледнел.

— Хотя, кроме конечностей, можно до кучи использовать садовый секатор. Знаешь, такой старый и ржавый. Чтобы максимально тупой и с крупными зазубринами на лезвиях.

— Ты не можешь! — Мишель попятился, его голос сорвался на визг. — Протоколы Предтеч запрещают тебе причинять вред Навигаторам! Система выжжет тебе мозги!

— Я тебе открою одну маленькую тайну, Мишель. Такую же крошечную, как твой писюн, — Лилит пропела эти слова приторным, ласковым голосом.

То, что произошло дальше, наемники просто не успели отследить. Лилит не сдвинулась с места. Она просто исчезла и мгновенно материализовалась прямо перед Мишелем.

Ее нога взметнулась в размытой дуге. Мощный, выверенный удар подсек опорную ногу Навигатора с хрустом ломающейся кости. Мишель даже не успел крикнуть. Лилит перехватила его за лодыжку в воздухе и рванула вверх. Стопятидесятикилограммовая туша взмыла над бетоном. Лилит легко, словно пушинку, перевернула его и оставила висеть вниз головой. Она держала его одной рукой перед собой. Вопль боли разрезал воздух космопорта.

— Нет никаких жестких протоколов, придурок. Есть только свод рекомендаций, — продолжила Лилит, глядя на побагровевшее, перевернутое лицо Мишеля. — Поэтому я могу поступить радикально. Я могу просто свернуть тебе шею, и все твои блокировки слетят автоматически, потому что узел зафиксирует смерть оператора.

Группа силовой поддержки дружно взбледнула. Они попятились еще на шаг. Вмешиваться в разборки Навигатора и Часового — верное самоубийство, особенно если одна из них — Красная ведьма, способная завязать их броню узлом.

— Но, в отличие от тебя, дебила, я отдаю отчет в своих действиях. Смерть Навигатора вызовет частичный сброс блокировок там, где они действительно нужны, а это миллионы смертей, — Лилит чуть сдавила целую лодыжку. Мишель завыл дурным голосом, из его носа потекла кровь от прилива давления.

— Поэтому придется тебя ломать. Медленно. Аккуратно. До состояния пускающего слюни овоща, — ласково пообещала девушка. — Я буду ломать кости, рвать сухожилия, выжигать нервные узлы. А потом лечить и ломать снова. Пока ты своим собственным, жирным пальчиком не введешь код отмены блокировки в терминал.

Лилит чуть приподняла его над бетоном и заглянула в залитые слезами глаза.

— Ну так что, любимый? — мило улыбнулась девушка. — Мы поняли друг друга? Или начнем с коленных чашечек?

Мишель судорожно, часто-часто закивал, разбрызгивая слезы и сопли по бетону.

Антарктида. Район станции «Восток». Температура за бортом: минус 62 градуса по Цельсию.

Свист ветра переходил в непрерывный, демонический вой. Пурга гнала по ледяному плато тонны колючего фирна, снижая видимость до вытянутой руки. Здесь жизнь существовала только внутри тостых, утепленных скорлупок полярной станции. Снаружи была мертвая, абсолютно стерильная зона.

Именно поэтому появление трех объектов на ледяном гребне в двух километрах от станции нарушало все законы природы.

Они выкатились из белой мглы. Три идеальные сферы диаметром около метра. Сферы не катились, подчиняясь гравитации. Они парили в паре сантиметров над застругами, игнорируя ураганный ветер.

Металл сфер не покрывался инеем. Сверхпроводящие контуры внутри корпусов перераспределяли энергию так, что внешняя оболочка оставалась абсолютно нейтральной к окружающей среде. Они не излучали тепла. В тепловизоре станции, если бы кто-то додумался смотреть через прибор в такую пургу, эти объекты выглядели бы как пустое место, куски мертвого льда.

Сферы сканировали пространство…

Их не интересовала биология. Алгоритмы искали электромагнитные излучения, радиочастоты и прокладку кабельных трасс. Цель была обнаружена: точка концентрации примитивных, но мощных сигналов. Объекты синхронно изменили вектор движения и устремились к станции.

Внутри одного из жилых модулей станции «Восток» системный администратор Сергей наливал себе уже пятую кружку горячего кофе. Смена выдалась тоскливой. Спутниковая связь из-за бури барахлила, пинг до материка скакал, как кардиограмма гипертоника, а научный отдел постоянно жаловался на отваливающиеся датчики. Сергей вернулся за стол, заставленный мониторами, и отхлебнул горячий напиток.

Снаружи, у глухой панели технического отсека, где располагались основные серверные стойки станции, сферы остановились. Они зависли в воздухе, выстроившись треугольником.

Поверхность центральной сферы пошла рябью. Из нее бесшумно выдвинулся тонкий, состоящий из наномашин манипулятор. Он не стал резать обшивку лазером или сверлить металл. Наноструктуры просто соприкоснулись с поверхностью панели, и на молекулярном уровне начали раздвигать связи материалов. Утеплитель, пластик, металл обшивки — всё это расступилось, словно вода перед носом корабля, образуя идеально ровное, круглое отверстие. Никакого шума, никакой потери давления или тепла для внутренних помещений. Края отверстия мгновенно покрылись изолирующей пленкой.

Три шара плавно вплыли в технический отсек.

Здесь гудели системы охлаждения и мигали ряды зеленых светодиодов на серверных стойках. Сферы опустились на металлический пол. Они не стали искать стандартные разъемы USB или оптоволоконные порты. Человеческие интерфейсы были для них архаизмом. Манипуляторы вытянулись и прикоснулись к металлическим кожухам серверов.

В помещении сисадмина Сергей поперхнулся кофе. На центральном мониторе графики загрузки сети внезапно прыгнули в красную зону, достигнув почти ста процентов.

— Какого черта? — пробормотал Сергей, спешно стуча по клавиатуре. — Кто там торренты качает через спутник в такую погоду? Володя, ты опять свои сериалы поставил?

Но это был не Володя. Сферы скачивали все доступные данные. Они поглощали информацию напрямую, считывая состояние магнитных дисков и твердотельных накопителей. В их память грузились массивы данных: топография планеты, расположение крупных мегаполисов, доступные схемы подводных кабелей, используемые частоты, и так далее, все, до чего смогли дотянуться. Но самое главное — они искали аномалии Врат.

Сергей, ругаясь вполголоса, попытался обрубить сессию, перезагрузить маршрутизатор.

— Да отвисни ты, железяка!

Мышка не реагировала. Клавиатура зависла. Сферы перехватили контроль над всем оборудованием. Сбор информации занял ровно четыре минуты. За это время три сферических разведчика нашли нужные новости о появлении Врат и расположение каждой арки.

Манипуляторы втянулись обратно в гладкие корпуса. Сферы плавно оторвались от пола и бесшумно покинули технический отсек через то же отверстие.

Как только последний шар оказался снаружи, в воющей пурге, наномашины запустили обратный процесс. Молекулярные связи пластика, металла и утеплителя восстановились, стягиваясь к центру. Через три секунды сэндвич-панель стала целой, словно ее никогда не вскрывали. Ни шва, ни следа температурного воздействия.