Майор пробежался глазами по папирусам, хмыкнув пару раз.

— Надо, значит, надо! — пожал плечами Зуев, — Для хороших людей ничего не жалко! Проходим, не стесняемся, занимаем места, согласно купленным билетам…

Кротов, ответственный за вещевое довольствие, заблаговременно спрятался, забившись в самый дальний угол склада, но был сдан с потрохами, и выдран за шкирку на свет божий. Майор разве что не скулили, будто его собственное добро грузили в Уралы…

Пока начальство грабило тылы, на площадке возле казарм происходило знакомство двух миров. Новобранцы, покуривая в специально отведенном месте, настороженно прислушивались к разговорам ветеранов роты. Те сидели на цинках, чистили оружие и травили байки, от которых у пополнения волосы вставали дыбом.

— … И тут этот ушастый хрен поднимает свою палку, — рассказывал Казанова, — Воздух мерзнет так, что дышать больно. А потом с неба летит кусок льда размером с холодильник. Прямо в корму бэхи.

— И че? Броня сдержала? — недоверчиво спросил один из контрабасов-новичков, здоровенный парень с татуировкой на предплечье.

— Сдержала? — Казанова невесело рассмеялся. — Пацан, этот лед прошил броню вместе с десантом так, что движок с другой стороны вылетел. БМП просто приморозило к земле. Мехвода еле живого вытащили. А потом ушастые накинули сверху огнем. Мы смотрели, как сталь плавится, и ничего сделать не могли.

— Да ладно заливать, — попытался сохранить лицо другой новичок, хотя голос его дрогнул. — Лед броню не бьет.

— Ты, главное, это ушастым магам не забудь сказать, когда они на тебя накатят, — подал голос Саныч, мехвод БТРа. — Мой БТР вообще пополам на ходу разрезало, джедаи курят в сторонке. Местные здесь часть привычной физики вертели на своем длинном ухе. Видел, как кошаки в ближнем бою работают? Не видел…

Саныч отложил ветошь.

— Выходят на тебя такие, ростом под два метра. И с места прыгают метров на шесть. Меч из черного железа пополам броню рубит вместе с тушкой. А мы их прикрывали. Барон там порталы открывал, а местная бабка-старейшина ушастых в пыль превращала. Живых малоранов просто в серую труху.

Новобранцы замолчали. Скепсис с лиц потихоньку испарялся. Они смотрели на обветренных разведчиков и начинали понимать, что командировка в этот мир — это не сафари на туземцев. Иллюзии быстро разбивались о жестокую реальность быстрее, чем стеклянные стаканы.

Валерия пролежала в своей комнате целые сутки, балансируя на грани мучительной мигрени и провалов в беспокойный сон. Магическое истощение после связи с отцом давало о себе знать. Каждое движение отзывалось тупой болью в мышцах, а свет резал глаза. Только к утру второго дня она смогла заставить себя подняться.

Принцесса долго стояла под тугими струями душа. Приведя себя в порядок и надев строгую тунику, девушка вышла в общую гостиную. Флавий тут же подал ей горячую кружку с тем самым черным напитком. Валерия жадно выпила горький кофе, чувствуя, как кофеин и тепло разгоняют туман в голове.

— Сенатор Красс, — произнесла принцесса, ставя кружку на стол. Голос еще немного хрипел, но твердость вернулась. — Сообщите федератам, что я хочу осмотреть тренировочный лагерь. Мне нужно проветриться. И заодно оценить своими глазами, на что способны эти хваленые войска в полевых условиях, а не за столом переговоров.

Дипломатический аппарат русских сработал на удивление быстро. Буквально через сорок минут к жилому модулю римлян подогнали небольшой штабной автобус. Когда Валерия и часть ее свиты, включая пыхтящего Красса, поднялись в салон, принцесса не смогла скрыть удивления. Мягкие, обтянутые тканью сиденья, прохладный воздух из дефлекторов над головой. Но главное потрясение ждало их, когда машина тронулась.

Автобус выехал на грунтовку, ведущую к полигонам. Дорога была изрыта колеями от тяжелой техники, но внутри салона они этого почти не чувствовали, подвеска хорошо гасила удары. Валерия вспомнила имперские колесницы и кареты, вытрясающие душу на римских мощеных трактах, и мысленно скрипнула зубами. Разрыв в технологиях был колоссальным. Они двигались со скоростью мчащейся во весь опор лошади, при этом сенатор Красс умудрялся пить воду, ни разу не облившись.

Полигон встретил их грохотом выстрелов и клубами серой пыли. Офицер сопровождения провел римскую делегацию на специально оборудованную смотровую площадку.

— На правом фланге работают подразделения воздушно-десантных войск, — пояснил офицер через переводчика, указывая на группу солдат.

Валерия прильнула к стеклу. Как воительница, не раз стоявшая в строю легиона, она моментально оценила качество подготовки. «Зеленые» двигались слаженно, короткими перебежками, прикрывая друг друга. Выстрелы звучали не беспорядочно, а скупыми, контролируемыми очередями или одиночными. Гранаты летели точно в укрытия условного противника. Это была отлаженная машина убийства, эффективная и смертоносная.

Римляне уже собирались поворачивать обратно, удовлетворив свое любопытство, когда взгляд Валерии зацепился за знакомую, высокую фигуру в другом конце поля.

— Я хочу посмотреть, что происходит там, — принцесса указала пальцем на левый фланг полигона.

Офицер сопровождения нахмурился, сверился по рации, но, не найдя никаких запретов, кивнул. Делегация покинула площадку и по пыльной тропе подошла ближе к оцеплению.

Здесь всё было иначе.

Валерия узнала Корнева сразу. Капитан стоял на броне своей машины, сжимая в руке рацию, и отдавал короткие, рубленые команды. Его люди, те самые ветераны вперемешку с пополнением, отрабатывали взаимодействие в совершенно новых форматах.

Принцесса впилась взглядом в полигон, ее разум и опыт начал разбирать тактику по косточкам.

— Что скажете, Ваше Высочество? — негромко спросил сенатор Красс, вытирая пот со лба. Ему происходящее казалось хаотичной беготней.

— Смотрите внимательно, сенатор, — тихо ответила Валерия, не отрывая глаз от солдат Корнева. — Они не просто стреляют по мишеням. Капитан выстраивает тактику против конкретного врага. Против нас. Точнее, против магов.

Она указала на группу пулеметчиков.

— Видите? Они не концентрируют огонь в одной точке. Создают веерное подавление, прижимая условных магов к земле, не давая им времени сплести сложный барьер. А в это время…

На поле с фланга резко выдвинулись две небольшие маневренные группы. Раздались глухие хлопки, и в сторону скопления фанерных мишеней полетели заряды из РПГ и ручных огнеметов. Прогремела серия взрывов. Огненные шары поглотили условную позицию врага.

— Используют подавляющий огонь, чтобы сковать щитовиков, а затем бьют с флангов взрывчаткой, которая выжигает воздух внутри барьера, — Валерия перевела взгляд на Красса. Сенатор побледнел, осознав суть сказанного. — Если разобраться, Рим использует построение легионов «черепахой» и групповые щиты магов земли точно так же, как малораны используют свои защитные купола.

— Вы хотите сказать… — пробормотал Касс, стоявший рядом.

— Я хочу сказать, что тактика, которую Корнев вдалбливает своим людям прямо сейчас, будет абсолютно эффективна против имперских легионов. Они тренируются в том числе, чтобы убивать нас.

Как подтверждение слов принцессы, гранатометчик на полигоне вскинул трубу РПГ. Раздался резкий хлопок, и вдали расцвел огненный цветок термобарического взрыва. В этот момент Валерия почувствовала нечто странное. Легкое, едва уловимое покалывание на коже. Всплеск чужой силы, не имеющий ничего общего с грохотом полигона. Валерия резко повернула голову, повинуясь инстинктам, и сосредоточилась на направлении, откуда пришел импульс.

В полусотне метров от римлян, на небольшом пригорке, поросшем редким кустарником, стояла группа наблюдателей.

Валерия сузила глаза, это были кошаки. Пара десятков хвостатых, а в центре, опираясь на свой проклятый посох, стояла старейшина Ил’да. Старая ведьма не смотрела на полигон. Она смотрела прямо на римскую принцессу. Их взгляды встретились над полем, затянутым пороховым дымом.