Из какой дыры достала Элен это странное создание?..

— Кто, старина Большой Эд? — Роб небрежно отплюнул зубочистку. — Брось, он знает, что его задача тянуть время и играться с твоим щенком, пока хозяйка решает взрослые вопросы. Идем?..

— Нет, дай пару минут. Если он сразу увидит, что я ушла, то все поймет.

Она бы в жизни не призналась, но в этот момент действительно хотелось передумать. Черт с ним, сочинит что-нибудь другое, запрется в местном туалете, а оттуда улизнет на собрание, но не так же, не вынуждая ни в чем не повинного человека защищаться от противника, который выше его на полголовы и натаскан вышибать дух из молодняка.

Сигнал свистка, и бой начался. Вопреки ожиданиям толпы, бойцы не спешили кинуться друг на друга, словно голодные псы: Анджей мягко двинулся по периметру, меняя стойки, изучая противника. Эд лишь ухмыльнулся, широко расставив руки, будто приглашая на объятия. На буграх его внушительных бицепсов чернели узоры татуировок.

Внезапно Анджей рванулся вперед. Не прямой атакой, а диагональным выпадом — левой ногой в сторону, правым кулаком в корпус. Удар пришелся точно под ребра, но Эд лишь слегка согнулся, приняв его на мощные мышцы пресса.

— Костюмчик, тебе нужно посильнее стараться, — проворчал он, хватая соперника за предплечье.

Но Анджей уже был не там. Он провернулся вокруг захвата, высвободил руку и нанес серию коротких ударов локтем в бок Эда. Раз-два-три — точные, хлесткие, как выстрелы. Тот отшатнулся, на его лице промелькнула гримаса боли.

Разозленный, Большой Эд перешел в наступление. Его огромные кулаки обрушились на Анджея градом. Один, второй, третий — доберман как мог уворачивался, блокировал, но четвертый удар все же нашел цель. Мощный хук в челюсть заставил его откинуться назад, едва не потеряв равновесие.

Габи сдавленно ахнула, сильнее прижимая к себе ворох мужской одежды. Но опасение, что все вот так быстро и кончится, оказалось ложным: как только Эд подошел ближе, будто с намерением добить противника, Анджей вскинулся и бросился в рьяную, быструю атаку. Левый апперкот в солнечное сплетение заставил Эда выдохнуть весь воздух. Толпа неистово захлопала и засвистела, поддерживая стойкого новичка.

— Ну все, пошли, — вдруг заволновался Роб и потянул Габи за предплечье. — А то твой бравый солдатик завалит беднягу Эда быстрее, чем ты успеешь увидеться с Нейтом.

Она нехотя отвела взгляд, тряхнула головой и потрусила за ним. И правда, Анджей справляется, так что нечего больше глазеть: есть дела поважнее. Хотя, признать стоило — в других обстоятельствах ей бы очень хотелось увидеть бой целиком.

Роб стремительно шел к самому дальнему углу помещения, где за старыми и пустыми лавками пряталась неприметная потертая дверь. В горле сохло, и Габи списывала легкую щекотку под ребрами на волнение перед встречей со своим кумиром. Точно не на остающегося за спиной сержанта, из-за ее выходки вынужденного драться на потеху толпы. За спиной послышался новый глухой звук удара и сдавленный стон, но кто именно его издал, разобрать было сложно. По плечам прошла дрожь.

— Брось ты это барахло, — предложил Роб, открыв перед ней дверь и кивнув на одежду Анджея в ее руках.

— Там пистолет — хочешь, чтобы его нашел какой-нибудь обиженный пьяный кубинец, проигравший все до нитки, и перестрелял всех вокруг к чертям? — хмуро объяснила Габи свою озабоченность сохранностью чужой одежды.

«К тому же, если ее своруют, будет очень странно вернуться домой с полуголым телохранителем», — добавила она про себя.

— Тогда давай мне и вперед, тебя заждались, — закатив глаза, велел Роб.

Оставив ему пиджак с рубашкой и кобурой в комплект к своей сумочке и зонту, Габи скорее понеслась по знакомым бетонным ступеням вниз. Лестница быстро свернула, запахло сыростью подвала и плесенью с легкой примесью типографской краски. Улыбка расцвела на ее лице: так может пахнуть лишь новый тираж и очередная прекрасная статья Нейта.

Еще минута, тесный коридорчик, будто горлышко бутылки, куда очень нужно просочиться — и вот, наконец, перед Габи раскинулось их логово. Отдаленные голоса с арены создавали некий белый шум, дополняющийся шорохом бумаги. По центру помещения стоял длинный прямоугольный стол, с двух сторон обставленный стульями — за таким разом могло собраться до двадцати человек. Тусклое освещение потолочных ламп компенсировалось яркостью плакатов на стенах, их листовок, которые по весне разлетались среди студентов как горячие пирожки. За стулом во главе стола было растянуто белое полотно с выведенным на нем лозунгом: «Свобода, равенство и братство».

Сегодня тут было человек десять, не больше — почти все давно знакомые, в основном студенты и студентки или люди до двадцати пяти, активно читающие разворот той самой «Дейли Миррор» с недавним интервью Габриэллы. Завидев ее, вскочила с места Мел и накинулась с вопросами:

— Ты здесь! Все получилось?! Знала, знала, что получится! — она расцеловала Габи в обе щеки, на этот раз по-настоящему, без помады и чопорности.

— Да, да, Роб очень помог разобраться, я так благодарна…

— Это мы тебе благодарны, солнышко: ты делаешь те шаги в лучшее будущее, которые только снятся любому из нас, — раздался из угла комнаты мягкий, глубокий баритон, от которого тут же замерло в груди сердце.

Из тени вышел под свет ламп Нейт и с ласковой улыбкой направился к моментально зардевшейся от смущения Габи. В мятно-зеленой рубашке под цвет его глаз он выглядел не хуже, чем на корте. Сияющий ангел с единственным темным пятном родинки на шее, кудрявый херувим. Его ладони покровительственно легли на ее плечи, и до носа добрался запах пряного одеколона.

— Твое интервью прекрасно, Габриэлла, — заглянув прямо ей в глаза, доверительно произнес он. — Я невероятно тобой горжусь.

— Жаль, что в него мало кто верит, — вздохнула она, стараясь не таять от его похвалы и теплоты касания. — Я же говорила, что пришлось слегка преувеличить, и домыслы о ночевке советского атташе у Элен — просто домыслы.

— Важно не это, солнышко мое! — Нейт раскинул руками и повернулся к сидящим за столом. — Друзья мои, что самое важное в этой публикации?

— Сомнения, — поднял голову Эрик, с восхищением наблюдая за каждым жестом лидера. — Мы поселяем сомнения. Их должно стать бесконечное множество, столько шепотков на каждом светском рауте, что как только произойдет катализирующее событие…

— Бум! — закончил Нейт хлопком в ладоши. — Чаша переполнится, и Гарпии припомнят все, каждый самый бредовый слух станет истиной. А вот катализирующее событие я уже нашел, и признаюсь, меня новая информация просто шокировала… Юстас, будь любезен, теперь, когда все в сборе — расскажи то, что рассказал мне.

Он указал сидящему с самого дальнего краю парнишке в клетчатой рубашке на свой собственный стул, и тот робко поднялся. Нейт тут же дружески положил руку ему на плечо и повел вперед, а Габи, предчувствуя неладное, присела вместе с Мел рядом с другими членами подполья. От нее не укрылось, как завистливо парочка девушек с безупречным макияжем и явно сделанными в салоне прическами «ульями» смотрели на нее: столько внимания лидера редко могла заслужить любая из них.

И Габи гордо приосанилась.

— Юстас до недавнего времени работал официантом в элитном клубе «Энлайт», — поведал Нейт, мягко, но настойчиво усадив явно смущающегося парнишку на лидерское место. — Кто не в курсе, это очень закрытое заведение, где обычно персонал немой, слепой и глухой. Так что давайте проявим к Юстасу понимание: ему очень тяжело было решиться прийти к нам сегодня.

Все присутствующие почтительно замерли, отложив газеты и свеженькие выпуски «Бигль». Девушки-студентки сладко улыбались незнакомцу, чтобы он не пугался и заговорил. Где-то над столом послышалось эхо удара, на которое никто не обратил внимания, но Габи покрутила колечко на мизинце, выдавая свое напряжение. Бой Анджея продолжался: свистка еще не прозвучало.

— Меня уволили на прошлой неделе, так что я больше не обязан соблюдать их правила, — тихо начал Юстас и под общим вниманием неловко прочистил горло.