— Уважаемый, у нас не курят! — окликнул его какой-то седобородый синьор и, покачав головой, скрылся в одной из арок здания.

— Дерьмо, — констатировал Рик и бросил бычок в щель между низенькой каменной лавочкой и стеной. — Ещё и эта…

Нет, заучка определённо забавно на него реагировала. Морщила нос, закатывала глаза и всем своим видом показывала, что между ними бесконечная интеллектуальная пропасть. Как маленькая девочка, которая усиленно прячет за своими колючками смущение. Подтрунивать над ней было даже прикольно. Жаль только, что на это беспонтовое развлечение в ближайший год будет уходить львиная доля свободного времени. Ночами придётся компенсировать дефицит нормальной женщины в организме.

Рик разблокировал мобильник, открыл галерею и снова вчитался в строки расписания. Где-то на задворках внимания послышалась трель звонка, и студенты тонкими струйками потекли из дверей здания во внутренний двор.

Пройдясь по коридорам, Рик наконец нашёл нужную аудиторию и заглянул вовнутрь. Судя по притихшим студентам, он всё-таки опоздал.

— Для начала давайте обратим внимание на ключевые знаки, — вещал парень у экрана проектора. — Их нет, значит, основная тональность произведения либо до-мажор, либо параллельный ей ля-минор. Взглянув на последний такт, обозначенный словом Fine, видим аккорд C. Значит, мы находимся в тональности до-мажор.

Скрип двери заставил студента замолчать. В аудитории воцарилась неловкая тишина, и двадцать пять пар глаз с интересом воззрились на Рика. В животе противно завибрировало.

— Потеряли аудиторию? — из-за тучной фигуры парня выглянула кучерявая голова преподавателя.

— Думаю, нашёл наконец, — Рик протиснулся вовнутрь. — Новый студент. Вам, скорее всего, сообщили.

Преподаватель задумчиво нахмурился, но уже через несколько секунд его лицо обрело знакомое ироничное выражение.

— Синьор Конти, я так понимаю? — улыбнулся мужчина. — Ну что ж, проходите. И, на будущее, уберите в дальний ящик привычку опаздывать.

Рик прикусил щёку изнутри, чтобы не сказать лишнего, а как хотелось! Боже, да тут все заражены бесконечным снобизмом похлеще его папаши. От осознания, что и он мог сейчас ходить преисполненным чувства собственной важности с пафосной миной на всё лицо, Рика передёрнуло. Наверное, судьба не зря встала поперёк его планов на музыку. Всё не зря.

Он прошёл на задний ряд, привычно подмигнув глазевшим на него девчонкам. Одна тут же отвернулась, маскируя под кашлем смешок, вторая же закусила губу, пряча улыбку, но взгляд не отвела. Две подружки. Классика жанра.

— Есть местечко? — шепнул Рик, усаживаясь рядом.

— В порядке исключения, — девушка сдвинула сумку и сделала вид, что вернула внимание экрану проектора.

— Мы видим два практически идентичных повтора по восемь тактов, затем восемь тактов новой мелодии и возврат к первоначальной теме ещё на восемь тактов. Получается форма AABA, — продолжал тем временем парень у кафедры.

— О чём вещает этот учёный муж? — шепнул Рик девушке.

— Гармонический анализ джазового стандарта, — не глядя на него, ответила та.

— Ух… одно название заводит.

Острые зубки снова впились в губу. Девушка опустила голову и тихо усмехнулась, но Рик не планировал продолжать. Сбросили напряжение, можно и послушать, тем более что далеко не всё в излагаемой информации было новым и неизвестным.

Занятие закончилось просмотром старых концертных записей и остроумными комментариями маэстро Д'Анджело.

— К следующему занятию новый разбор нам подготовит Габриэла, — преподаватель встал и собрал бумаги в большую замшевую папку. — Выбери произведение, подготовь презентацию. Можешь подойти на кафедру с набросками или если появятся вопросы.

Светлая макушка на первом ряду кивнула, и студенты стали расходиться.

— Я Анджела, — улыбнулась соседка, наконец обратившись к Рику прямо. — Можно Энди. Ты к нам надолго или слушать дополнительный курс?

— Надолго, — улыбнулся Рик.

— Круто, — из-за Анджелы показалось круглое лицо её подружки. — Затусим сегодня?

— Мы с ребятами собираемся после занятий в баре отметить начало учебного года, — пояснила Анджела. — У нас дружный курс, думаю, ты быстро вольёшься в коллектив.

Вливаться в дружный коллектив не входило в планы Рика, но в целом он был не против. Сидеть в баре в компании знойной красотки и слушать джаз куда интересней, чем слушать отповеди будущей кошатницы. Память постучалась в сознание образом дерзкого веснушчатого носа. Рик мысленно застонал. Ну конечно, какие уж тут бары, когда у него теперь есть личная, мать её, надзирательница!

— С радостью, но подскочить к вам смогу чуть позже. Сначала меня ждут скучные допы, — он встал и протянул Анджеле руку, помогая выбраться из-за стола. — Главное, оставь мне адрес бара, я не так давно в вашем городе.

К ним присоединились несколько парней, потом ещё парочка студенток. Рик и сам не понял, как втянулся. Большинство “джазовиков”, как презрительно назвала их Мария, оказались не такими уж и снобами. Ботаны время от времени бросали на него презрительные взгляды, но в целом, если не высовываться, вообще не замечали нового члена команды. А высовываться Рик не собирался.

— Ну что, — поймала его за руку Энди, — увидимся вечером? Во сколько тебя ждать?

Рик перехватил её запястье и потянул на себя. Девушка сделала несколько мелких шажков навстречу.

— Увидимся, — он улыбнулся и двинулся по коридору.

Год начинался неторопливо, с теоретических лекций, составления планов и разбора нового материала. Студенты спешили в парки и на площади, где их ждали кафе и последние сплетни. Когда Рик добрался до крыла «классиков», коридоры уже почти опустели. Эхо шагов шелестело в тишине старинного здания. Не дойдя до обозначенной аудитории, Рик остановился. Где-то в конце пролёта тихо играла скрипка. Мелодия вилась тонкой лентой, проникая куда-то глубоко, под кожу. Парень непроизвольно растёр ладони, сердце будто замедлило бег, готовясь к решающему прыжку. Мелодия стала громче, напористей, взлетела высоко и… оборвалась. Рик оглянулся по сторонам, но ни из одной аудитории не спешили выходить.

Наверное, он бы так и стоял, ожидая, сам не зная чего. Но быстрый стук каблуков и знакомый звонкий голос развеяли наваждение.

— Ты заплутал, гений? — Мария стояла в дверях аудитории, сжимая в руках стопку учебников. — Я спешу вообще-то.

Рик снова оглянулся, а затем перевёл взгляд на девушку. Её тонкая бровка вопросительно дёрнулась вверх. Родившийся вопрос застрял в горле. Нет, она не могла так играть. Легко, свободно, общаясь с музыкой на равных. Мария явно играла только по нотам, шагая своими грубыми ботинками по нотному стану, как по навигатору.

— Рикар-р-рдо, — прорычала девушка, качнув головой в сторону больших настенных часов.

— Чёрт, какая же ты громкая! — Рик поморщился, но всё же прошёл в аудиторию.

— Я была ведущей солисткой в хоре, — гордо заявила Мария.

— Не сомневаюсь, — буркнул Рик. — Пощади!

— Такого пункта в указаниях из ректората не было, мальчик из столицы, — ядовито улыбнулась девушка и грохнула книгами по столу. — До рождественского концерта мы с тобой должны утереть нос обстоятельствам и разбежаться в разные стороны. Как говорится: «Далеко от глаз, далеко от сердца»[2].

Мария поджала губы и комично приложила ладошку к груди. Рик не удержался от смешка. Бритва, а не язык.

— До завтра ознакомься, я принесу свои конспекты…

— До завтра не обещаю. Сегодня с новоиспечёнными однокурсниками иду отмечать начало учебного года, — Рик пожал плечами и перехватил со стола учебники. — Но как-нибудь…

— Ах, да! — Мария скрестила руки на груди. — Как я могла забыть, с кем говорю…

— Зря ты, кстати, — подмигнул ей Рик. — Ребята с джазового неплохи. Тебя, конечно, в занудстве не переплюнут, но в остальном…

— Так, умник, — Мария стянула со стула сумку и взяла футляр со скрипкой. — Я тоже не в восторге от того, что тебя на меня повесили, но ведьма непрозрачно намекнула, что ты — моя проблема, а значит, придётся поднапрячься и сделать то, что я прошу.