— Идём? — Рик жестом подозвал официанта, чтобы попросить счёт.

— Пора, наверное, — согласился Кларк.

Толпа студентов действительно практически исчезла. Остался всего один большой коллектив, который быстро прогнал какое-то странное попурри и покинул зал. Лино успел к финальному аккорду. Группа была в сборе, пришло время расчехлять инструменты.

В привычном ритме парни настроили звук, перешучиваясь сыгрались и приступили к прогону. А потом случилось то, что отправило в задницу все надежды Рика на то, что прекрасный день плавно перерастёт в прекрасный вечер.

Дверь в зал резко открылась, и в неё фурией влетела Дания, подружка Марии, а по совместительству «шикарная тёлочка Кларка», которую так активно обсуждали парни во время посиделок. Девушка церемонно прошла сквозь ряды кресел и уселась на первый ряд. Дождавшись окончания композиции, Дания забралась на сцену и приземлилась к Кларку на колени, зацепив клавиши рояля, издавшие жалобный звук.

— Смотрю, кто-то уже отрепетировал, — улыбнулся Рик. — Твоя начальница освободилась?

— Понятия не имею, — ответила Дания. — Она мне не начальница. Может, оплакивает несбывшуюся мечту или прыгает с моста. Всё равно.

Рик напрягся. Он не особо вникал в тонкости внутренней кухни квартета, который собрала Мария, но слышать такие вещи от пианиста этого квартета в разгар репетиций и смотров было как минимум странно.

— Поговорим, — Рик кивнул головой в сторону выхода.

— Некогда, красавчик, — огрызнулась девушка.

Да она охренела! Рик отложил гитару, подошёл к парочке и, извинившись перед Кларком, подхватил Данию под локоть. Она не сопротивлялась. Кивнула своему парню и послушно потащилась за Риком до выхода. Но, когда они оказались в коридоре, скрестила руки на груди и демонстративно начала разглядывать старинную лепнину на стенах.

— Это был не вопрос, красотка, — стараясь сохранять спокойствие, произнёс Рик. — Коротко и по сути. Какого чёрта у вас произошло, и где Мария?

— Слушай, Конти! — внезапно вспылила Дания. — Я не собираюсь перед тобой отчитываться, и так на взводе! И бегать ни за кем тоже не буду! Не я это всё организовывала, не мне разгребать. Просто… — она выдохнула и мрачно добавила. — Будь добр, поставь ей голову на место. Уверена, ты справишься с этим лучше всех.

Она хлопнула его по плечу и собралась вернуться в зал.

— Нихрена не понятно… Вернись, мать твою!

Ответом ему был средний палец. Отлично. Просто зашибись. Откуда у милашки Марии в подругах такие отменные стервы? Хотя, судя по всему, подруга Дания так себе.

Рик снова нажал на звонок, но в ответ услышал лишь длинные гудки и механический голос, предлагавший оставить сообщение. С каждым звонком и неотвеченным сообщением внутри будто закручивалась тугая пружина. Рик обошёл аудитории классического отделения, добежал до местечка у канала, куда они с Марией не раз ходили вместе, а после отправился в репетиционную. Оставалась призрачная надежда, что после ссоры с коллективом, Мария могла просто вернуться домой, но, зная её характер, он не сильно на это надеялся. Неопределённость усиливала тревогу, рисуя воображению ужасные картины. Когда он вообще стал таким параноиком?

— Увижу, надеру задницу, — решил Рик.

Репетиционная была не заперта. Пружина внутри постепенно сбрасывала напряжение. Рик слетел с лестницы и замер. Мария сидела на стуле и невидящим взглядом смотрела в пустоту. Захотелось убивать. Всех и каждого, причастного к тому, что он сейчас увидел. И начать с сучки-пианистки. Нет, с этим крысиным музыкальным царством он точно станет уголовником.

Желание повторилось, когда он качал Марию на руках, как маленького ребёнка. Эрколано… зазвездившийся выродок, которому он ещё устроит счастливую жизнь. Да и троица «друзей» не лучше. Какого хрена они вообще сейчас не здесь? Подумаешь, запретил играть эти тошнотворные однообразные пьески. За две недели можно написать на десяток часов похожей ерунды и собрать толпу музыкантов, каждый из которых будет в разы профессиональнее напыщенного ублюдка! Так какого?.. Похрен на клавишницу, но где хвалёный Марцио? Где милейшая толстушка с альтом? Алё, нахрен?!

Мария словно прочитала его мысли. Отстранилась, шмыгнула носом и отёрла всё ещё влажное от слёз лицо.

— Наверное, Марцио прав, — тихо произнесла она. — Если бы я больше уделяла времени музыке, то хватило бы сил снова подняться. Может, если бы я чаще обращала внимание на что-то кроме своих целей, то многое бы просто не случилось. А я…

Марцио, значит. Кто бы сомневался, что задрот отыграется за свой стояк. Рик едва сдержал ядовитый смешок. Ну что ж, видит небо, он пытался.

— Жалеешь? — отстранённо спросил Рик, уверенный, что она поймёт.

— О нас? — Мария перевела на него удивлённый взгляд. — Ни сколько.

Она мягко провела кончиком пальца по его переносице. Пружина внутри окончательно распрямилась. Рик притянул Марию к себе и поцеловал за ушком. Нежная кожа на шее мгновенно покрылась мурашками.

— Я жалею, что часто не вижу дальше собственного носа. Никогда не считала это проблемой, но чем старше становлюсь… — Мария покачала головой. — Я не обратила внимание на чувства Марцио и обидела его, а теперь оказалось, что Лючи неравнодушна к нему, и слова Дании её задели… Это всё… так сложно, Господи…

— Да вашу ж мать! — не выдержал Рик. — Просто тайны и интриги мадридского двора, а не музыкальный квартет. Я тебя умоляю, давай ты не будешь винить себя в том, что не оправдала чьи-то влажные фантазии.

Мария грустно улыбнулась и кивнула. Они снова замолчали.

— Что планируешь делать? — наконец задал Рик непростой вопрос.

— Играть, — Мария пожала плечами. — Я и правда считаю, что произошедшее — только моя проблема. Да, мы могли бы найти выход. Да, я до последнего не хотела верить, что останусь одна, но… В конце концов, у меня всё ещё есть скрипка и любовь к музыке. Справлюсь. Надо только скорректировать списки и решить, что играть… Может, Вивальди?

— Не вариант, — отрицательно покачал головой Рик. — Свою композицию.

— «Музыку дождя»? — Мария нахмурилась. — Но я… Будто она всё ещё сыровата…

— Да любой материал можно шлифовать до бесконечности, — Рик аккуратно поднял Марию и встал сам. — Ты должна играть «Музыку дождя», Чичи. Две недели. Дохрена времени в запасе.

— У тебя ведь тоже репетиции, Рик.

— Пусть тебя это не парит, — отмахнулся он. — Только обещай меня слушаться. Сейчас я провожаю тебя домой, и ты хорошенько отдыхаешь. А вечером мы списываемся и возобновляем совместную работу, — он погладил Марию по щеке. — Всё получится, малышка, веришь?

Мария улыбнулась, прикрыла глаза и потёрлась о его руку, как ласковый котёнок.

— Верю… — она обняла его, согрев шею своим дыханием. — Ты лучший.

— В курсе, — довольно согласился Рик, притягивая девушку к себе.

— И скромный, — она тихо засмеялась. — Спасибо.

Пока Мария не зашла домой, Рик нежно улыбался. Но стоило ей скрыться за дверью, улыбка медленно сползла с его лица. Он быстро нашёл в телефонной книге номер Кларка и нажал на вызов. Пианист взял трубку не сразу и, судя по тону, был не один.

— Отвлекаю? — поинтересовался Рик.

— Ага, — отозвался Кларк.

— Отлично.

На том конце трубки послышался хриплый смех.

— Тебе говорили, что ты охреневший мажор, Конти?

— Каждый второй, — Рик вытащил из кармана куртки пачку сигарет. — Мне срочно нужна твоя подружка Дания. Поделишься контактом?

— Если бы я не был в курсе, что ты торчишь на милашку со скрипкой, я бы напрягся, — в голосе Кларка слышалась улыбка. — Она рядом. Дать трубку?

— Кто бы сомневался, — Рик закурил. — Пусть скинет мне координаты их с Марией общего дружка.

«Он о Марцио говорит? — послышался на фоне голос Дании — Понятия не имею, где искать этого придурка!»

— Слышал? — спросил Кларк.

Рик затянулся и лениво выпустил изо рта струйку дыма.

— Не хотелось корчить из себя Аль Капоне, и всё же. Если не хотите заполучить третьего участника в свои брачные игрища, придется напрячь память и выдать мне все явки и пароли. Потому что я приеду и затрахаю вам мозг. Весь. До последней извилины.