— Это невозможно.

— Ты снова…

— Да послушай ты меня! — рыкнул парень, не выдержав этих нападок. — Я — убийца! Ментальным даром я сдерживаю свою жажду убивать! Хочешь и это оставить⁈

Иса вздрогнула, услышав этот вполне разумный довод.

— Послушай, — Наиль бережно взял руки сестры в свои ладони. — Я обещаю, что не стану ничего делать со своими чувствами, хорошо? Если они не что-то вроде жажды убийства и жестокости — подавлять или избавляться не буду.

— Ты дал обещание, — серьезно посмотрела в глаза брата Иса. — Не нарушай.

— Я никогда не нарушу обещание, которое дал тебе. Да и Зир вмешался… Возможно, это действительно было неверное решение.

«Еще какое неверное! Если бы не мои чувства к Лирилил, я бы давно сошел с ума от такого существования. Даже кровавому палачу вроде меня это нужно. Это спасло меня! Не делай глупости. Просто пусть все идет своим чередом. Ты ничего не потеряешь. Кумихо — лесная раса, они не могут предать Друга Леса».

— Ладно, я понял вас обоих. Понять бы теперь, что с этим делать…

Карета подъехала к воротам особняка, освещенным магическими фонарями. Иса устало зевнула. Все же она потратила немало энергии в этот вечер.

Девушка немедленно отправилась к себе, мечтая только о подушке. Наиль же, после устроенного сестрой выговора, тяжело вздохнул, переоделся в другой костюм и попросил Третьего отвезти его в бордель. Молодой человек действительно хотел ее увидеть. И, к своему удивлению, не только из-за страсти. Что-то в этой лисе его зацепило настолько, что тронуло даже огрубевшее сердце наемного убийцы.

Третий высадил Наиля у входа в бордель, после чего, зевая, отправился обратно. Спать. Утром забирать приедет Второй. Все же подручные — не големы, им тоже нужно отдыхать.

Наиль вошел в бордель и узнал, что Лиса еще не прибыла. Его это не расстроило — она предупреждала, что задержится. Парень вошел в отведенные для них покои и принялся терпеливо ждать.

Тем не менее, за окном уже забрезжил рассвет. Бутылка красного дорогого вина опустела. Она так и не пришла.

«Может, отец не отпустил? Видел, как злобно он смотрел на тебя, когда вы танцевали?» — предположил Зиргрин.

«Может быть… Приду тогда следующей ночью».

С этой мыслью он снял халат и переоделся в свою одежду. Второй уже ждал его у входа в бордель.

Однако же следующей ночью Лиса снова не появилась. И последующей тоже. Так продолжалось более двух недель. Наиль становился все более нервным, подступающий срыв не добавлял ему терпения. Мадам уже начала откровенно намекать на других девочек. Но Наиль их не хотел. Сестра была совершенно права, у него развились чувства к Лисе. И теперь к испытываемому разочарованию прибавился страх. Все ли с ней хорошо? Стоило выяснить ее личность…

Наиль все же решил узнать, кто она, чтобы выяснить, все ли с ней в порядке. После очередной одинокой ночи он вышел из борделя очень рано утром. До рассвета оставалось около часа. Город буквально замер в это время. Магические фонари еще горели, но были приглушены, чтобы не расходовать энергетический заряд. Парень шел в сторону гильдии, чтобы подать запрос на информацию. Он шел пешком, не обращая внимания на одинокие пьяные песни из подворотни. Где-то в отдалении проехала одинокая карета, звук которой раздавался особенно громко в тишине замершей столицы. От стоявшей в отдалении булочной доносился приятный запах выпекающегося хлеба. Пекари старались успеть к утреннему открытию и уже начали свою работу. Желудок болезненно напомнил о себе, от чего Наиль почувствовал внезапный приступ злости. Почему она не приходит? Даже сообщения не прислала!

Из заплеванной подворотни вырулила небритая троица, от которой несло перегаром. Мужики выглядели крайне потасканно. Наиль даже забыл, как выглядят люди в нижнем городе.

— Ты смотри, никак знатный господин припозднился, — ухмыльнулся один из троих пеньками желтых зубов.

Все трое изучили довольно дорогой наряд Наиля жадными взглядами, после чего отработанно стали обступать его, отрезая пути побега.

Наиль без лишних размышлений вынул меч и легко обезглавил двоих еще до того, как третий сообразил, в какие проблемы умудрился влезть.

Парень взглянул на свой замаскированный под бастард клинок, после чего поднял окровавленное лезвие к лицу и под внезапным порывом слизнул с него кровь.

— Это…

Третий неудачливый грабитель сильно струсил. Он понял, что сейчас его будут убивать. По взгляду «добычи» стало ясно, что в отличие от дружков, его смерть не будет легкой. Не раздумывая ни мгновения, бандит ринулся бежать, но Наиль легко его догнал, после чего парализовал одной из игл и затащил в подворотню. Это было приятное чувство — получить контроль, пусть и над такой жалкой жизнью.

«Наиль, это срыв! Остановись!» — немедленно ментально окликнул его Зиргрин.

Но парень уже был в мыслях о тех пытках, которые сейчас применит. Зиргрин слишком хорошо знал такое состояние. Только чудо могло оторвать палача от жертвы. Он перестал звать своего владельца и просто с грустью наблюдал, как тот использовал различные пыточные ухищрения на своем пленнике. Зрелище было жестоким и кровавым. К счастью, его никто больше не видел. Все, что мог сейчас сделать одушевленный меч — это накрыть происходящее иллюзорным барьером, отрезая звуки и картину происходящего от просыпающихся горожан.

Когда бандит, наконец, умер на руках своего палача, Наиль с разочарованием отбросил мертвое тело. Он был окровавленным и тяжело дышал. Нужно еще…

«Наиль», — как-то тихо и обреченно позвал парня клинок. От одушевленного меча исходило такое мощное чувство вины, что Наиль неожиданно пришел в себя. Он ве еще задыхался, ему все еще хотелось убивать, но он мог мыслить трезво.

«Я… должен идти к Летиру. Срочно».

«Да…».

Молодой человек набросил на себя скрывающую иллюзию, и изо всех сил помчался в сторону дома Летира. Бежать пришлось минут двадцать. К счастью, секретарь поселился не так далеко от его собственного особняка. Охранная система беспрепятственно впустила его, двери и окна были открыты. Подтянувшись на руках, Наиль проскользнул в окно второго этажа, где сидел в этот момент Летир, после чего сбросил иллюзию.

Летир обозрел появившегося перед ним окровавленного убийцу, после чего покачал головой.

— Сколько?

— Трое. Бандиты. Двоих быстро, одного пытал… Помоги мне. Я не могу уже держаться.

Эта история с Лисой случилась крайне не вовремя. Происходящее окончательно пошатнуло его психику и спровоцировало срыв.

— Ты не должен сопротивляться. Тебя ведь предупредили, как именно тебя будут брать под контроль.

— Ошейник. Я потерплю…

— Хорошо.

Летир подошел к Наилю вплотную. Было заметно, что он сильно нервничает. В следующий момент он вонзил продолговатый предмет в спину намеренно расслабившегося Наиля. Предмет, бывший твердым и острым, буквально втек в позвоночник. Наиль поднял взгляд на Летира.

— Это… не ошейник…

В следующий момент Наиля пронзила просто ужасающая боль. Он рухнул на пол, где забился в невольных конвульсиях.

Зиргрин, осознавший, что происходит что-то неправильное, вылетел из ножен, но в следующий момент на полу загорелся сложный рисунок — а меч буквально прибило к паркету.

— Прости, — тихо произнес Летир. — Ты забыл… Я давал клятву на крови не тебе, а короне. И это был приказ.

Секретарь потер простенькое кольцо на пальце, после чего Наиля еще и парализовало. После этого Летир подошел к стоящему у окна столу и взял с него коробку. Открыв ее, он изъял стопку печатей, которые принялся наклеивать на одушевленный меч. Клинок рвался помочь своему владельцу, он был в ужасе от того, что нечто перекрыло полностью их связь. В том числе, и связь бога с апостолом.

— Предатель, — прохрипел Наиль, терпя невыносимую боль, не в силах пошевелиться. Он паниковал, но не сильно. Ведь одушевленный клинок мог бы удалить рабский артефакт. А уж потом он за все рассчитается.

— Я ведь уже сказал. Моя верность принадлежит не тебе. Так что… Я не мог тебя никак предать. Удивлен, что ты можешь разговаривать в таком состоянии, — продолжил Летир, упаковав одушевленный клинок в целый ворох печатей, после чего без опаски подняв его и уложив в стоявший в углу продолговатый ящик. Ящик он тоже взялся оклеивать печатями. — Этот рабский артефакт создан специально для тебя. Я слышал, Первый принц послал своего самого доверенного человека к фаирам с предметами, на которых была твоя кровь. Предметы дал я, у меня многое осталось после твоих бесконечных ранений… Я имею ввиду, что твой меч не сможет снять с тебя этот артефакт — он буквально сольется с тобой в течение недели. Разделить даже боги не смогут. Так что просто смирись. А твой меч… я отдам его, когда процесс слияния закончится.