— Все не так ужасно. Пока в твоей жизни остается хоть какой-то свет — в зверя ты не превратишься. Для меня моим светом стала сестра. Для тебя им может стать Аза. Держись за нее — и тогда с тобой все будет хорошо.

Наиль ободряюще похлопал Рона по ноге, после чего встал с дивана и направился в тренировочную комнату. Раньше походы к женщинам всегда помогали ему сбросить напряжение, но сейчас это, почему-то, не сработало. Он не знал, что делать. Чувства, которыми он поделился с Роном, не были воспоминанием. Это то, что он ощущал прямо сейчас.

— Ну и зачем ты его приволок? — поинтересовался Паук, оторвавшись от документов и расчетов.

— Ту требовал выбрать ученика, — безразлично произнес Наиль измененным маской голосом. В гильдии он всегда ходил в экипировке Жнеца, никогда не раскрывая своей личности. — Вот. Выбрал.

— Этого? — скептически взглянул на стоящего на коленях перед его столом молодого члена гильдии. Тот буквально весь съежился от страха. Добавить ко всему, что действие происходило в кромешной тьме, в которой только Жнец и Паук могли что-то видеть — и страх становился только сильнее.

— Да. Он мне подходит.

— Разве не староват? Да и его состояние оставляет желать лучшего. Этот доходяга одной ногой в могиле. Что с ним произошло?

— Нарушил запрет гильдии и принял заказ на имя из запретного списка. На мое. Я подарил ему наказание, равноценное смерти.

— А, понял, — безразлично кивнул Паук. Он вполне доверял пыточному мастерству Жнеца. — Но все же… Парень почти совершеннолетний. Да еще и насильно приведенный в организацию из вырезанной гильдии…

— Сейчас я поместил в него рабский артефакт. Чуть позднее промою мозги, он будет предан Черным Кинжалам телом и душой, будь уверен. Насчет возраста — да, немного староват, но его тело еще не закостенело, зелья и тренировки все еще смогут оказать на него полное действие.

— Допустим. Но почему именно он?

— Он хорош, — хмыкнул Наиль. — Навыки низкие, но у него очень гибкий и изворотливый ум и быстрая реакция. Он прошел через защиту моего особняка, не потревожив ни одной ловушки, представляешь?

Паук присвистнул. Он лично проверял эту защиту, и был ею весьма впечатлен.

— Хорошо. Бери его, раз так уверен. На какое-то время тебя, полагаю, нужно освободить от заданий?

— Я его учитель, а не нянька. Пусть сперва поднимет уровень навыков. Потом начну брать на задания. Тем более, я сильно потратился и нуждаюсь в деньгах. Без заданий никак.

— Ну, если так, то вот.

Паук достал из ящика стола скрученный в трубочку документ, бросив его на столешницу.

— Лично от тебя? — с любопытством взял в руки свиток Наиль.

— Или беглец, или захвачен. Парень очень талантливый, не хотелось бы его без повода потерять. Но если беглец, то…

— Понял. И если захвачен, то проверить — кем.

— Верно. Корона — это одно дело, но если кто другой…

— Там разберусь на месте.

Если пленник ничего не рассказал — его еще можно попробовать вытащить. Если открыл рот — то, увы. Хотя шансы на последнее не велики. Гильдия бы уже знала о нарушенной клятве, да и сам нарушитель корчился бы в муках. Защита у гильдии улучшается с каждым днем все больше. И во многом помощь оказал сам Наиль, будучи магистром ментальной магии.

Наиль убрал в карманное пространство заказ, после чего поднял за ворот Рона и повел его к выходу из домика Паука. Оказавшись за пределами темной тучи, покрывавшей дом главы, Рон с облегчением выдохнул. У него кружилась голова. Раны едва начали заживать, когда его грубо стащили с дивана, заставили переодеться в снаряжение и притащили в гильдию. Сестра Жнеца говорила, что ему потребуется еще недели две на полное выздоровление, так что Рон думал, что его после этого вернут обратно, но неожиданно парня запихнули в круг телепортации, который привел в тренировочный лагерь.

— Мы… не вернемся?

— Решил, что будешь жить в моем доме? Нет уж.

— Но… разве ты не говорил сам об этом… Я думал, ты учить меня будешь…

— Рано для этого, — взглянул на него Жнец своими голубыми глазами с вертикальным зрачком. Рон гадал, почему его глаза так изменились, но не решался спросить. — Сейчас ты не более, чем кусок мяса с некоторым потенциалом в развитии. Сперва наберись навыков в элитном тренировочном лагере. Только когда будешь готов — я заберу тебя отсюда и займусь обучением.

Наиль коснулся рукой массивных ворот, отгораживающих тренировочный лагерь для особо одаренных учеников. На самом деле эти двери вели в изолированное пространство, усеянное тренировочными снарядами, площадками для боя, пыточными, экзаменационными территориями и небольшими домиками для учеников.

Едва двери связались с его татуировкой и распознали, как имеющего право на вход — они открылись самостоятельно.

Наиль толкнул Рона внутрь и прошел сам. К этому времени его уже ждали десять элитных учеников, обвешанных грузами и со взглядами хищных зверей. Их поджарые тела были исполосованы шрамами от тренировочных боев, у некоторых были свежие раны, но они на них не обращали никакого внимания. Все ученики молча построились перед мрачной фигурой Жнеца. Казалось, они даже не дышали — настолько неподвижными были их позы.

Перед подростками стоял их основной тренер. Тот самый ветеран с покалеченной рукой. Руку ему уже вылечили, он успешно поднялся до звания мастера смерти и получил прозвище «Кнут». Вероятно, из-за того, что обычно наказывал учеников кнутом, запитанным мощнейшими болевыми заклинаниями.

— Приветствую, Старший, — уважительно склонился Кнут перед Наилем.

— У тебя все по плану? — холодно поинтересовался тот в ответ.

— Да, Старший. Изменения в программу тренировок успешно внесены и освоены.

— Очень хорошо. Думаю, через пару месяцев можно будет выпускать птичек из клетки. Приготовь все к выпускному экзамену и новому набору. И подбери себе два-три помощника, наконец. Следующий набор будет больше. Ты один не справишься.

— Слушаюсь, Старший.

— Вот, — толкнул в спину Рона Наиль. — Мой личный ученик. Сейчас он недостоин моего руководства. Приведи его к нужному уровню.

— Как прикажешь. Особые указания имеются?

Кнут посмотрел на Рона. Личный ученик Жнеца — высокий статус. Это значит, что парень в будущем будет, минимум, семи капель и станет правой рукой Жнеца. К нему, очевидно, должно быть особенное отношение.

— Да, — ответил Наиль. — Его нагрузки должны быть в десять раз выше, чем у обычных учеников. Но не сразу, он ранен, дождись, когда полностью оправится.

Рон неосознанно поежился. Сперва, когда Жнец заявил, что он — личный ученик, другие ученики обожгли его холодными оценивающими взглядами, в которых примешивалась солидная порция зависти. Однако услышав о десятикратной нагрузке, зависть в их глазах сменилась сочувствием. Наверное, была бы даже жалость, но тренировочный лагерь выбил из подростков это чувство. Жалости они больше не знали.

— Но… Десятикратные нагрузки… Это же…

— Он выдержит. И не переживай — не станет он тебе мстить. Поверь, когда им я займусь — парень будет вспоминать тебя как ангела.

— Я вас понял, Старший, — сдался Кнут. — Сделаю все в лучшем виде.

Наиль кивнул, после чего обернулся к Рону.

— Если хочешь поскорее снова увидеть ее — старайся изо всех сил, и даже больше. Делай невозможное. Иначе, если застрянешь в лагере — я могу решить ее и продать. Но уже не как девственницу.

Рон с ненавистью скрипнул зубами. Он еще не до конца понял, что его ожидает в этом месте, но понимал, что выбраться будет очень непросто. Однако, что ему оставалось?

Наиль улыбнулся под маской, после чего покинул лагерь. Выбравшись из гильдии, он напрямую отправился к отцу Рона. Тот уже подключил все свои связи, заплатил различным организациям и бандам, лишь бы найти своего единственного наследника. Нужно было что-то с этим делать.

Над столицей Альзарда царствовала ночь. Любимое время разбойников, воров и убийц. Наиль тоже любил ночь. Он перемещался по городу незримой тенью, стараясь не обращать внимание на происходящее в темных пожворотнях. Он помнил метод действий Зиргрина из той памяти, которую они разделили между собой, но все еще не хотел признавать, что он ему понадобится. В то же время, перерезать глотки парочке бандитов казалось очень заманчивой идеей.