— Как скажешь. А где, кстати, наш радушный хозяин?

— В ангаре остался. ЦУ раздает своим работничкам. Это был склад для водорослевого комбикорма. Почти пустой, но запашок, скажу я вам! В общем, мы договорились, что до обеда они все там приберут, дополнительное освещение и кондиционеры установят. Пойдем, сам все увидишь.

Из всех плюсов помещения Иван отметил только два: оно большое и расположено вдоль центральной трассы, ведущей на выезд из города, так что подъехать под загрузку можно было хоть к северным, хоть к южным воротам. Все остальное пошло в минус: запах, пыль, отсутствие вентиляции, слабая освещенность, необходимость каждый раз открывать огромные ворота для входа и выхода, отсутствие санузла… Ну да хозяин — барин. А вот и Мадаха. Довольный, улыбается. Еще бы! Он очень удачно впарил глупой йурубке простаивающий в межсезонье склад, да еще наверняка за приличные деньги! Пожалуй, самое подходящее время личный вопрос порешать.

— Почтенный Мадаха, пока вы не уехали, не поможете мне в одном личном деле?

— Конечно, все что в моих силах! Если Хивану тоже нужен офис, я подберу самый лучший в городе!

— Спасибо, без офиса я пока обойдусь. Мне нужна информация об одной сделке. Месяца два — два с половиной назад здесь в Абгале торговец хавадле продал раханам очень необычного щенка, за весьма приличную сумму…

— Скорей уж за весьма неприличную сумму! Тысяча койнов за полудохлого пса!

— А кто были продавец и покупатель?

— Продавец — Хунгур, он из ло-донов, мелкий торгаш, каких много. А вот покупатель очень необычная личность. Все зовут его просто серен[53], имя он никогда не называет. Он здесь нечастый гость. Поговаривают, что он типа убара раханвейн, но это вряд ли. Хотя у этих дарод все не как у людей!

— Дарод?

— Ну да. Дигиль и раханвэйн — дарод, а не хавийя. Ты что, не знал? Мы одного корня, но очень дальняя родня. У нас даже язык разный! Понять, конечно, можно, особенно написанное, но с трудом.

— А где мне найти этого серена?

— Не знаю. Спроси о нем в их пакгаузе. Это у самых причалов. Ты сразу поймешь, возле него все контейнерами с батареями заставлено. С простыми тураями[54] даже не пытайся говорить, ищи сразу кацина[55]. Его Абор зовут, но ты лучше называй его просто по должности. У них так принято. Хотя вряд ли он тебе что-нибудь толковое ответит. У них если не секретка, то субординация. Лишнего слова не вытянешь.

— А они тоже через Врата в этот Мир пришли?

— А ты хорошо осведомлен, если про Врата знаешь. Про них даже упоминать вслух не принято. Но тебе я отвечу. Нет, они не из нашего Мира. Поговаривают, что они вообще местные, хотя я в это не верю. А почему тебя эта сделка интересует? Подожди, так это не щенок был? Это твой зверь? Настоящий Нанди?[56] Тогда понятно, почему такая цена! Продешевил Хунгур, я бы за такой трофей втрое больше предложил!

День прошел в суматохе. Иван раз десять пожалел, что не настоял на привлечении специалистов. У него вообще создалось впечатление, что Кавайке просто доставило огромное удовольствие вся это возня с украшением и обустройством временного офиса по собственному вкусу. Она даже несколько пальм в кадках умудрилась где-то достать!

— Не бухти, Забелин! Мне здесь не меньше месяца с утра до вечера торчать, и я хочу, чтобы все было не просто комфортно, а уютно. По-домашнему, понимаешь? Это же не только мне нужно, но и тем, кто здесь работать будет, кто сюда за новеньким ай-ди придет. Чтобы на контрасте. Вау! Добро пожаловать в Цивилизацию! Я именно поэтому фасад перекрашивать отказалась. Наш центр должен стать для них порталом в новую, лучшую жизнь! Ради этого не зазорно и немного грузчиком поработать. Степа! Ты куда постер потащил?! Кто его там увидит? Сюда неси, будем у входа вешать.

И такая дребедень целый день! Даже обед с доставкой в ангар заказали! Очень удивив при этом свою новую кухарку. Хавийя традиционно питаются только утром и вечером, а в полуденную жару просто перекусывают охлажденными фруктами и молоком из холодильника. А тут в разгар готовки заявляется Степан со странными запросами. Жрать им, видишь ли, подавай в неурочное время!

— Надо будет нашу кухарку научить готовить настоящий таратор[57], а то что это за еда: питахайя, стакан молока и горсть орехов? Два часа прошло, а я снова голодный! — сокрушался Стефан. — Скажи, Кобаб, а йогурт здесь купить можно?

— Можно купить лабан, это похоже на жирный густой кефир из верблюжьего молока, — вмешалась Радка. — Только здесь все равно огурцов нет, так что настоящий таратор не получится.

— Ладно, вы пока спорьте, а я в порт схожу по делам. Марийка, ты со мной? — Иван наконец решился на дезертирство с трудового фронта.

— Эй, ты куда?! — хором всполошились Радка с Кавайкой.

— Я ненадолго, мне нужно кое-что проверить. Это по поручению Бирюкова, так что я иду, а вы остаетесь. И это не обсуждается.

И они гордо удалились под обиженные взгляды девушек и завистливые взгляды замученных Степашек. Мотоцикл брать не стали, в лабиринте припортовых кварталов он только мешать будет. Да и идти тут всего ничего — километра три, максимум — четыре. Кстати, на улице оказывается не так уж душно, как казалось, пока вкалывали в охлажденном кондиционерами ангаре. Налетевший с моря бриз, хоть и не радовал ароматами, зато хорошо освежал. Так что шли не спеша, прогулочным шагом, любуясь периодически мелькающем в просвете морем и впитывая своеобразный колорит местной непритязательной жизни.

Нужный ангар Забелин увидел издалека. При этом многочисленные ящики с батареями были ни при чем. Просто очень трудно не заметить островок порядка в этом море хаоса. Высокий белый забор с камерами наружного наблюдения и витками колючей проволоки поверху. Перед массивными раздвижными воротами надолбы в шахматном порядке, так что машиной с разгона ворота не протаранить. За оградой серо-желтое казенное здание без единого окна. На крыше здания защищенная с боков пулеметная турель, видимо, для отражения воздушных атак. Там же оборудовано две укрепленные стрелковые позиции. Но самое главное, что и пулеметчик, и стрелки на крыше, и часовые у ворот, все они реально несли боевое дежурство! Не спали, не сидели на расслабоне, а реально охраняли объект!

Местные работяги, проходя мимо базы раханвейн, никак на происходящее не реагировали. А то, что это именно военная база, а не просто охраняемый склад, у бывшего прапорщика сомнений не было. Достаточно было взглянуть на по линеечке высаженные кустики; аккуратную, свежее подновленную разметку, регламентирующую направления движения транспорта и людей; на четко расчерченное место для вертолетной, точнее, коптерной посадки. Правда, в последнем случае вместо привычной буквы «Н» в центре овала стояла строчная буква «р». Но это уже мелочи. Армейский стиль угадывался безошибочно.

Интересно, чего они так усердствуют в условиях дружественного им порта? Конечно, батареи в этом Мире — живая валюта, но вон же шесть ящиков свалено прямо у крайнего надолба, и никого это не волнует. Нет, тут что-то другое.

— Марийка, а от кого они так защищаются?

— Раханы? Да от самих себя. Они же дурные, все в солдатиков играют. Не обращай внимания, просто держись от них подальше.

— Не получится. Мне к ним надо.

— Зачем?! Рабов у них нет, они собственных солдат так гоняют, что у абгалей последний раб не выдержал бы и в бега подался. Торговать они тоже особо не торгуют, только батареи заправляют в обмен на продовольствие.

— Батареи? — Иван припомнил недавний разговор с Владимиром. — А где они берут энергию для заправки?

— Кто же их знает? Они пустые батареи на баржи грузят и куда-то увозят, а назад баржи уже с заряженными приходят.

— Все чуднее и чудней! Однозначно мне с ними надо поскорей познакомиться.

— Стой! Охраняемая зона! Вход посторонним запрещен! — известил их стоявший у ворот боец с одной лычкой на рукаве, едва они подошли к надолбам.