Не галактической же валютой с ним расплачиваться. Слишком жирно! И, разумеется, не Великоросскими брулями. Никаких брулей не хватит!

— Шиссо, — назидательно поправил он, — и этого добра у меня без тебя навалом. А сэпт, к твоему сведению, не денежная единица, а хронологическая. Откуда вас таких необразованных привозят? Но в твоём случае, долг измеряется как раз в сэптах, если не в сэптимелях. Будешь мне служить.

— Чего-о⁈

— Прислуживать мне будешь, пока не отработаешь долг.

— Ещё чего! — Вика вздёрнула подбородок. — Я — гражданка конгломерата. И даже в этой вашей… Империи рабство давно под запретом.

Он нехорошо ухмыльнулся:

— Официально — да, а неофициально… Мне же надо куда-то сцеживать яд в этой глухомани.

Вика шестым чувством смекнула, что он имел в виду что-то непристойное, даже по наггеварским меркам.

— Т-ты, т-ты… Ты! Гад! — нервы у Викуси не выдержали, зато взыграли силы. И она вырвалась от подлого змеюгана-шантажиста, качающего права. Ведь известно же, что в минуту сильнейшего аффекта человек способен перепрыгнуть пятиметровый забор, поднять неимоверную тяжесть или разобрать по винтику звездолёт. Ну, про звездолёт и винтики она конечно загнула, а вот расчленить этого наггевара… Могла бы. По ощущениям. И сделала в нужном направлении первый шаг. Ухватила гада за остриё, вонзила туда ногти и отодрала мерзкий отросток от себя. Заламин шипяще всхлипнул, а на остром кончике заблестела нежно-зелёная капля. Девушка завизжала и отшвырнула колючку. Из ресторанчика выскочила гид, а с ней и запропавший охранник.

— Виктория! Ты чего там делаешь? Все давно собрались, только тебя и ждём, — экскурсоводша перевела взгляд на заламина, тот поспешно отступил за аквариум и просвистел по-змеиному:

— Тебе повесссло, я ссскопировал писссьмена, а ссстена и так шаталась. На этот рассс прощаю.

— А ссследующего рассса не будет, — передразнила его осмелевшая Вика, демонстративно вытерла ладонь о подол и побежала ужинать.

После ужина все отправились на прогулку в парк, а Викуся заперлась у себя в номере. И никому не открывала! Кто знает, что ещё на уме и острие у этого, с жалом? Ночью спала отвратительно. Просыпалась в поту, вскрикивала, стонала, ворочалась, подскакивала… Хотя снились ей отнюдь не кошмары, а что-то такое, или кто-то, с кем-то, смутно. Она не запомнила. И прекрасно, что наутро после завтрака группа выписалась из гостиницы. Туристов повезли в горы до вечера, а оттуда — на космодром, на корабль и… Ту-ту! Или тю-тю. На другую планету по экскурсионному маршруту.

И больше она с этим гадом хвостатым не встретится! Пусть он подавится своим фланоциклом! Одного Викуся не понимала. Почему так остро на это реагирует. Она же девушка спокойная, разумная и вежливая. И обычно не берёт без спросу фланоциклы у незнакомцев и не обрушивает на них стены.

«Поживём — увидим! — оптимистично рассудила Вика, любуясь в иллюминатор на звёзды. — Постараюсь держаться подальше от наггеваров».

Но вселенское провидение, как водится, внесло свои коррективы.

«Раннеталле!» — так сказали бы джамрану.

То есть «судьба».

Но в группе их не было.

'В бурные споры надо всегда вплетать горячие поцелуи,

тогда тело и сдвинется'.

— … Сто пятьдесят циклов назад закончилась межгалактическая война, и народ Тигра не страдает более под гнётом Наггеварской Империи, но Вероссу до сих пор считают оплотом свободы, равенства и братства, — упивалась любимым делом экскурсоводша. — Когда-то…

Вика тоскливо огляделась и вздохнула.

Снега, снега, снега… Белым-бело — насколько хватает глаз, а хватает их недалеко; в двух шагах от группы залегли сугробы высотой с трёхэтажный дом. Кое-какой контраст по сравнению с покрытой джунглями и развалинами Наггарией, но отнюдь не желанное разнообразие. Всего лишь сменили сорокаградусную жару на сорокаградусный мороз. Но в термо-масках с затемнёнными очками и в комбинезонах с подогревом никакой холод не страшен. Вика ещё наклеила на одежду, для верности, шакренские согревающие пластыри, а теперь парилась, потела и мечтала их как-нибудь отклеить. Лучше бы она выдумала себе недомогание и осталась в Астуэлле. Там и по городу можно полазить, одной, без надоедливой гидши и группы. Если бы не аномалия…

Вот она! Северное сияние посреди ясного неба. Вернее, как если бы земное северное сияние закружилось воронкой. Увы, аномалия Вику разочаровала. То есть, не сам вихрь, а подход местного турагентства к нуждам туристов. На законный вопрос Викуси: «А когда мы полетим в Хвост Тигра?», дополнительный гид из Астуэллы — тигримка ответила, что «вихрь сейчас в фазе микро-диаметра и ни один болид, а тем более звездолёт туда не пройдёт, застрянет». Напрасно Вика размечталась, как расскажет одногруппникам, что путешествовала внутри пространственного тоннеля. Она-то полагала, что полюбуется на него вблизи, пролетит насквозь и вернётся обратно.

А он, видите ли, не в той фазе!

Сплошные разочарования.

С многоликими их так же прокатили. И вблизи не показали! И вообще…Выяснилось, что обитали возрождённые аборигены на другом континенте и даже в другом полушарии, где климат помягче, не такой изнуряющий, и леса поприветливее, без местных комаров размеров со слонов, а вместо пыльных развалин нормальные города и посёлки.

Викуся заскучала, и вовсе не потому, что героическое прошлое Тигримской республики и Руннского королевства её не интересовало. Просто аномалия ей нравилась больше.

А ещё, девушку притягивали снегоходы. Принадлежали машины туристической фирме, и на них катали всех желающих. Вика с восторгом наблюдала, как ловкие и красивые агрегаты на аэрополозьях шутя пробивали литы́е сугробы. «Кротовых» ходов вокруг нарыли! Видимо-невидимо. И Викусе отчаянно захотелось самой проехаться и полюбоваться на снежные завихрения, а не мохнатой спиной впередисидящего. Ощутить драйв!

Это становилось навязчивой идеей…

И момент назрел подходящий! Водители как раз оставили транспорт на приколе и залезли в кабину туристического эллипсона попить чайку. Снегоходы никто не охранял.

Наивные тигримы!

И Вика бочком, бочком… Подобралась к самому крайнему… Вроде никто не смотрит. Она же только туда и обратно. Быстро. Никто и не заметит. Туристы подумают, что это водитель, а водители… Пусть и дальше чаёвничают. На здоровье!

И вот уже оседлала блестящую ладную машинку, любовно поглаживая руль… Викуля не повторяла прежних ошибок, а сперва расспросила самого молодого из водителей — симпатичного и дружелюбного полосатика, как этой штукой управлять. Он с готовностью научил очаровательную инопланетянку, не ведая подвоха. Всё оказалось так просто! Крути себе вот эту ручку, жми сюда и… Снегоход тронулся, разогнался и клином врубился в сугроб!

Вику тотчас окутало защитное обтекаемое поле, и она с наслаждением мчалась, пронзая со свистом толщу снегов. Может и не аномалия, но прикольно. Замороженные кристаллики бились о прозрачный экран, рассыпались и взрывались ослепительно-белыми фейерверками.

Скорость! Восторг! Дра-айв!

«Йеху-у! Я дикая снегоройка!»

Офигительный аттракцион!

С безумным воплем девушка вынеслась с другой стороны сугроба, обрушив за собой целую лавину. Притормозила, остановилась и развернулась. Снежный шлейф тянулся за ней по белому полю, оседая неровными кучами, и одна из таких куч неподалёку вдруг зашевелилась, издавая невнятные звуки…

«Мамочки!» — Вика перепугалась.

Неужели она снова кого-то…

И поскольку Викуся была девушкой совестливой, доброй и отзывчивой, то не скрылась с места преступления, как в прошлый раз, а слезла со снегохода и подбежала к копошащемуся холмику. А тот исторгал потоки отборной брани, судя по яростным интонациям. Викуся ни слова не понимала, но смутно почувствовала в этой тираде нечто до боли знакомое. И когда это знакомое выбралось из сугроба, матерясь, отплёвываясь и сдирая с себя маску… Вика так и застыла, словно деревце, облитое водой на морозе.