— Победим смерть вместе, — холодно извещал один из голосов, вероятно, принадлежащий Алексу.

— Победим, — согласно ответил Кейлус вдалеке, пока тени слабо подрагивали и искрились. — Но ты помнишь мое условие: я не подчиняюсь тебе.

— Править вместе не позволю. Но позволю тебе сохранить сообщество и свои привилегии…

Тени осыпались в шкатулку, а голоса стихли. Свечи почти потухли, но сумели разгореться вновь, а Харпер прикрыла грудь руками, прячась от холодного ветра. Свела брови вместе и без слов посмотрела на Деймонда. Он понял, что ее мучает: снова вранье.

— Он Гнев, — пояснил он, хоть и сам оказался не готов узнать, что и Кейлус играл против них вместе с Алексом, пока пытался казаться добродетелем и убеждал, что хочет сохранить Мунфол таким, каков он есть сейчас. Пригодилась бы фраза доктора Хауса, что все врут, но он-то относил их к людям, а не к бездушным созданиям. — Теперь первая.

Следующая шкатулка и новые тени. В этот раз они вылезали нехотя, образуя большую и неповоротливую фигуру. Постоянно пытались упасть и расползтись по столу, но в итоге сумели сформировать женский образ.

— Сигрид, — догадался Деймонд. — Вероятно, она знала, на кого работает.

— Да пошла она. Мы теперь грехов умеем убивать, — сквозь зубы сказала Харпер, пока тень создавала еще одну фигуру: Алекса на этот раз. Раздались приглушенные голоса, такие тихие и таинственные, будто звучали из потустороннего мира.

— Заставь ее поверить, что я никчемный человек, — напутствовал Алекс. — Она не должна догадаться, кто я на самом деле.

— Не догадается, — ответила Сигрид. Большая и неповоротливая, в обтягивающей одежде, которая выделяла все ее недостатки. — Но я хочу…

— Место подле меня. И ты его получишь, едва мы победим смерть. Притащи Дэна к Кейлуса, дальше они договорятся обо всем сами…

Тени рухнули на стол, впитались в дерево и исчезли. Харпер гневно распахнула пятую шкатулку и отпрянула от резко вырвавшихся теней. На этот раз появилась Мирослава, что оглядела зал. Казалось, она и правда тут, видит их, хочет что-то сказать, но ей права голоса не дали. Она металась над столом, пыталась кричать, но ни звука не вырывалась из ее призрачного рта. Зато вскоре образовался Алекс, схватил ее за горло, поднимая над землей.

— Они немы, — пояснил Деймонд. — Не могли рассказать всей правды. Не могли вмешиваться. Только наблюдать и ждать нашего решения.

— Ой, да пошли они! — крикнула Харпер, резко раскрыла последнюю шкатулку с номером «3» и смахнула их все на пол, пытаясь выплеснуть ярость.

Открылась дверь, зазывая в следующий зал. Харпер уже не выглядела столь уверено, как в начале игры. Похоже, и она устала. Особенно от правды, что продолжала сваливаться на их головы, норовя придавить к земле, настолько тяжела эта ноша — узнавать, что тебе постоянно врали и манипулировали тобой.

— Давай уточним, — сказала она. — Мама помогла мертвым захватить остров Мук, чтобы дать Кейлусу мотивацию создать сообщество, а затем заставить нас обрушить небеса. Но Кейлус переметнулся к Алексу. Поэтому Кейлус решил помочь нам уничтожить свитки. Он хотел, чтобы Алекс победил смерть и хотел быть подле него в новом дивном мире. Да, я все верно сложила?

— Верно. Не считая того, что изначально Кейлус хотел довести тебя до самоубийства, но потом почему-то решил пощадить меня.

— И никто из них не мог действовать. Только ждать! Хм. Вот тебе и бездушные создания, что живут тысячелетия.

— Ну, про не могли действовать ты переборщила.

Харпер закатила глаза, кивнула, уставшая и изнуренная.

— Это да. Могли отдавать приказы другим, манипулировать. Элизабет убила мою бабушку, надеясь, что я захочу отомстить и обрушу небеса. Дэн творил черти что. Робин притворилась мертвой, чтобы заставить тебя вскрыть первый свиток. И все вокруг нам врали!

— Не все. У нас есть люди, которые на нашей стороне. Идем дальше? — спросил Деймонд.

— Словно у нас есть выбор, — ответила Харпер и взяла его за руку. На всякий случай.

Однако следующий зал решил не удивлять, ведь выглядел так же, как предыдущий. Изменилось одно — вместо стола их ждал небольшой котел на витой подставке и несколько флаконов с зельями, разные коробки и баночки.

Из ниоткуда появился Голд. Склонил голову, наслаждаясь видом уставших избранных.

— Долго еще? — спросил Деймонд, не ожидая ответ. Поэтому изумлено вскинул брови, стоило Голду ответить:

— Это последний зал. После него я спрошу вас еще раз, кто хранитель этого места. — Голд подошел к котлу. Провел по нему рукой. — Вы попали в зал, что называется «Алтарь». Ваша задача сварить эликсир прощания…

— Это же фейк, — перебил Деймонд. — Его не существует.

— Рад, что ты знаешь, что это. Значит, сварить его вам не составит труда. Трудность в другом — чтобы разжечь огонь вам необходимо отмерить ровно три минуты. — Голд вскинул руки и над ними появились песочные часы. — В первых часах 5 минут. Во вторых — 7. Едва в одних из них останется 3 минуты — поставьте их под котел. Удачи.

Голд подал одни часы Харпер, другие — Деймонду, и тут же растворился. Он и в жизни не слишком разговорчив, а здесь и вовсе сбегает от них при любой возможности и не говорит больше, чем того требует ситуация.

— Идеи? — спросила Харпер. — В математических штучках я плоха. Зато знаю состав зелья.

— Серьезно? Оно старое, как наш мир, не сохранилось в вашей мифологии, да и у нас не сильно популярно.

— Бабушка рассказывала, — пожала плечами Харпер. — Я раньше думала, что это ее очередная сказка, но едва узнала про Мунфол, поняла, что она ничего не выдумывала, а рассказывала мне про мир, скрытый от нас. Так что с часами?

— Все просто. — Деймонд забрал часы у Харпер, поставил их на пол и одновременно перевернул. — Элементарная математическая задачка.

— Взяла на свой счет. Давно меня муж начал оскорблять?

— Веснушка! — фыркнул Деймонд, на что она пожала плечами. — Я давно понял, что ты математику не любишь. А тут надо просто набраться терпения.

Ждали, пока песок закончится в часах с пятью минутами, молча. Зато, когда Деймонд их снова перевернул, Харпер заговорила:

— Как думаешь, кто настолько безумен, чтобы создать эту игру?

— Не твоя мать?

— Уже сомневаюсь.

— Явно не Алекс: его бы к лабиринту не допустили.

— Остается Мирослава. Только она еще замешана в этой истории.

— А Голд?

— Он ведущий. Слишком очевидно — точно мимо.

— Хм. — Деймонд дождался, когда песок в часах с 7-ю минутами почти закончился и взял те, в которых 5. Занес их над подставкой под котлом, готовый поставить в нужную нишу. И едва в первых закончился песок, скорее установил на место те, что держал в руке. — Теперь в них осталось ровно 3 минуты. Ждем.

Они не спускали глаз с часов, Харпер и вовсе бормотала что-то про шаманские фокусы, но стоило песку закончиться, зажегся огонь.

— Ты псих, — заявила она, подходя к столу с ингредиентами. — Ненавижу математику.

— Легенду хорошо знаешь? — уточнил Деймонд, сдерживая улыбку: помнил, что Харпер отлично разбирается в том, что ей интересно. А история Мунфола ее сильно заинтересовала.

— Не веришь? Почему ты мне никогда ее не рассказывал, кстати? — Харпер открыла один из флаконов и понюхала содержимое. Поморщилась и скорее вернула на место.

— Потому что это выдумка и не имеет ничего общего с магией и историей Мунфола, — парировал Деймонд. — Это сказка.

— Не сказка. Так люди из мира Солнца прощались с умершими много тысячелетий назад. Еще до того, как появилась магия, но уже после встречи с отпечатками. Люди чувствовали, что мертвым нужна помощь, но не знали, как им помочь по-другому, поэтому создали этого ритуал. — Харпер свела брови вместе. Уставилась на Деймонда. — Выбивается из общего посыла лабиринта.

— М-м?

— Люди хотели помочь мертвым, потому что еще до образования Мунфола встречали отпечатков — уже тогда некоторые души застревали между мирами. То есть мертвым все же нужна помощь, а?