Паника мешала соображать, кинжал не откликался — видимо, его конфисковали. Да и как он поможет? Харпер встала, и последняя надежда — перепрыгнуть — сгорела дотла, ведь стоило ей приблизиться к кругу, огонь поднялся до ее груди. Край пальто загорелся, и она скорее стащила его с себя, перекинула через пламя, что вспыхнуло с новой силой.

Она вернулась в центр, огонь опустился до колен, но угрожающе раскидывал искры, объясняя, что выпускать не намерен.

— И кто это? — пробасил кто-то. Харпер резко обернулась и увидела мужчин. Оба в шубах, большие, словно медведи. Похожи друг на друга, различается только рост — второй еще выше того, кого уже видела Харпер. Братья? — Милу ты куда дел⁈

— Сбежала твоя Мила! — крикнул тот, что похитил Харпер. — Величаешь себя Богом Смерти? Вот и ищи ее сам! Я нашел только эту.

Харпер изумленно вскинула брови, ведь ошиблась. Ее похитил не отец — его брат, то есть ее дядя. О как, у нее еще и дядя-психопат есть!

— Я тебе уже сказал: мне нужна именно Мирослава. Это ее наказание, ясно? Она заслужила оказаться в этом костре.

Харпер всерьез запаниковала — гореть на ритуальном костре точно не входит в ее список дел до смерти. Снова попыталась подойти к полыни, но отшатнулась в центр, спасаясь от жара. Зато на нее обратили внимание братья. Отец придирчиво свел брови вместе, почесал бороду, но все же мотнул головой.

— Странная она какая-то! Что это за одежда? И волосы… — Отец подошел ближе, опустил руку, заставляя огонь погаснуть. Поманил к себе Харпер. Та сделала осторожный шаг, убедилась, что жечь ее пока не собираются, и выбежала из круга. Тут же угодила в хватку дяди. — Такой цвет волос бывает? И намалевала лицо как… Ткань какая интересная…

— Отпусти, — просипела Харпер, а рука дяди сжала ее горло. Отец поймал ее взгляд, задумчиво облизал губы, скрытые бородой. Потрогал джинсы, нахмурился еще сильнее, взявшись за свитер. — Прошу…

— Мила твоя сбежала. Луна вот-вот взойдет, мы не успеем ее вернуть, — заявил дядя. — Давай эту возьмем! Какая разница?

— Может…

Слушать дальше Харпер не стала. Поняла наконец, как все серьезно, и что пора применять на практике уроки Деймонда и Феликса. В этот раз их рядом нет, значит, придется стать дамой в тренде. Ну, что поделать, раз сильные и самодостаточные нынче в моде?

Харпер завела ногу за ногу обидчика, призвала поток и направила его на руку, что сжимала ее шею. Резко повернулась, а дядя, не ожидавший напора от странной девицы, выпустил ее, покачнулся. Поток толкнул его в грудь, а Харпер навалилась на мужчину всем телом и упала сверху, едва тот потерял равновесие и рухнул в грязь.

Отец молча наблюдал, сложив руки на груди. Настолько не верит, что она справится? Отличный шанс доказать, что она не так безнадежна! Харпер схватила камень, порезала ладонь, чтобы кровь помогла колдовать. Адреналин делал сильнее, заглушал страх, оставляя одно — желание выжить.

Харпер вжала пораненную ладонь в шею дяди, он удивленно распахнул глаза и закричал. Она не сбавляла напор. Продолжала наблюдать в действии бурлящее заклятие, планируя впервые в жизни узнать, как от него умирают. Слезла с дяди, заметила вдруг свой кинжал, висящий на его поясе, когда шуба распахнулась. Скорее забрала.

— А вот убить его не позволю, — прошипел отец, хватая дочь под мышками и ставя на ноги. Харпер потеряла контроль, но злость помогла собраться с силами. Она перебросила бурлящее заклятие на отца, поток обвил ее руку, прибавляя сил. Кинулась на отца и вонзила кинжал в сердце. Отпрянула, ведь тот широко улыбнулся. Она-то была уверена, что это развеет его! Осознала, что промазала… Не хватило нескольких миллиметров, что б его!

— Убила. И что намерена делать дальше? — спросил отец, вытаскивая кинжал из груди. Откинул его в сторону, пока его брат кряхтел на земле. — Я Бог Смерти. Ну? Как планируешь убить мертвеца?

Харпер попятилась. Споткнулась о дядю, который потерял сознание после бурлящего заклятия — еще бы! Трудно жить, когда у тебя кровь кипит! Опомнилась, что у нее осталась серьезная проблема, подняла руку.

— Вдох последний, легкие в огне! — крикнула она, ведь сил колдовать без произнесения заклятия вслух не осталось.

Отец пошатнулся, схватился за грудь, но снова довольно улыбнулся.

— Тебя кто магии научил? Откуда в тебе вообще магия⁈ Это невозможно…

— Невозможно, что тебя даже огонь в легких не берет! — крикнула Харпер. Приложила пораненную руку к своему сердцу. Собрала поток и всю силу. В глазах начинало темнеть, столько энергии она отдала, но она не собиралась сдаваться. — Сердце встало, льдом опоясанное.

Отец закряхтел. Хватал воздух ртом, но задыхался. А потом его голова отлетела от туловища и укатилась за деревья. Тело рухнуло на землю, а Харпер увидела Деймонда с окровавленным мечом.

— Всегда помогает, — заявил он. — Даже мертвых берет.

— Деймонд! — крикнула Харпер и кинулась его обнимать. Повисла на шее, расслабилась, наслаждаясь его руками на спине, поцелуем в волосы. — Ты где был⁈

— Давай по дороге, — ответил он, отдаляясь. Нашел кинжал Харпер на земле и поднял. Протянул было ей, но заметил, что ее рука в крови, и передумал. — Им еще Мирославу искать, значит, скоро они очнутся.

Деймонд снял рюкзак с плеча, нашел спирт и бинт. Промыл рану, пока Харпер морщилась и ругалась, ведь сильно щипало. Старательно забинтовал, поцеловал костяшки и вновь подал кинжал. Харпер взяла его, вытерла кровь о край свитера (передернулась, вспоминая, что всадила его в отца недавно), слила с кожей — так-то лучше.

— Бежим, веснушка, — ласково сказал Деймонд, беря ее за целую руку. Харпер знала, что лучше не оборачиваться, но все равно посмотрела. От вида ползущего тела к собственной голове затошнило. — Прирастет быстро.

— Догадалась.

Зашевелился и дядя. Застонал, открывая глаза, что-то забормотал, но Деймонд уже утащил Харпер в гущу леса, поэтому она ничего не расслышала. Тумана становилось только больше, дождь продолжал накрапывать, хоть небо и расчистилось в одном месте, чтобы явить полную луну.

Мокрая одежда неприятно липла к телу, что дрожало от холода и ужаса. Хотелось скорее в тепло, переодеться, а лучше встать под горячий душ, но пока получалось только вязнуть в земле. Не спасла и куртка, которую ей отдал Деймонд.

— Так где ты был? — требовательно спросила Харпер, пытаясь поспеть за широкими шагами Деймонда. Сил не осталось, но она покорно шла, зная, что оставаться рядом с отцом нельзя.

— Немного поболтал с ведьмами твоей матушки.

— Ведьмами? Она уже успела кого-то обратить?

— Ну, если мы правильно поняли, что это за ночь — ночь Раскола островов, когда Мунфол открылся для живых — значит, что твоя мать уже успела обратить себя и нескольких девушек, так горевала, что убила твоего отца, что ее магия помогла наделить их силой магии мертвых. Сегодня она попытается проникнуть в Мунфол, но все еще жива, поэтому не сумеет. Зато твой отец проведет свой ритуал. Он уже стал Богом Смерти и даже сбежал из Мунфола в мир Солнца.

— Убьет ее и Мирославу. Смерть Мирославы расколет острова, а душа Элизабет расколется, чтобы удерживать Мунфол, — закончила Харпер. — Сложно. Очень сложно. Я уже запуталась в лоре! Слишком много вранья и недосказанности. Так ты с ведьмами дрался?

— Что? — Деймонд вдруг смутился. — Не совсем. Они меня домогались.

— Чего⁈ — Харпер остановилась, требовательно встала перед мужем, буравя взглядом.

— Домогались страшно. Я чудом от них удрал.

— Ты издеваешься⁈ Меня тут чуть на костре не сожгли, а он там развлекался! Где так долго был? Не сильно сопротивлялся, а?

— Ты же знаешь, у меня на других не встает, — нахально улыбнулся Деймонд. — Веснушка, я не изменял тебе. Отбился от них и побежал искать тебя. Это все. Откуда ревность взялась?

— Красивые молодые девы посреди леса. Скорее всего нагие…

— Почти. На них плащи.

— Вот именно! Правда сдержался? Чего они вообще к тебе приставать стали?