Арек сжимает ее плечо.

— Посмотри на меня, — говорит он.

Его голос — сталь.

Она делает, как он велит, поворачиваясь к нему.

— Мы не позволим этому случиться.

— Как? — спрашивает Шае, ломая руки. Кейдия прислоняется к стене, печаль старит ее.

— Кири и остальные из нас. Мы закончим это. Часы Солы сочтены.

— Полдень, — повторяю я.

— Ты готова, Золотой Язык? — Голос Хана рикошетом отдается в хаотичном беспорядке моего сознания. — Пришло время.

— Хан говорит, время пришло. — Время для чего, я, блядь, не знаю.

Но будь я проклята, если позволю убить маленького Таррона, как убили моих братьев.

Абсолютно, блядь, нет.

— Пошли, — говорю я Ареку. — Нам нужно убить богиню.

Слова пропитаны правдой, и это, больше, чем что-либо, кажется, расправляет плечи Шае.

— Иди к его матери, — говорю я ей. — Идите в пещеры и ждите.

Она кивает мне, затем Ареку, чье выражение лица могло бы заморозить пар.

Кейдия тоже собирается уходить, и я резко перевожу внимание на нее.

— Ты была ближе всех к нему, — говорю я, и она вздрагивает, словно я ударила ее. — Ты знала?

Вопрос наполнен силой, хотя я понятия не имею как, и я вижу момент, когда он поражает ее. Плечи Кейдии опускаются, ее голова слегка запрокидывается.

Я кривлюсь. Это не то, что я хотела сделать.

— Я не знала. — Она почти падает обратно на стену, ее грудь вздымается.

— Правда, — говорю я Мечу. Он смотрит на меня прищуренными глазами, задумчивое выражение на лице.

— Как ты это сделала? — спрашивает он.

— Я не знаю, — говорю я, нетерпеливо махая рукой. — Мы теряем время. Каков план?

Озабоченный взгляд пробегает по его лицу, и я хочу закричать на него, чтобы он торопился, но я знаю лучше.

Я переношу вес, заставляя себя ждать.

— Ей нужен невинный Фейри для жертвоприношения. — Он потирает подбородок.

Я проглатываю раздраженный вздох. Быть язвительной сукой не поможет, и это даже не заставит меня чувствовать себя лучше, поэтому я не говорю ни хера.

Я просто жду.

Жду и думаю, пока Таррону страшно. Невинный Фейри, чья бессмертная жизнь слишком коротка, чтобы быть запятнанной каким-либо злом.

Фейри.

Мои глаза расширяются, и я роюсь в памяти за последние несколько недель, проведенных здесь, в своем новом теле.

— Ей не нужен Таррон, — говорю я, мой голос срывается. — Не обязательно.

Я не произношу остальное вслух, впрочем, лицо моего партнера все еще озадачено.

Она могла бы использовать меня.

И затем я бегу. Я бегу так быстро, как только могут нести меня мои ноги Фейри, и я чувствую одобрение Хана, звенящее так же громко, как колокола крепости, в моем сознании.

— Ты быстро учишься, Золотой Язык, — говорит дракон.

Я могу чувствовать его, какая бы странная связь мы ни создали, притягивая меня к нему, как магнит.

Мои сапоги эхом отдаются в каменном коридоре.

Арек ревет мое имя позади меня, боль в его голосе разбивает что-то глубоко в моей груди, наши узы пары физически болят, когда он пытается вернуть меня.

Но я решила.

Я не смогла спасти своих братьев в тот день.

Темный силуэт маячит за арочным окном в конце коридора, и я не колеблюсь.

Я ускоряюсь, бегу к судьбе, от которой убегала всю свою жизнь.

Стекло разлетается вдребезги, когда я выпрыгиваю из окна замка, и долгое мгновение я нахожусь в свободном падении.

И все же в моем сознании нет сомнений, уверенность Хана укрепляет мою собственную.

Воздух выходит из моих легких, когда его когти обхватывают мою грудь, и я изо всех сил пытаюсь вдохнуть снова, кружась от удара.

Замок и город становятся маленькими под моими ногами. Крылья Хана бьют по небу, достаточно громко, чтобы заглушить крики и сигнальные колокола внизу.

Я тяжело сглатываю, отказываясь плакать от единственного звука, который я все еще могу разобрать.

Меч, мой Арек, кричит мое имя.

Я всегда была жертвой для Солы, и теперь я готова встретиться с ней лицом к лицу.

Я не могу взять на свою совесть еще одну смерть невинного ребенка.

Я не позволю.

Глава 29

АРЕК

Ярко-красная кровь капает с сине-зеленого стекла, почему-то громко, несмотря на шум Фейри, готовящихся к войне внизу у замка.

Я смотрел, как Кири, которую держали в когтях золотого дракона, ее рыжие волосы развевались за ней флагом.

Она не оглянулась.

Рука касается моего плеча, и я резко разворачиваюсь, мой меч обнажен, продолжение меня самого.

Морроу вскидывает руки, его глаза сужены на заточенном крае моего клинка.

— Что? — Это рык, и моя хватка за рассудок, в лучшем случае, легка как перышко.

— Друг, глядя в это окно, мы ее не вернем.

— Она намерена принести себя в жертву. — Моя грудь вздымается, рыдание ищет выход. — Я не позволю ей. Я не могу потерять ее.

— Тогда не позволяй, — говорит Лара.

Морроу пытается изогнуть тело, чтобы заслонить ее от меня, но она обходит его, бросая на него мрачный взгляд.

— Сола не будет ждать полудня, если заполучит ее. Она сначала заставит Кири страдать. Потому что та бросила ей вызов.

— Потому что она ее соперница. — Лара выплевывает слова, сверкая на меня глазами, пока пурпурная сила потрескивает на ее коже. — Кири — это то, кем Сола должна была быть. Она способнее, чем кто-либо из нас может понять.

Я подхожу к ней, игнорируя попытку Морроу оттеснить меня, сосредоточившись только на ведьме передо мной.

— Ты видела это.

Обвинение.

Пожелание.

Она опускает голову, не отвечая, и я запрокидываю голову, сдерживая крик разочарования.

— Я не вижу дальше этого утра. Я и не могла.

— Тогда зачем предлагать эту ложную надежду? Зачем мучить меня еще больше?

Лара смотрит мне прямо в глаза, ее взгляд полон силы. Магии.

— Потому что надежда никогда не бывает ложной, когда у тебя есть вера. Арек Хракан, Меч Смерти, ты должен верить в свою пару, в женщину-Фейри, которая станет Голосом Жизни.

Я отшатываюсь от голоса, который исходит из ее уст.

Не ее, совсем нет.

Накуш, говорящий через свою избранницу.

— Брат. Ей нужна твоя вера. Мы все нуждаемся. Будущее зависит от твоего выбора.

Я киваю, позволяя словам проникнуть в сознание.

Позволяя надежде расцвести, виноградной лозе, покрытой розами, чьи шипы грозят выпить из меня жизнь.

— Найдите предателя, — говорит Накуш устами Лары. — Доверьтесь предателю.

Пурпур умирает в ее глазах, возвращая им их обычный карий цвет, и она шатается.

Морроу обхватывает ее за талию.

— Где Кейдия? — хриплю я.

— Я здесь, — говорит она, выходя из тени. Слезы текут по ее лицу, окрашивая ее кожу в темно-зеленые полосы. — Но я не знаю, где он может быть. — Она качает головой.

Я чувствую вкус ее страха, и мне не нужна моя пара, чтобы знать, что она лжет.

Я крадусь к ней, мой широкий меч сжат так крепко, что мои костяшки белеют на рукояти.

— Скажи мне, где его найти, — выдавливаю я.

Она качает головой, сжимая губы в тонкую линию.

— Ты знаешь, где он.

— Я не знаю, не наверняка, но если бы мне пришлось гадать, я бы сказала, что он в твоей сокровищнице.

Она спотыкается, когда я прохожу мимо нее, вкладывая меч в ножны одним плавным движением.

Я срываюсь на бег.

Время никогда не на нашей стороне, и я никогда так сильно не нуждался в том, чтобы сделать его своим союзником.

Глава 30

КИРИ

— Я не могу пойти с тобой. — Мысленный голос Хана полон сожаления.

Мои глаза слезятся, то ли от воздуха, хлещущего вокруг меня, то ли от уверенности в моей судьбе, я не знаю.

— Знаю, — говорю я ему. Его беспокойство обвивается вокруг меня, как кокон.

Я притупила связь пары как могла, затолкав ее поглубже и запер в мысленной коробке.