Я смотрела на него. На любимое лицо, на глаза, в которых плескалась вечность.

— Я выбираю тебя, — сказала я.

Он замер.

— Ты уверена?

— Да.

— Ты понимаешь, что это значит?

— Понимаю. — Я взяла его руку. — Я хочу быть с тобой. Всегда. Что бы ни случилось.

Он прижал меня к себе.

— Юля, — прошептал он. — Я не подведу тебя. Обещаю.

— Я знаю.

Мы ехали в неизвестность. В новую жизнь. В вечность.

Мы приехали в какое-то место за городом.

Большой старый дом, окруженный высоким забором. Густой сад, плотные шторы на всех окнах, тишина. Игорь помог мне выйти из машины, провел внутрь.

— Это мое убежище, — сказал он. — Здесь безопасно. Охотники не знают об этом месте.

Я оглядывалась. Темные коридоры, старинная мебель, картины на стенах. Дом пах пылью и временем.

— Ты здесь живешь?

— Иногда. — Он провел меня в гостиную, усадил на диван. — Когда нужно спрятаться. Или подумать.

Я села. Он остался стоять — напряженный, взволнованный.

— Юля, — начал он. — Ты сказала, что выбираешь меня. Что хочешь стать одной из нас. Но прежде чем мы сделаем это, ты должна знать правду. Всю. Без прикрас.

— Я знаю правду.

— Нет, — покачал головой. — Ты знаешь то, что я рассказал. Романтическую версию. А есть другая сторона. Темная. Страшная. И ты должна услышать ее, прежде чем решишь окончательно.

Я приготовилась слушать.

Он сел напротив, взял мои руки в свои.

— Начну с солнца, — сказал он. — Ты никогда больше его не увидишь. Ни рассвета, ни заката, ни солнечного дня. Твоя жизнь станет вечной ночью. Даже если захочешь выйти днем — не сможешь. Через несколько минут кожа начнет гореть, через полчаса ты превратишься в пепел.

У меня внутри похолодело.

— Я знаю, — тихо сказала я. — Ты говорил.

— Говорил, но ты не представляешь, каково это — видеть солнце в последний раз. Зная, что больше никогда. — Он сжал мои пальцы. — Я помню свое последнее утро. Мне было двадцать лет. Я стоял на холме, смотрел на восход и не знал, что это навсегда.

— Игорь...

— Дальше — еда, — продолжал он. — Ты больше никогда не съешь ничего, кроме крови. Ни шоколада, ни пиццы, ни фруктов. Все будет безвкусным, пресным, отвратительным. Ты будешь смотреть, как едят другие, и чувствовать только пустоту.

Я молчала, переваривая.

— Моя мама готовила яблочный пирог, — сказал он тихо. — Я до сих пор помню его запах. Но никогда больше не попробую.

— Это... грустно, — прошептала я.

— Это реальность. — Он посмотрел мне в глаза. — И это еще не все. Друзья, Юля. Люди, которых ты любишь. Они будут стареть и умирать, а ты останешься молодой. Катя — она состарится, заболеет, умрет. А ты будешь стоять у ее могилы и помнить, какой она была молодой и веселой.

У меня защипало в глазах.

— Ты хочешь сказать, что я потеряю всех?

— Всех, кого любишь. — Он кивнул. — Кроме меня. Мы будем вечно молоды, вечно живы. А они — нет. И это самая тяжелая часть.

Я вытерла слезу.

— Ты поэтому не заводил друзей?

— Поэтому. — Он вздохнул. — Легче быть одному, чем каждый раз хоронить близких.

— Но у тебя есть знакомые вампиры.

— Есть. — Он согласился. — Но это не то. С ними я могу говорить о прошлом, о вечности. Но они не заменяют людей. Их тепло, их эмоции, их жизнь.

Я смотрела на него и видела, как тяжело ему говорить об этом.

— Ты жалеешь? — спросила я. — Что стал вампиром?

— Каждый день, — ответил он честно. — Но если бы не это, я бы не встретил тебя. И это единственное, что меня примиряет с моей природой.

— Игорь...

— Я не хочу обрекать тебя на это, Юля. — Его голос дрогнул. — Не хочу, чтобы ты потеряла солнце, еду, друзей. Не хочу, чтобы ты страдала, как я. Но и жить без тебя не могу.

— Ты поэтому тянул? Поэтому не предлагал?

— Поэтому. — Он кивнул. — Я надеялся, что ты выберешь человеческую жизнь. Что уйдешь, будешь счастлива. А я останусь с памятью о тебе.

— А теперь?

— Теперь ты в опасности. Охотники вышли на тебя. Если ты останешься человеком, они найдут тебя. Убьют. Или используют против меня.

— А если стану вампиром?

— Тогда ты будешь сильнее. Быстрее. Сможешь защитить себя. И мы будем вместе. Навсегда.

Он замолчал. Я тоже молчала, переваривая услышанное.

— Ты предлагаешь мне выбор, — сказала я наконец. — Но выбора на самом деле нет.

— Почему?

— Потому что если я уйду, охотники меня убьют. Если останусь человеком — умру от старости, а ты будешь страдать. Единственный способ быть с тобой и выжить — стать вампиром.

Он смотрел на меня долгим взглядом.

— Ты права, — сказал он тихо. — Выбора нет. Но я должен был сказать тебе правду. Чтобы ты знала, на что идешь.

— Я знаю.

— Ты готова?

Я думала. О солнце, которого больше не увижу. О пицце, которую не съем. О Кате, которая состарится и умрет. Об Игоре, который будет рядом всегда.

— Да, — сказала я твердо. — Я готова.

Он прижал меня к себе.

— Юля, — прошептал он. — Ты не представляешь, что для меня делаешь.

— Представляю. — Я обняла его в ответ. — Я даю тебе надежду. А ты даешь мне вечность.

— Это не вечность, — поправил он. — Это очень долгая жизнь. Но я сделаю все, чтобы она была счастливой.

— Я знаю.

Мы сидели в обнимку, и за окном темнело. Скоро наступит ночь — последняя моя ночь как человека.

— Игорь, — сказала я. — Расскажи еще. О хорошем. Что меня ждет?

Он задумался.

— Ты увидишь такие закаты, какие не видит ни один человек. Ты будешь чувствовать мир острее — звуки, запахи, эмоции. Ты узнаешь, каково это — двигаться быстрее ветра, слышать сердцебиение за километр, видеть в темноте.

— Это круто.

— Это страшно. — Он улыбнулся. — Первое время ты будешь терять контроль. Жажда крови будет мучить тебя. Но я буду рядом. Научу, помогу.

— А что будет после?

— После? — Он посмотрел в окно. — После мы будем жить. Путешествовать, учиться, открывать новое. У нас будет вечность, чтобы узнать друг друга.

— И ни дня не будет скучно?

— Ни дня. — Он поцеловал меня. — Обещаю.

Мы просидели в доме до полуночи. А потом он сказал:

— Пора.

— Что мне делать?

— Ничего. — Он взял мое лицо в ладони. — Просто доверься мне. Будет больно. Очень больно. Но я буду рядом.

— Я не боюсь.

— Зря. — Он улыбнулся грустно. — Это самое страшное, что может случиться с человеком. Ты умрешь, Юля. И родишься заново.

— Я готова.

Он наклонился и поцеловал меня. Долго, нежно, прощаясь с моей человеческой жизнью.

— Я люблю тебя, — прошептал он.

— Я знаю. — Я улыбнулась. — И я тебя. Делай.

Он закрыл глаза. Когда открыл их снова, в них горел красный огонь.

— Прости меня, — сказал он.

И впился клыками в мою шею.

Три дня после разговора в убежище.

Мы вернулись в город. Игорь сказал, что нужно подготовиться к обращению, найти безопасное место, собрать нужные вещи. Я ждала, стараясь не думать о том, что моя человеческая жизнь подходит к концу.

Днем я ходила на работу — Игорь настоял, чтобы я не вызывала подозрений. Ночью мы были вместе. Он учил меня контролировать эмоции, рассказывал о мире вампиров, о законах, о врагах.

— У тебя есть враги? — спросила я в одну из ночей.

— Есть, — ответил он честно. — Я живу долго. За это время нажил немало недругов.

— Кто они?

— Другие кланы. Те, кто не признает Кодекс. Те, кто хочет власти. — Он помолчал. — Я много раз мешал им. Уничтожал диких, защищал людей. Они меня ненавидят.

— Они знают обо мне?

— Пока нет. — Он сжал мою руку. — Но я боюсь, что узнают. Поэтому и хочу побыстрее провести обращение.

— Чтобы я могла защитить себя?

— Чтобы я мог тебя защитить. — Он поправил. — Когда ты станешь одной из нас, я смогу научить тебя драться, чувствовать опасность, прятаться. Пока ты человек — ты уязвима.