Я стоял на крыше высокой пагоды, наблюдая, как в южном квартале, там, где располагались императорские продовольственные склады, поднимается столб оранжевого пламени.

— Красиво горит, — прокомментировал Железный Кулак, стоявший рядом. Он протирал свой тесак тряпкой, хотя тот и так блестел. — Рис, масло, шелк... Министр Налогов завтра повесится, когда подсчитает убытки.

— Министр Налогов завтра будет слишком занят, пытаясь сохранить свою голову, чтобы думать о рисе, — ответил я, не отрывая взгляда от огня.

Внизу, на улицах, царил хаос. Ударили колокола пожарных вышек. Отряды городской стражи, звеня ведрами и доспехами, бежали к пожару. Гвардейцы из внутреннего города тоже стягивались туда, оставляя периметр Дворца ослабленным.

Именно этого мы и добивались.

— Тень и Ли Юй вошли в зону? — спросил я.

— Да, Мастер, — из тени возник гонец. — Они прошли через коллектор «Водных ворот», и сейчас они в «Мертвом секторе» сада.

— Хорошо, — я сжал рукоять меча. — Наша задача — держать внимание стражи на себе.

Я надел маску — черную, гладкую, без рисунка, лишь с прорезями для глаз, маску Главы «Черного Лотоса».

— Слушайте меня, братья! — мой голос разнесся над крышами, где затаились мои бойцы. — Сегодня мы не воры и не убийцы, сегодня мы — гнев народа. Мы — карающий меч клана Яо. Никакой пощады тем, кто носит герб Министра Налогов или его прихвостней, но не трогать мирных жителей.

— Да, Мастер! — отозвалась тьма сотней голосов.

— Вперед!

Я спрыгнул с крыши, и ветер засвистел в ушах.

Мы обрушились на патруль, который пытался перекрыть улицу, ведущую к поместью Гу. Да, Гу Синь Вэнь лежал парализованный во дворце, но его дом, его семья, его богатства были здесь, и я собирался оставить от них только дымящиеся руины.

Первый удар ногой в грудь солдата выбил из него дух, второй — рукоятью меча в висок — отправил в глубокий сон. Я двигался в потоке боя, как рыба в воде, каждый удар, каждый уворот был выверен годами тренировок, которые я скрывал за маской пьяного бездельника.

Люди Гу выбегали из ворот поместья, сонные, полуодетые.

— Защищайте дом! — кричал их управляющий.

— Жечь! — приказал я.

В окна полетели факелы и горшки с маслом. Пламя занялось мгновенно, пожирая дорогие занавески и лакированную мебель.

Я ворвался во двор, передо мной вырос здоровяк с алебардой.

— Ты сдохнешь, тварь! — заорал он, замахиваясь.

Я просто шагнул ему навстречу, скользнув под древко алебарды. Мой клинок коротко сверкнул, подрезая сухожилия у него под коленом, он упал. Я не стал его добивать, пусть живет калекой и рассказывает, что значит встать на пути Яо Чэня.

Вокруг меня кипела битва. Звон стали, крики, треск огня.

Но часть моего сознания была далеко отсюда, в тихом, темном саду, где моя жена шла навстречу неизвестности.

«Будь осторожна, Ли Юй, — молился я про себя, парируя очередной удар. — Если с твоей головы упадет хоть волос... я не остановлюсь на одном квартале. Я сожгу весь этот проклятый город».

От лица Ли Юй

Тишина Императорского сада была обманчивой. Она давила на уши сильнее, чем грохот барабанов.

Мы с Тенью скользили между кустами бамбука, стараясь не наступать на сухие ветки. Тень оправдывал свое имя — он двигался абсолютно бесшумно, словно у него не было веса. Я старалась подражать ему, но мое раненое плечо ныло, а сердце колотилось так громко, что мне казалось, его слышно за версту.

Где-то вдалеке, за стенами дворца, небо окрасилось в багровый цвет. Слышались далекие крики и звон набата. Яо Чэнь начал свое наступление.

— Стража ушла к южным воротам, — шепнул Тень, остановившись и прислушавшись к земле. — У нас есть десять минут, пока не пройдет смена караула внутренней охраны.

Мы вышли к Скале Плачущего Дракона.

В лунном свете она выглядела как огромный череп, плачущий серебряными слезами.

— Это здесь, — я указала на выступ в форме глаза. — Мне нужно нажать сюда.

Мужчина кивнул и встал на страже, внимательно осматривая окрестности, в его руках блеснули два коротких кинжала.

Я подошла к камню, мои пальцы дрожали. А что, если Гу Синь Вэнь успел заблокировать вход? Что, если там засада?

«Нет времени на сомнения», — приказала я себе.

Я нажала на выступ, снова вливая крупицы ци.

Камень отозвался знакомым скрежетом, валун отъехал в сторону.

Из прохода пахло затхлостью и холодом.

— Я иду первым, — Тень мягко отстранил меня. — Там могут быть ловушки. Держитесь за мой пояс, госпожа.

Мы вошли в темноту. Валун за нами закрылся, отрезая путь к отступлению и звуки внешнего мира.

Мужчина зажег маленький, закрытый фонарь, дающий лишь узкий луч света.

Мы спускались по винтовой лестнице, выдолбленной прямо в породе, ступени были стерты ногами поколений шпионов и палачей.

Лестница закончилась в длинном коридоре, стены которого были обшиты железом.

— "Коридор Шепота", — прошептал Тень. — Я слышал легенды об этом месте, говорят, здесь нельзя говорить громко, иначе сработают механизмы.

Мы шли в полной тишине. Вдоль стен стояли статуи стражей с арбалетами в руках. Я видела тонкие нити паутины, натянутые поперек прохода.

— Не касайтесь их, — предупредил мой спутник, переступая через одну из нитей. — Это не паутина, это шелк стальных шелкопрядов, если порвать нить — статуи начнут стрелять.

Я двигалась след в след за ним, задерживая дыхание. Это было похоже на танец на лезвии ножа, одно неверное движение — и мы превратимся в подушечки для иголок.

Наконец, коридор вывел нас в огромный круглый зал.

Это была Тайная Канцелярия.

Полки, уходящие в темноту под самый потолок, были забиты свитками. Тысячи, десятки тысяч свитков. Секреты Империи за триста лет, доносы, отчеты шпионов, компромат на министров, тайные указы.

В центре зала стоял огромный стол из черного дерева, заваленный бумагами.

— И как мы найдем здесь один документ? — я растерянно огляделась. — Здесь работы на годы.

— Ваш отец оставил подсказку, — напомнил мужчина. — "Тень под троном", в этом зале должен быть символический трон, или изображение.

Я начала осматривать зал, никакого трона, только полки и стол.

Я подошла к столу, на нем стояла массивная бронзовая чернильница в виде дракона, обвивающего гору.

— Дракон — символ Императора, — пробормотала я. — Гора — трон.

Я посветила фонарем под стол.

Там, на полу, прямо под "драконом", была инкрустация. Золотой диск солнца.

"Где свет не падает на золото".

В этом зале не было окон, свет мог падать только от лампы.

Я поставила фонарь на стол так, чтобы тень от головы дракона упала точно на золотой диск на полу.

Раздался щелчок.

Одна из напольных плит сдвинулась, открывая небольшой тайник, прямо под ногами главного архивариуса.

Сердце пропустило удар.

Я опустилась на колени и достала из тайника деревянную шкатулку. Она была простой, без украшений, запечатанная сургучом с личной печатью... Императора?

Нет, это была не печать Императора. Это была печать с изображением Феникса, кусающего свой хвост.

— Печать Дома Ледяного Ветра, — прошептал Тень, заглядывая мне через плечо. — Это личный знак покойной Императрицы-матери, но она умерла двадцать лет назад.

Я сломала печать и открыла шкатулку.

Внутри лежал свиток, не бумага, а тончайшая кожа.

Я развернула его.

Текст был написан кровью, или очень старыми красными чернилами.

Я начала читать, и с каждой строкой мои глаза расширялись от ужаса.

Это был не просто список предателей, это был договор.

Договор о передаче Северных Провинций Хану варваров в обмен на военную поддержку в... свержении нынешнего Императора.

И внизу стояли подписи.

Первая подпись была мне знакома: Ван Чжи (дядя мачехи). Вторая: Гу Синь Вэнь (как секретарь). Третья: Министр Налогов.