— Ты хороший, Лёш. Не меняйся, — сказала она и после просто пулей выбежала, оставив после себя лёгкий хаос из скомканного полотенца и ощущение какой-то детской, солнечной радости, которая не вязалась ни с чем в этом месте.

Ну… дела-а-а… — прогудело в голове. — Этот день… день, когда я поцеловал самую нормальную девушку в этом сумасшедшем доме. Интересно, это шаг вперёд или я только что придумал себе новых проблем?

Я остался один в кабинете, со скомканным полотенцем на столе и ощущением, что только что случилось что-то важное, но я пока не до конца понял — хорошее или опасное.

И куда меня несёт? — мысль пришла вялая, уставшая. — Я что, собираюсь с каждой тут замутить? — я опустил голову и усмехнулся. — Хотя нет, с этой ледяной королевой точно не выйдет, во всяком случае после сегодняшнего. Она меня, наверное, вообще готова четвертовать. А если и нет — то взглядом испепелять будет до конца моей подработки.

Блин, Алиса… может, надо было сначала ей сказать лично? А уж потом, если б не послушала… — я поморщился. — Эх, поздно уже. Сделал как сделал, чёрт возьми. Может, и правильно поступил, будет ей уроком, чтобы в будущем так не ошибалась. Но… но всё равно как-то дерьмово на душе.

Я поднял голову и посмотрел в одинокое окно. За стеклом было темно, только фонарь на стоянке тускло освещал пустой асфальт и чьи-то машины.

Отражение в стекле — уставшее, с кругами под глазами — казалось, смотрело на меня с немым вопросом: «И как тебе такая жизнь, Орлов? Разве ты не об этом просил?»

Какого мне? — задумался я и отвернулся. — Татьяна… Ну с Татьяной-то всё кристально понятно, у нас как бы служебный роман, дело явно временное. Ирина… эта особа вообще с катушек слетела и, видимо, живет только эмоциями, типа захотела — получила. И хорошо хоть она убежала после сеанса, а то я б уже коньки отбросил от переутомления.

— Фу-у-ух… — я глубоко и устало вздохнул.

Света… Со Светой тоже что-то намечается. Или мне всё-таки кажется? Блин, если это не мои влажные фантазии или же… кошмары, то меня ждёт ещё один сексуальный фронт. — я провёл рукой по лицу. — А теперь ещё и Софья… — я закрыл глаза и мысленно повторил её имя. — Софья. Самая нормальная девушка из всех. Самая тёплая и чистая. И я её… поцеловал. И ей… понравилось. Кажется…

— Млять… — вырвалось сквозь губы. — А если она действительно узнает про остальных? Что же будет…

Глаза мои широко распахнулись, рот приоткрылся. Я замер, глядя в одну точку на стене.

Че-е-е-ерт… твою мать, Орлов, ты хоть думаешь, что творишь? — подумал я и в конце ударил себя по лицу — не сильно, но звонко, чтоб проняло. Ладонь обожгла щёку, но мозг, кажется, даже не заметил. — Блин… ладно, ты сам испортился за несколько дней, успев стать и секс-игрушкой, и, вероятно, даже обольстителем. Но милашку Софью-то зачем портить?

Мысли начали путаться. Они натыкались друг на друга и разбегались, как тараканы от света.

— Фух! Ладно! — буркнул я. — Хватит самокопания. Работать надо.

Я отлепился от шкафчика и начал прибираться по-настоящему. Собрал использованные полотенца для дальнейшей стирки, протёр стол антисептиком, расставил флаконы с маслами по местам. Лаванда, цитрус, ваниль… ваниль — отдельно, для Ирининых сладких фантазий. Ментол — для передышки в особо тяжёлых случаях.

И тут меня осенило.

Блин! Татьяна же с Алисой в больницу уехали. А когда они вернутся? Мне же надо их, как я понял, принять? Или нет? Татьяна сказала: «Если что, позвоню». Но пока не позвонила… а вдруг забудет или уже забыла? А потом если приедут, а меня нет? А если не приедут, а я буду сидеть и ждать как дурак? Мля…

Я посмотрел на часы. Поздний вечер подкрадывался, и за окном всё темнело.

Домой хочется. Дико. В душ, в кровать, в конспекты. В нормальную жизнь, где нет ледяных королев, рыжих бестий и начальниц с глазами удава.

Я закончил уборку, оглядел кабинет — чисто, стерильно, хоть операционную открывай. Только воспоминания в моей извращенной черепушке выдавали, что тут творилось сегодня. Но это была не проблема — всё выветрится.

Так надо бы узнать точно: ждать мне или можно валить, — заключил я и вышел в коридор и направился к посту Светы.

Она была на месте — сидела за своим столом, что-то печатала в компьютере, рядом дымилась кружка с чаем. Увидев меня, она улыбнулась — той самой тёплой, двусмысленной улыбкой, от которой у меня внутри что-то ёкало.

— О, Лёша! — она отвлеклась от монитора. — Ты ещё здесь? А я думала, ты уже убежал.

— Собрался уже, — я подошёл ближе к её столу и добавил. — Но сначала надо с одним вопросом разобраться.

— С каким это? — она с интересом приподняла бровь.

— Да вот, Татьяна Викторовна с Алисой в больницу уехали. А я не знаю, ждать их или можно идти. Не хотелось бы впустую сидеть.

Света понимающе кивнула, но в глазах зажглось любопытство.

— Да я видела, как они уезжали. Алиса была сама не своя. А что случилось-то, ты знаешь? — она понизила голос и добавила. — У неё травма что-ли?

Я замялся и подумал: «С одной стороны — не моё дело трепаться, с другой — Света своя, и она всё равно узнает рано или поздно».

— Ну-у… скорее подозрение на травму, — ответил я уклончиво. — Но, надеюсь, обойдётся. И пусть уж лучше Татьяна Викторовна сама всё расскажет подробнее, если сочтёт нужным.

Света понимающе кивнула — не обиженно, а скорее с уважением к моей скрытности.

— А, ну да, правильно, — она улыбнулась. — Мне не стоит совать нос куда не просят. — она взглянула на меня и хитро сощурилась. — Так и… ты хочешь, чтобы я позвонила Татьяне? — я кивнул. — Ладно, сейчас позвоню. — она сняла трубку, набрала номер, подождала. — Татьяна Викторовна? Это Света. Алексей тут спрашивает, ждать ли ему?.. Да-да, поняла. Хорошо. До свидания. — она положила трубку и посмотрела на меня с обнадеживающей улыбкой на лице. — Сказала, что не нужно. Они уже по домам разъехались, так что ты свободен.

Я выдохнул с таким облегчением, что, кажется, даже плечи опустились на сантиметр.

— Света, ты чудо. Спасибо.

— Обращайся, — она улыбнулась, и в её глазах мелькнуло что-то… но я решил не додумывать. На сегодня лимит нервотрёпки и так уже был несколько раз исчерпан.

— Ну, я тогда побрёл домой. До завтра.

— Пока, Лёша. Отдыхай.

Я кивнул и уже через минуту вышел на улицу с улыбкой на лице. Ночной воздух — прохладный, свежий — ударил в лицо, смывая остатки духоты кабинета.

Автобусная остановка была пуста. Я сел на холодную скамейку и уставился в темноту, ожидая свой автобус.

День, конечно… — мысли потекли лениво, как расплавленный пластик. — Если б мне кто-то сказал утром, что я буду лицезреть грудь ледяной принцессы, трахать пальцами рыжую бестию, получать минет от начальницы и целовать самую милую девушку в этой богадельне — я б послал этого клоуна куда подальше и еще бы смачного подсрачника влепил вдогонку. А теперь вот… живём так… и именно так.

Вскоре подъехал мой автобус, я запрыгнул, приложил карточку, плюхнулся на свободное место у окна, и за стеклом поплыли огни ночного города.

Блин… а ведь Софья… она же реально хорошая, и я её подставляю под удар самим фактом своего существования в этой системе. Если она узнает про остальных — всё. Раздавит её это. Она же не такая. Она из совершенно другого теста…

Я тряхнул головой, отгоняя мысли. Но было бесполезно. Они липли, как репьи.

Хотя… с чего я вообще решил, что такие новости и другим придутся по вкусу или же они отреагируют типа… нейтрально? Наверняка и Ирине, и, само собой, Татьяне будет неприятно узнать о других девушках, с которыми я познакомил свой член… Чёрт, даже Света, наверное, в одно мгновение отзовёт своё приглашение на дом для массажа…