У меня перехватило дыхание. Это был вызов.

— Я беру, — сказала я твердо.

Пока мои покупки заворачивали в бумагу, я чувствовала себя не покупательницей, а заговорщицей, готовящей самый прекрасный переворот в своей жизни.

Следующей остановкой стал магазин готового платья. Мне нужен праздничный наряд, в котором я встречу Новый год и Дармира.

— Я хочу что-то… волшебное, — призналась я продавщице, маленькой энергичной женщине с заколкой в виде цветка в волосах.

Она осмотрела меня.

— Цвет? — спросила коротко.

— Темно-зеленый.

Вскоре я стояла перед трехстворчатым зеркалом и не могла отвести взгляд. Платье было совершенным. Неглубокий вырез, лиф, облегающий точно перчатка, и пышная юбка изумрудного оттенка. По подолу и на рукавах вилась серебряная вышивка. Причудливые узоры из листьев и ягод. Что еще надо владелице оранжереи.

— Я беру, — прошептала я.

Возвращалась я домой в карете, окруженная коробками и свертками, как самая счастливая женщина на свете. Страхи отступили, их вытеснило сладкое, томное предвкушение. Завтра. Всего лишь один день. И потом целая вечность, которая начнется с этого вечера.

Дома я разложила свои сокровища на кровати. Провела ладонью по ткани той, черной сорочки, и по телу пробежал дрожь восторга.

Не в силах усидеть на месте, я подошла к окну, чтобы задернуть шторы. Улица была пустынна, залита светом зимнего вечера. Снег искрился под фонарями.

И тут я увидела неподвижную тень. Сердце провалилось в ледяную бездну, мне захотелось бежать и кричать.

Генри! Это он! Он пришел!

Я отпрянула и вжалась в стену у окна. Преодолев страх, снова посмотрела в окно искоса. Тень не шевелилась. Мне мерещилось, что я даже видела контур плеч, наклон головы, очертания меховой куртки.

Прошла минута, показавшаяся вечностью. И вдруг порыв ветра качнул что-то на верхушке высокого сугроба. С него свешивалась старая, обмороженная ветка. Снег с нее осыпался, изменив очертания. И «тень» вдруг распалась, превратилась в безобидное, бесформенное пятно.

Я выдохнула, облегчение накатило волной.

— Просто тень, — вслух сказала я, голос прозвучал хрипло. — Просто снег и ветка. Глупая, мнительная женщина.

Я резко задернула шторы, наглухо отсекая себя от внешнего мира, полного призраков и страхов. Пусть там, снаружи, бродит что угодно. Здесь, внутри, меня ждал шелк, бархат и тихая, непоколебимая уверенность в том, что завтрашняя ночь будет принадлежать только нам. И ничто не сможет этому помешать.

Первым делом я проверила, все ли готово к вечеру. «Завтра утром поставлю тесто», — подумала я, доставая глиняную миску. Я уже знала, какой пирог испеку. Я хотела, чтобы наш праздник начинался с запаха свежей выпечки, с общего стола, с тихого утра вдвоем.

Приготовив все необходимое, я вернулась в гостиную. Села в кресло, укуталась в плед и закрыла глаза. И сразу же перед внутренним взором возник Дармир.

Я представила, как завтра откроется дверь, и он войдет, сбивая снежинки с плеч. Как снимет пальто, а потом мы встретим Новый год вместе.

Встала, проверила, крепко ли заперта входная дверь, погасила лампу и легла в постель.

— Завтра, — прошептала я в темноту, поворачиваясь на бок и прижимая к груди край одеяла, как будто это была его рука.

И засыпая, я уже чувствовала на своих губах призрачное, сладкое тепло будущего поцелуя.

Утро было прекрасным. Я потянулась в кровати, наслаждаясь теплом, и улыбнулась миру.

Сегодня!

Все завершится и начнется именно сегодня. Так что нужно вставать и начинать готовиться. Вечер пока кажется далеким, но в заботах он придет очень быстро.

Откинув одеяло, я вскочила с кровати, и почти танцуя стала собираться. Умылась, оделась, позавтракала, сделала кое-какие заготовки на вечер. Например, тесто, которому нужно время подойти. Казалось, ничто не в силах испортить мне сегодня настроение. Потому что предвкушение затмило все. Даже сбежавшего Генри.

Вспомнив о муже, я чуть поморщилась, но тут же улыбнулась образу сильного дракона, сменившему бывшего в мыслях.

К счастью, совсем голову я не потеряла и перед тем, как выйти из квартиры, выглянула в окно, изучила улицу. Нет, никаких пугающих теней. Веселые люди шли по своим делам, уборщик деловито шуршал лопатой, ровняя и без того идеальные сугробы у обочин.

В оранжерею я впорхнула птичкой. Поздоровалась с рабочими, уже деловито сновавшими между стеллажами, и с искренним удовольствием сама принялась за работу. Воздух тут же едва не заискрился от разлившейся вокруг магии. Зелень словно радовалась моему присутствию, шевелила изумрудными листочками, распространяя вокруг просто одуряющий аромат. Когда же ее коснулись ножницы, запах и вовсе стал невыносим. Так и хотелось что-нибудь съесть.

Мы закончили со срезкой, расфасовали ее по ящикам, и мне пришлось отступить. Покидать оранжерею пока было нельзя, так что развозкой занялись работники. Я же вернулась к растениям. То есть, к овощам для Дармира. Их доверять я никому не собиралась и осторожно принялась снимать своими руками.

— Леди Белинда, — позвали меня, отвлекая от приятного занятия, наполненного мыслями про одного прекрасного мэра.

Я вышла из-за стеллажей и улыбнулась. Алита с восторгом в глазах разглядывала значительно подросшие после ее появления здесь растения. Она смешно принюхивалась, глубоко вдыхая теплый воздух, смешанный с ароматом трав.

— Здравствуйте, леди Белинда, — улыбнулась она и пошла ко мне, словно к давней подруге.

Я на улыбку ответила. Не было у меня больше причин подозревать эту леди.

— Добрый день, леди Алита. Ваши цветы ждут вас. Желаете посмотреть?

Алита с восторгом кивнула. Ее пышное платье не слишком подходило для экскурсий по оранжерее, но леди это не смутило. Она шла за мной как привязанная, иногда тихо ахая, когда замечала бутоны на других цветах.

— К сожалению, вырастить к Новому году сразу все не было даже шанса, но ваш заказ я исполнила, — мягко говорила я, проводя ее мимо своих растений. Пусть полюбуется, посмотрит, что-то приметит на будущее. Да, они еще не распустились, но разве можно не влюбиться в эту разнообразную зелень? В сизую, глянцевую листву гвоздик или темный бархат фиалок?

Стеллажи с розами заставили леди стать. Да, большая часть все еще радовала лишь крохотными бутончиками. Но на одной из полок уже белели крупные цветы в полуроспуске. То, что нужно для леди в такой праздник.

— Они прекрасны, — шепнула Алита, касаясь пальцами бархатистых лепестков.

Я только улыбнулась и вытянула из-за пояса ножницы. Мягко коснулась колючего стволика, пробежала по нему пальцами, словно извиняясь, и быстро отрезала длинную веточку, увенчанную крупным цветком. Так же споро срезала шипы. Еще несколько срезов и в моих руках оказался большой, прекрасный букет.

— Сейчас мы их упакуем…

— Не надо… они же прекрасны.

— Тогда небольшое воздействие, — понимающе улыбнулась я и сосредоточилась на цветах. Несколько минут и можно отдавать. Я вручила букет Алите, проговорив: — Вот, теперь им некоторое время не страшен мороз. Это позволит вам довезти их до дома непострадавшими.

— Спасибо, леди Белинда.

Алита зарылась носом в цветы, так и пошла, словно околдованная. Опомнившись, оплату положила на столик у выхода.

— Простите, я очарована, — призналась она, и, помахав рукой, попрощалась и вышла.

Я же вернулась к овощам. Еще немного, и все они были собраны. Все мои дела в оранжерее на сегодня были закончены. Остались только очень важные, но уже домашние.

Ящик мне помогли донести до кареты работники. Они же договорились с кучером, что тот доставит их до квартиры. Так что я только чуть помогла им магией пережить переезд, а дальше лишь командовала.

Когда дверь за кучером была закрыта, я словно девчонка заметалась по дому, переодеваясь и намечая фронт работ. А дальше я просто пропала. Готовка перемежалась уборкой и украшением квартиры. Не знаю, как принято украшать дома на севере, я делала все на свой вкус, но, надеюсь, Дармиру понравится.