— Тебе пора, — наконец обрела тревога подтверждение в словах Дармира.

Я тоже понимала, что нужно ехать домой. Зимняя ночь холодная и темная. Не стоит задерживаться. Но мне так не хотелось, чтобы этот день заканчивался!

Дракон смотрел печально, поджав губы, будто хотел сказать еще что-то, но не решался. Его рука осторожно коснулась моих пальцев. Сжала и почти требовательно потянула. Дармир легко сел и склонился, поцеловалруку. Прикрыл глаза и произнес глухо:

— Я так хочу сказать, что думаю.

— Тогда почему не скажете?

— Потому что еще рано. Ты испугаешься, — поднял он на меня взгляд. Синие глаза смотрели уверенно и в то же время мягко, но губы изогнулись в горькой улыбке.

— Я не понимаю, — шепнула я, потому что говорить громко не выходило. От его слов перехватило дыхание. Испугаюсь. Чего? Что он хочет сказать? Где-то глубоко внутри я знала — что, но даже боялась подумать об этом.

— Ты обещала мне покататься! — не пожелал развивать тему Дармир.

— Когда вы полностью выздоровеете!

— Завтра я буду здоров и полон сил, — заверил он со смешком. — А потому требую исполнения обещания! Вечером в семь я заеду за тобой.

Я открывала и закрывала рот, не в силах выразить охватившее возмущение. Ну надо же, упрямец какой, сказали ведь отдохнуть и набраться сил. Нет, все равно рвется в бой. Будто работа без него убежит куда.

— Так, знаете что, мэр, — все же прорвалось возмущение наружу. — Если вы будете так относиться к своему здоровью, никуда я с вами не пойду! Давайте-ка вы для начала полностью восстановитесь, а тогда уж мы с вами и покатаемся и шоколада еще выпьем!

Дармир с видом обиженного в лучших чувствах развел руками.

— То есть, для работы я здоров, а для прогулки нет?

— И на работу вам еще рано! — заявила я, вырвав ладонь из его хватки. Скрестила руки на груди и вдруг сдулась, и уже самостоятельно ухватила его за обе ладони. Улыбнулась как могла нежно, попросив: — Прошу вас, давайте вы хотя бы еще один день проведете в постели, а после я обещаю, мы с вами покатаемся.

Дармир смотрел… странно. Сначала мне казалось, что он лишь посмеется надо мной и моими страхами. Потом, что грустно вздохнет и объяснит, что его должность не предполагает расслабления даже при болезни. Но вместо всего этого Дармир тепло улыбнулся, опять коснулся моих рук поцелуем и пообещал:

— Полежу. Завтра. А послезавтра вы посвятите мне весь день. Думаю, я заслужил нормальный выходной.

Я согласилась и тут же встала. Слишком интимной становилась наша близость, и мне все сильнее хотелось задержаться еще хоть ненадолго.

Дармир, сам и напомнивший мне, что пора уходить, выпрямился в кровати, следя за мной все тем же, странным тревожащим взглядом. Казалось, он все же вот-вот осмелится и произнесет то, что должно было меня напугать. Я не дала ему шанса, быстренько распрощалась и почти выбежала из комнаты.

— Спасибо, леди, — помогая мне надеть шубу, произнес слуга. Я невольно повернулась, желая уточнить, к чему благодарности. Слуга пояснил: — Он бы не выдержал день в кровати, если бы не вы.

Я улыбнулась. Не выдержал бы.

— Он и завтра мне обещал не вставать. Проследите, пожалуйста, а если вдруг вздумает, напомните о данном мне слове!

Слуга лукаво усмехнулся и поклонился, открыв мне дверь.

Я сидела в кресле, закутавшись в плед, и писала. Много, долго и все по делу. Раз Дармир закрыл мне вход на мою же стройку, стоит заняться другими вопросами. Например, заказать с юга питательный грунт и удобрения — они смогут полежать немного, если вдруг строительство затянется.

Я запечатала конверт к своему давнему знакомому, занимавшемуся как раз этим.

Дальше нужно было снять склад и наполнить его углем. Не хранить ведь весь запас у теплиц.

Этим я собиралась заняться завтра лично, после того как отправлю письма, а потом сходить в мэрию… в гости к Надин. Может, ей уже удалось узнать хоть что-то о леди Алите?

Я прищурилась и сменила блокнот на очередной лист бумаги. Помимо всего прочего, мне нужны и мелкие расходники: горшки, таблички, всякие совочки и лейки. Они тоже нетребовательные в хранении. Но складское помещение нужно и на это. Я опять схватилась за блокнот.

Интересно, а сам Дармир как отнесется к моему желанию потеснить леди Алиту?

Как бы я ни храбрилась. Как бы ни обещала себе бороться за счастье, прошлое не отпускало. Предательство одного ставило под сомнение все слова и действия другого.

Что, если Дармир вовсе не желает связываться со мной надолго? Что, если я лишь временное увлечение, способное развеять скуку будней? Что, если Алита не единственная?

Руки задрожали, ослабли, и бумага вместе с пером выпала из пальцев. Я прикрыла глаза, отгоняя вскормленные собой же страхи. Но они не желали уходить, чувствовали слабину и заполняли душу, сжимая сердце.

Что, если все произошедшее — ложь?..

Я сидела в небольшом кафе, отогревая озябшие пальцы о чашку с горячим шоколадом. День выдался хлопотным. Удалось снять небольшой, но сухой склад на окраине города и отправить заказ на уголь. Конверт с просьбой о грунте и удобрениях уже лежал в почтовом ящике. Кошелек ощутимо похудел, и в душе клокотала тревога, а вдруг стройка и правда затянется? Деньги ведь не бесконечные.

Нужно бы подумать, как быстрее их отбить. Я рассеянно смотрела в окно, где мороз нарисовал причудливые серебристые леса и звезды. Людям, рассуждала я, нужны не только цветы для души. Им нужно что-то более насущное, привычное, то, без чего не обходится ни одна кухня. Мой взгляд скользил по причудливым узорам, и среди переплетений линий я явственно увидела очертания пушистой веточки укропа, будто кто-то призрачной рукой вывел ее на стекле.

То, что нужно. Декоративные культуры пусть растут и радуют, но начать нужно уже сейчас, с малого, но важного. Лук, укроп, петрушка. Они неприхотливы, растут быстро, им не нужно столько тепла, как капризным розам. А спрос на них будет всегда, в любую погоду и при любой власти. Свежая зелень зимой — это роскошь, которая улучшит вкус любого, даже самого скромного блюда. Это не просто товар, а необходимость.

Я достала блокнот и стала строчить, едва успевая за мыслями. Да, основное пространство теплиц пойдет под цветы, они все же принесут большую прибыль, но несколько стеллажей нужно выделить под зелень. Лук на перо идеально, он теневынослив. Укроп и петрушка. Для них, возможно, понадобятся дополнительные лампы, но расходы окупятся. Это будет стабильный, пусть и не такой большой, но постоянный доход, пока основные посадки наберут силу.

Мысль горела, как уголек, отгоняя вчерашние сомнения. Это было конкретное, ясное дело. Практичное. Оно не оставляло места вопросам «что если?». Здесь все было просто. Посади, вырасти, продай.

Я допила шоколад, уже не чувствуя зимнего холода. В голове крутились цифры, планы посадок, подсчеты. Нужно будет закупить семян, но в Снейле их не найти. Надо отправить еще одно письмо.

Я торопливо направилась на почту. Мысль о семенах не давала покоя. Нужно было срочно связаться со своим поставщиком на юге. Вместо письма я решила отправить телеграмму.

Коротко, ясно и по делу. «Срочно нужны семена лука, укропа и петрушки. Хорошая всхожесть». Отправив депешу, я почувствовала облегчение. Дело сдвинулось с мертвой точки.

На улице уже смеркалось. Я шла домой и невольно замедлила шаг у развилки. Одна дорога вела к моему дому, другая в ту часть города, где жил Дармира. Сердце учащенно забилось. Навестить его? Он ведь обещал провести день в постели. Но я вспомнила его странный, тревожащий взгляд, ту невысказанную фразу, которая должна была меня испугать. Нет. Если я сейчас приду, это будет выглядеть как слабость, как то самое ожидание тех слов, которых я так боюсь. Он попросил времени, и мне нужно дать ему это время. А себе возможность трезво все обдумать, не растворяясь в его улыбке. «Не стоит», — твердо сказала я себе вслух и свернула на свою улицу.