— Пойдём на кухню.

Когда дверь за мной закрылась, Света, шаркая, направилась в заданном направлении.

Кухня выглядела просто ужасно. Давно не мытая мебель, заляпанная пережаренными отходами. Газовая плита, почерневшая от копоти, мойка, доверху наполненная посудой. Запах стоял соответствующий.

Боже, хоть бы здесь не было тараканов, — поёжилась я.

Меня усадили на старый табурет. Вскоре перед носом появилась чашка с горячим чаем, а вазочка со старым, поломанным печеньем была придвинута вплотную. Есть его однозначно не хотелось, поэтому я лишь пригубила чай, чувствуя отвращение.

Что-то в последнее время Светка совсем опустилась. Раньше хоть как-то убирала в этой квартире, а сейчас — будто свинарник, честное слово.

Может быть, я ошиблась? Может быть, не надо было к ней приходить? Может стоило бы проглотить гордость и не уходить от Виталика, а пожить две недели у него?

Я вспомнила светлый дом, чистоту, вспомнила чистый взгляд друга, его силу, уверенность — и мотнула головой. Лучше уж со Светой в этом бардаке.

Я не хочу жить в постоянном ощущении собственной ничтожности.

Пришлось Свете изложить всё, что со мной происходило накануне. О встрече с Виталиком я умолчала. Зачем ей это? Она слушала и качала головой, а потом разразилась громкими ругательствами в адрес Валерки. Если не повторять нецензурную брань, то выглядело это примерно так:

— Ах он! Ах такой козёл! Да чтоб ему! Да по полной программе!

Я даже усмехнулась. Очень красноречиво. И главное — в точку.

— Спасибо, Свет, повеселила, — бросила я, делая ещё один глоток чая, уже без прежнего отвращения.

Несмотря ни на что, подруга умела располагать к себе своим бесхитростным, весёлым нравом.

— Всегда пожалуйста, — она расплылась в улыбке. — Так что, будешь начинать заново?

Такая формулировка неожиданно мне понравилась. Я вдруг ободрилась и посмотрела на неё твёрдым взглядом.

— Да, именно так, Свет. Я начну всё заново. С самого начала. И думаю, у меня получится. Ведь бремя по имени Валера больше не будет висеть на шее.

— Супер! — рассмеялась Светлана. — Мне нравится твой настрой. Я с тобой согласна. Мы, бабы, без этих мужиков весь мир перевернуть можем, если захотим. Так что давай, дерзай, дщерь!

Я приподняла брови, а она отмахнулась, не обращая внимания.

— Иногда почитываю старославянский словарь.

Вот так, болтая о том о сём, я почувствовала, что укрепляюсь в собственном решении. И уже грязь вокруг не казалась такой уж проблемой. Всё поправимо.

— Слушай, — вдруг спохватилась Света, — я вспомнила, мне же через полчаса надо быть в центре. Ладно, ты располагайся. В комнате будешь спать на диване. А я побежала, вернусь к обеду.

— Ну давай.

Света умчалась, и буквально через пять минут хлопнула входная дверь.

Я осталась сидеть на кухне со странным ощущением, что действительно начинается новая жизнь. Непростая, однозначно. Но я хочу действовать.

И начну, пожалуй, с уборки этого свинарника…

Глава 9 Решимость…

Уборка в чужой квартире произвела на меня глубокое положительное воздействие. Наверное, это что-то из психологии: когда очищаешь пространство от грязи, легче становится даже на душе.

Да, мне пришлось пережить несколько неприятных минут. Возиться с застарелыми пятнами, жиром, копотью и прочим было не очень-то интересно. Однако результат того стоил. Я настолько погрузилась в работу, что провела так несколько часов.

И уже в обед, а потом и к трём часам дня, могла наслаждаться результатом. Кухня засияла. Комнату и коридор удалось отмыть ещё часа за два. В ванной я лишь протёрла полки и вымыла пол, больше ничего не делала. Но в квартире стало легче дышать.

Уставшая, я заглянула в холодильник, но почти ничего не обнаружила. Так, нужно сесть и составить план дальнейших действий.

Сразу же навалилась некая апатия. В последние годы это состояние было довольно частым явлением. Я уставала. Уставала морально от всего, что происходило вокруг. А ведь нужно срочно заниматься неотложными вопросами. Вернуть себе дом в деревне, если это, конечно, возможно. Забрать из квартиры Валерки остальные вещи. Думать о работе, в конце концов.

Но апатичное настроение вдруг захватило меня с огромной силой. Даже чистота в квартире уже не радовала.

Я кое-как перекусила ужасным печеньем из вазочки и почувствовала боль в желудке. Нет, здесь срочно нужны нормальные продукты. С трудом оделась и собралась выйти, как вдруг дверь открылась, и на пороге появилась взмыленная и уставшая Светка.

Когда она разглядела отдраенные стены коридора и чистый пол, то замерла и ошеломлённо начала крутить головой.

— Что тут произошло? — пробормотала она.

Побежала в комнату и, рассматривая ее, вздыхала так выразительно, что я не удержалась от улыбки. Похоже, она была впечатлена.

— Слушай, Наташ, да у тебя золотые руки. Как? Как ты смогла? И когда успела? Это просто потрясающе!

Глаза её блестели. Мне даже показалось, что Светка ожила.

Потом мы пошли пить чай. Оказывается, она притащила с собой колбасы и хлеба. Сделали бутерброды, посмеялись. Я почувствовала, как меня отпускает. Заявила, что надо затаривать полхолодильника нормальной едой. А она уточнила, что я собираюсь дальше делать.

Я выдохнула и сказала ей правду. Трудно решиться вернуться в квартиру. Не хочу видеть Валерку, но знаю, что должна. Нужно идти к нотариусу, нужно идти к адвокату. Честно говоря, чувствую такое изнеможение.

— Да понятно, — отмахнулась подруга. — Многие после развода вообще в больницу попадают. Ты ещё хорошо держишься. Всё-таки это стресс. Предательство очень тяжело пережить. Даже если чувства между людьми потухли.

Поболтали ещё о том о сём, как вдруг раздался настойчивый стук в дверь. Светка встрепенулась, нахмурилась, а я почувствовала неприятное ощущение между лопатками, будто надвигается опасность.

Подруга пошла открывать. Я прислушивалась к тому, что происходит в коридоре, и вдруг услышала мужской голос, следом за которым послышался женский вскрик. Я вскочила, опрокинув стул, и рванула в коридор.

На пороге стоял незнакомый мужчина. Здоровенный, небритый и, по-моему, нетрезвый. Он что-то доказывал Светке и махал руками. А она стояла чуть в стороне, с ужасом глядя на него и держась рукой за разбитую губу.

Я вытаращила глаза, с трудом воспринимая происходящее. Что произошло? Как? Почему? Кто это такой?

Мужик обвинял Свету в каких-то изменах и ещё чёрт знает в чём. А она дрожащим голосом пыталась сказать, что ему надо уйти немедленно, иначе она вызовет полицию. Мужик замахнулся, пытаясь ударить ещё раз, и что-то у меня в голове щёлкнуло.

Честно говоря, я не перевариваю пьяных. С детства ещё. У меня дядя пил. Брат матери. Часто заявлялся к нам домой, пытаясь стребовать с неё какие-то деньги. Помню, несколько раз поднимал на мать руку.

Однажды я не выдержала. Что-то внутри меня вспыхнуло. Я кинулась на него с кулаками, хотя мне едва стукнуло десять лет на тот момент. И, обретя какую-то нечеловеческую силу, просто вытолкнула пьянчужку за порог, успев свалить его с ног и потребовав больше никогда здесь не появляться.

Мама тогда смотрела на меня во все глаза и не могла поверить, что у меня это получилось. Честно говоря, дядя стал захаживать реже. А потом и вовсе где-то сгинул. Спился, наверное, до смерти.

Откуда только тогда сила взялась? С тех пор всякая несправедливость, особенно по отношению к слабым, вызывала во мне ужасный бунт. Когда-то вызывала. В далёкой юности. Пока я не превратилась в это апатичное существо, коей чувствую себя сейчас…

Боже, что со мной случилось? Почему я будто потеряла саму себя? Почему внутри пусто? Я не могу решиться даже на простые вещи!

Ярость, поднявшаяся из глубины, будто стёрла налёт времени. И я бросилась на мужика со всей силы, на которую была способна. Всего два толчка — и он валялся в коридоре, постанывая.