— Славка… как вообще это произошло?

Он недовольно повёл плечом.

— Что произошло?

— Ну… авария.

Парень вздохнул, будто я задала самый тяжёлый вопрос на свете, и буркнул:

— Да что тут рассказывать? Всё было в порядке. Это абсолютно моя вина, конечно же. Просто прицепилась ко мне одна девчонка. А я пошёл у неё на поводу.

Я удивлённо моргнула.

— Пошёл на поводу — это как?

— Ой, не напоминай. — Он скривился. — Надоели эти фанатки, честное слово. А я слишком добрый, всё время с ними ношусь. Давай на другую тему.

— Ладно…

Я покорно прекратила расспросы.

— В общем, я понял свою ошибку, — всё-таки продолжил Славик. — И понял, что был глуп. Да и вообще, надо за дорогой смотреть, а не с девчонками разговаривать. В общем, будет мне урок.

Он говорил это несколько небрежно, словно речь шла о какой-то мелочи.

Ладно, не буду больше его пытать. Но почему такое странное совпадение? Ведь на сей раз фанаткой Славика оказалась дочь Виталия — Лиза. Может, действительно случайность? Наверное, так.

Славка снова закрыл глаза и сейчас выглядел каким-то усталым.

Я вздохнула и подвинула к нему контейнер.

— Ладно, тебе нужно поесть.

Достала немного хлеба. Его аромат сразу же наполнил палату.

Парень приоткрыл глаз.

— Домашний?

— Конечно.

— Тогда живём.

Он потянулся за ложкой, а я поднялась со стула.

— Ладно, я отойду ненадолго. Ты отдохни.

— Ага.

Ещё секунду смотрела на него, а потом улыбнулась. Всё в порядке. Всё обошлось. Как-нибудь переживём и это.

Тихо вышла из палаты, намереваясь спуститься на первый этаж в аптеку.

Коридор встретил меня привычным запахом лекарств и приглушённым светом. Где-то вдалеке негромко разговаривали медсёстры. Кто-то катил тележку, кто-то кашлянул.

И вдруг впереди показалась знакомая фигура.

Виталий.

Он заметил меня почти сразу. Наши взгляды встретились.

Внутри всё неловко сжалось.

В последние дни мы почти не виделись. Он был занят с Лизой, я сидела у Славки. Всего пару раз столкнулись в коридоре — в спешке, в беготне. И каждый раз встреча получалась короткой, а разговоры — натянутыми.

Я всё ещё помнила, как пыталась наладить между нами отношения, да так и не смогла. Чувство вины никуда не делось. Я должна решить и этот вопрос обязательно. Но в который раз у меня ничего не выходит.

Виталик выглядел сдержанным, холодным и весьма закрытым.

— Привет, — тихо сказала я.

Он кивнул.

— Добрый день.

Я замерла. Так официально он ко мне ещё не обращался.

Раньше он всегда говорил иначе. В прошлом в его голосе звучало хоть что-то живое, иногда даже насмешливое.

А сейчас…

Сейчас между нами словно вырос айсберг. И в этом, кажется, тоже моя вина.

Он остановился напротив меня.

На секунду его взгляд скользнул к двери палаты, из которой я только что вышла. И холода в его глазах стало ещё больше.

— Ну и как твой парень? — безэмоционально спросил Виталик.

Я слегка растерялась, а потом, кивнув, ответила:

— Уже лучше. А Лиза как?

— Нормально, — ответил друг детства.

Боже… почему всё так? Почему стало ещё труднее, чем раньше?

Пауза затянулась.

Я уже хотела сказать что-нибудь ещё, чтобы разрушить эту дикую неловкость, но в этот момент из палаты донёсся голос Славки:

— Наташа, ложку захвати! Старая куда-то подевалась…

Он будто знал, что я застряла в коридоре и ещё никуда не ушла.

Обернулась. Дверь была слегка приоткрыта. Наверное, слышит мой голос…

— Ладно, сейчас! — бросила я ему и тут же прикрыла рот рукой.

Слишком громко. Что же я так кричу? Будто мозги вышибло.

И только потом я снова посмотрела на Виталика.

Его взгляд стал ещё холоднее.

Он смотрел на дверь палаты всего секунду. Но в этой секунде было столько напряжения, будто он хотел прожечь её взглядом.

— Извини, — пробормотала я. — Мне нужно на первый этаж.

Виталик кивнул.

— Конечно.

И я почти сбежала, чувствуя себя просто отвратительно.

Когда вернулась, обнаружила, что Виталий всё ещё стоит в коридоре, подпирая стену. Мне пришлось пробежать мимо него, лишь коротко кивнув, потому что брат ждал ложку.

Вошла в палату и закрыла за собой дверь.

Сердце бешено колотилось в груди.

Что между нами происходит?

Может быть, нужно поговорить прямо сейчас? Но о чём я? Мы в больнице, здесь столько проблем.

И всё же мне кажется: ещё немного — и я потеряю его окончательно…

Виталий просто не мог заставить себя покинуть коридор, всё ещё глядя на закрытую дверь чужой палаты.

Его пальцы медленно сжались в кулак.

Казалось, его разорвёт изнутри. Осознание собственных чувств сделало его до ужаса ревнивым и обозлённым.

Может быть, ему стоит просто набраться терпения? Этот альфонс скоро отвалится. Наташа станет свободной, и тогда…

Тогда можно будет попробовать заново. Если она захочет.

Но захочет ли?

Она так холодна.

Да и Лиза… сейчас она нуждается в нём. Сейчас не до любовного фронта.

Ух, как он ненавидел этого Славку! Как же хотелось стереть его в порошок! И из-за дочери, и из-за Наташи.

Но это эгоистично. Эгоистично чувствовать себя так.

Ему нужно быть серьёзным и хладнокровным. Всему своё время.

Но хватит ли у него терпения ждать?

Или стоит дать бой и отобрать Наташу у этого глупого самозванца силой?

Может быть, и так.

Виталий решил обязательно подумать над таким вариантом…

Глава 40 Взбалмошная и необычная…

Ночью в больнице лампы в коридорах горели приглушённо. Двери палат были закрыты, лишь изредка где-то вдали слышались шаги медсестры и негромкий звон посуды в манипуляционной. Большинство пациентов уже спали, и только редкие окна палат всё ещё светились.

Лиза долго лежала в кровати, глядя в потолок, и никак не могла уснуть. Слова отца, его тяжёлый взгляд, мрачное настроение— всё это снова и снова прокручивалось в голове. Но больше всего её мучило другое.

Ошибка на дороге. Момент, когда она намеренно наклонилась к Славику, пытаясь завлечь его в слишком откровенный флирт. Он отвлёкся, раздался резкий звук тормозов — и произошла авария.

Девушка перевернулась на бок, сжала пальцами край одеяла и закрыла глаза.

— Боже, зачем я это сделала? Совсем с ума сошла… — едва слышно прошептала она.

Чувство вины не давало покоя. Оно же заставило её поспешно подняться на ноги. На ней был тонкий больничный халатик, накинутый поверх лёгкой ночной рубашки.

Лиза на секунду прислушалась. В палате было тихо. Соседка по койке, которая поступила сегодня, тихо сопела во сне.

Девушка судорожно выдохнула и пошла к двери. Сердце билось быстро, слишком быстро.

Она и сама не до конца понимала, что собиралась сделать. Но знала одно — она должна что-то сделать. Просто должна…

Палату Славика она нашла почти сразу.

Рука на мгновение зависла над ручкой двери.

А вдруг он спит?

А вдруг разозлится?

Лиза глубоко вдохнула и всё-таки тихо приоткрыла дверь.

В палате горела небольшая лампа у стены. Славик не спал. Он лежал на спине, закинув одну руку за голову, и смотрел куда-то в потолок. Услышав скрип двери, он повернул голову.

Несколько секунд они просто смотрели друг на друга.

Славик приподнял бровь.

— О… — протянул он негромко. — Ночная гостья.

Лиза почувствовала, как к лицу приливает тепло. Она неловко переступила с ноги на ногу и осторожно закрыла за собой дверь.

— Прости… — тихо сказала она.

Он усмехнулся.

— За что именно?

Лиза подошла ближе. В тусклом свете лампы её светлые волосы, рассыпанные по плечам, поблескивали, халатик был завязан кое-как, и она явно чувствовала себя неловко, стараясь держаться серьёзно.

— Я… — начала она и тут же запнулась. — Я просто хотела сказать…