Славка задумался.

— Это не тот парень, который с тобой на старых фотографиях?

Я горько усмехнулась.

— Тот самый.

Он покачал головой.

— Вот как жизнь всё меняет.

Потом сказал мягче:

— Ладно. Я понимаю. Тебе тяжело. Но всегда обращайся ко мне. Я помогу. Если нужно — найду тебе другую работу.

Я схватила его за руку.

— Займись своей жизнью, — сказала тихо, но твердо. — Ты слишком много времени тратишь на меня. Это неправильно. Найди девушку. Сними квартиру. Устройся нормально. У меня всё будет хорошо.

Он ничего не ответил.

Только посмотрел на меня долгим, тёплым взглядом. В этом взгляде было столько заботы, что у меня защемило сердце.

Он жалел меня. Любил по-своему. Как умеет любить родной человек.

Я была ему благодарна.

Но где-то внутри уже росло тяжёлое чувство.

История с Виталием не закончилась, потому что с этого момента меня начала дико мучить совесть…

Глава 30 Лиза и ее гнев…

Лиза застала отца, когда он сидел в гостиной, чуть сгорбившись, с каким-то странно отрешённым выражением лица, и держал на коленях старый, потертый по краям фотоальбом. В комнате стояла тишина, телевизор был выключен, даже телефон лежал в стороне, и вся поза Виталия говорила о том, что он полностью погрузился в созерцание своего прошлого, хотя оно, как считала Лиза, давно должно было исчезнуть из его жизни.

Она остановилась в дверях и сначала просто наблюдала, не выдавая своего присутствия. Отец медленно перелистывал страницы, иногда проводил пальцами по фотографиям, словно касался не бумаги, а живого лица, и особенно долго задерживался на одном снимке, где была запечатлена девчонка с открытым взглядом и чуть растерянной улыбкой.

Лиза сразу узнала её.

Та самая.

Та самая женщина, которую он недавно приводил в их дом, та, из-за которой в квартире стало напряжённо и неуютно, та, чьё присутствие раздражало её одним только фактом своего существования.

Наталья.

У Лизы внутри сразу вспыхнуло раздражение.

Зачем он на неё смотрит? Неужели реально к ней что-то чувствует? Неужели способен увлечься кем-то таким — тихим, блеклым, незаметным, ничем не выделяющимся?

Мысль показалась ей настолько несправедливой, что она резко двинулась вперед и села рядом на диван, почти вплотную к отцу. Он вздрогнул, только тогда заметив её присутствие, но ничего сказать не успел, потому что Лиза, стараясь сохранить спокойствие, мягким движением закрыла альбом у него на руках.

— Может, телек вместе посмотрим? — сказала она как можно непринуждённее.

Виталий удивлённо повернулся к дочери, явно не ожидая от неё подобного предложения, потому что в последнее время она чаще была занята своими делами и редко проявляла желание проводить с ним время.

— Да… — произнёс он медленно. — А что ты хочешь посмотреть?

Он наконец отложил альбом в сторону, и Лиза незаметно выдохнула с облегчением, чувствуя, как напряжение внутри немного ослабевает. Она улыбнулась, назвала какой-то фильм, который давно хотела пересмотреть, и постаралась втянуть отца в разговор, отвлекая его от ненужных, по ее мнению, мыслей.

В тот вечер они действительно провели время вместе: заказали пиццу, смеялись над какими-то сценами, обсуждали сюжет, и со стороны всё выглядело почти как раньше, как будто ничего тревожного между ними не происходило.

Но когда фильм закончился, когда коробки из-под пиццы были убраны, а Лиза уже собиралась идти к себе спать, она краем глаза заметила, как отец снова потянулся к альбому.

Это движение было почти незаметным, но для неё оно стало последней каплей.

Внутри всё вспыхнуло.

Она остановилась, развернулась и подошла к нему вплотную.

— Папа, — сказала она, заставляя его поднять на неё взгляд. — Зачем тебе всё это вспоминать? Найди себе кого-нибудь для развлечения на ночь, не знаю, развейся, проведи время нормально, а не сиди над старым альбомом! Ну что ты как дед, честное слово, вспоминающий о давно ушедшей молодости! Ты же крутой мужик в конце концов!

Брови Виталия удивлённо поползли вверх.

— Ты о чём говоришь, девчонка? — строго произнёс он. — О каких ещё развлечениях?

Лиза усмехнулась, хотя внутри у неё всё кипело.

— Я уже взрослая, — ответила она спокойно. — И прекрасно понимаю, что тебе нужна перемена. Что-то новое. Яркое. Хочешь, познакомлю тебя с кем-нибудь?

Виталий нахмурился.

— Не вздумай, — резко сказал он. — Иди спать. О чём я думаю — это моё личное дело.

Он упрямо взял альбом в руки, давая понять, что разговор окончен.

Лиза не стала спорить, только резко развернулась и ушла к себе, чувствуя, как внутри поднимается злость.

В следующие дни она старалась не думать об этом, отвлекалась учёбой, встречами, делами, но раздражение никуда не исчезло, а только копилось, потому что образ отца, сидящего над старым альбомом, не выходил у неё из головы.

И однажды, после занятий, она решила зайти к нему на работу.

Ей было даже любопытно увидеть, чем он теперь управляет, какие у него магазины, как всё устроено.

Она медленно шла по коридорам торгового центра, разглядывая витрины, свет, аккуратные вывески, манекены в дорогой одежде, и чувствовала лёгкую гордость, понимая, что всё это — часть отцовской ответственности.

Но это чувство исчезло в один миг.

Потому что в одном из бутиков верхней одежды она вдруг увидела знакомое лицо.

Женщина стояла возле стойки, разговаривала с клиентом, что-то показывала, улыбалась.

Наталья.

Лиза замерла, не веря своим глазам.

Сердце забилось быстрее, а внутри мгновенно вспыхнула злость.

Вот оно что.

Он не просто вспоминает её.

Он видит её каждый день.

И именно поэтому не может от неё избавиться.

Лиза почувствовала, как всё внутри заледеневает. Тут же назрело твердое решение.

Нет уж! Только не она!

И плевать, что он думает иначе…

Глава 31 Лиза и ее нелогичная логика…

Лиза стояла чуть в стороне от выхода из торгового центра и сама не понимала, зачем задержалась, ведь изначально собиралась лишь мельком заглянуть к отцу, убедиться, что он занят работой и не листает никакие старые альбомы, и спокойно уйти по своим делам. Она теперь наведывалась сюда ежедневно, будто контролируя ситуацию. При этом иногда наблюдала за Натальей, как за личным врагом, но никакой активности оной по отношению к отцу не замечала.

Лизе давно стоило быть дома, но она сегодня отчего-то не торопилась уходить. И сейчас её ноги будто вросли в землю, когда она заметила знакомую фигуру, появившуюся в стеклянных дверях. Наталья вышла на улицу, придерживая сумку на плече, и выглядела усталой, но спокойной, как человек, который завершил долгий рабочий день и теперь просто спешит домой, не ожидая никаких неожиданностей.

И именно в этот момент к тротуару плавно подкатил дорогой автомобиль, и Лиза невольно обратила на него внимание. Из него вышел молодой парень, высокий, подтянутый, одетый так стильно, будто сошёл с рекламного плаката. Он сразу направился к Наталье, широко улыбаясь, и та ответила ему такой же тёплой улыбкой, от которой у Лизы внутри всё неприятно сжалось, хотя она сама не могла бы объяснить, почему именно эта сцена вызвала у неё такую бурю чувств.

Парень без малейшего стеснения обнял Наталью, наклонился и поцеловал её в щёку, после чего взял за локоть с естественной заботой и открыл перед ней дверь машины, помогая устроиться на переднем сиденье. Затем аккуратно закрыл её, обошёл автомобиль и сел за руль, двигаясь уверенно и спокойно, как человек, привыкший к подобным жестам и не сомневающийся в своём праве быть рядом с этой женщиной.

Лиза смотрела на всё это, не в силах отвести взгляд, и внутри неё поднималась волна такого сильного раздражения, что ей на мгновение стало трудно дышать.