Я же говорю: женщина-сюрприз!

Судорожно соображала, какая это может быть сестра, да ещё троюродная, которая еще и «собирается приехать». И поняла, что это та самая первооткрывательница Санкт-Петербурга для себя и своих родственников, много лет назад уехавшая в Северную Столицу учиться.

Ульяна.

Так, дедушка Иван, брат бабы Поли, был Ткачёв, дочь его младшая, выйдя замуж, стала Шабанова.

Ну и Улька всю жизнь, сколько я её помнила, была Ульяна Георгиевна Шабанова. Вроде бы.

Но раз она замужем, то, вероятно, фамилия у неё уже другая.

Пока это все в голове вертелось, крутилось и моталось, удалось выделить главное:

— Погоди, что значит «собирается приехать»? Обратно?

— Бог с тобой, — хихикнула ба. — Зачем им обратно? У них там дом, работа, машины, семья опять же.

Вот за что я бесконечно уважала бабушку Полю: она поддерживала достаточно ровные, информационно-насыщенные отношения с огромным количеством наших родственников, разной степени дальности, по всему миру.

Писала письма, регулярно созванивалась, причём письма были бумажные, а звонки — по городскому телефону.

Из последних достижений Серёжи, хотя скорее его сына Данила, стоило отметить революционный прорыв: приобщение бабы Поли к мобильной связи. И узнала я об этом, между прочим, от Говорова, потому что Серёжа с Колей общался, а со мной — нет.

Обижен же, страдалец.

— Ты прикинь, Галь, Данила-мастер научил бабу Полю отправлять и прослушивать голосовые сообщения, — однажды вечером поделился открытием муж.

Это было удивительно, но приятно.

Однако в честь своих невероятных новостей бабушка решила по старинке — позвонить, а не высылать голосовое. Спасибо ей, кстати.

— Так, погоди, если у них там все шоколадно, чего они едут? — я должна была спросить.

Бабушка фыркнула:

— Официальная версия звучит так: муж Ульки желает посмотреть историческую родину жены.

Ну, это красиво и вежливо, да.

— А неофициальная? — если там скрывался подвох, хотелось бы узнать о нём заранее.

— А неофициальная… мать твоя предполагает, что сестра её, Ленка, Улина мать, могла прожрать плешь зятю и дочери. Ну и снарядить их проведать оставшихся родственников.

Зная таланты собственной матушки, ничуть не удивилась версии.

— Мать моя всегда всех по себе судит, — тяжело вздохнула, а бабушка, нынче общавшаяся с дочерью вынужденно и весьма интенсивно, хмыкнула с пониманием.

Поблагодарила я дорогую родственницу за информацию, попрощалась и запечалилась:

— Получается, что среди моих рабочих-мамско-бабушкиных будней в ближайшее время нарисуется забота о родственниках? Ведь ясно же: баба Полина, ее самая близкая родственница из оставшихся здесь, обитает с мамой в Иссыке, а Уля там, вообще, никогда в жизни не была, то есть ехать туда сейчас, ей смысла никакого нет. Значит, останутся они в Алма-Ате. Ну а тут — полностью моя зона ответственности.

Хотя я помнила, что сестра, пусть и на десять лет меня младше, всегда была очень ответственной и адекватной умничкой.

Дед Ваня, тот самый «шестой сын и младший брат» бабушки, всегда старшую внучку хвалил и много рассказывал, как она поступила на бюджет в один из технических ВУЗов Петербурга.

И все мы помнили, как следом за ней уехало все семейство: сначала мать с отцом и сестрой, а через год и дед с бабкой. А письма с фотографиями бабе Поле младший брат все эти годы слал исправно: докладывал об их успехах и прочих семейных делах.

Ну а еще я всегда отмечала: Уля с Серёжей были примерно ровесниками, плюс-минус пара лет, но братец мой, увы, как рос, так и остался любимчиком матери — несамостоятельным и не очень ответственным.

Может, мы с Улькой и были похожи тем, что обе — старшие дочери?

Ладно, сейчас оставалось ждать вводных, прежде чем начинать что-то планировать.

— Да, будет ли у меня когда-нибудь время, не то чтобы собой заняться, а просто полежать на диване? — возопила мысленно.

И так же себе и ответила:

— Наверно, на том свете отдохну.

А вечером уведомила Говорова:

— Моя сестра из Питера собралась приехать с семьей. Повидаться.

Коля в свое время гостивший у Улькиных родителей в Петербурге, пока приобретал оборудование для организации зоны игровых автоматов, воодушевился:

— О, шик! Вот это дело! Та часть твоей семьи мне всегда нравилась. Спроси, куда они хотят съездить и что посмотреть!

Ну вот, муж меня уже озадачил, хотя история эта вся ещё вилами на воде писана. Потрясающе.

Но, как показало будущее, для меня пришло время новостей, потому что буквально через несколько дней мы отмечали Давиду Андреевичу год, и младшие Малиновские обрадовали нас информацией об отпуске, в который они собрались.

— Втроём, — усмехнулся зять, заметив, как я в ужасе замерла, представляя, что на время их отпуска ребёнок достанется мне, как самой доверенной и ответственной бабушке.

— Ну, раз втроём, тогда ладно. Куда поедете? — медленно выдохнула.

— Да, — хихикнула вдруг Алина, — свекры так впечатлились вашим свадебным подарком, что едем мы на то же море, только в «отель пять звёзд и ультра олл».

— Ну, шик, люкс и полный фарш, — Коля скривился. — Началось соревнование.

Андрей на это хмыкнул:

— Отец устроил матери дикий скандал после нашей свадьбы, когда узнал о подарках подробнее. Вот она и подсуетилась.

Да, удивительные люди эти наши родственники со стороны зятя, конечно.

— И хорошо, поедете, отдохнёте. Море, солнце, фрукты, — улыбнулась детям.

— Сбросьте матери сообщением даты и рейсы. Отвезём вас и встретим, — постановил Говоров.

Малиновские — младшие разулыбались и прислали нужное в семейный чат мгновенно.

А буквально на следующий день в мой обеденный перерыв в мессенджере проявилась Улька: «Галочка, привет! Мама говорила с бабой Полей, так что ты, наверняка, знаешь: я приезжаю на родину, показать город юности мужу и детям».

Прикинув время, предложила поговорить:

— Уля, здравствуй. Да, баба Поля сообщила новость. Ждём вас. Напиши, когда вы приезжаете, на сколько и каким составом.

Сестра радостно затараторила в трубку:

— Ой, мы только взяли билеты… я сейчас сброшу тебе номер и дату рейса. Отель у нас в центре, около Парка двадцати восьми гвардейцев-панфиловцев! Если вдруг у вас получится нас встретить, будет круто, но ты скажи, вдруг нет! Мы закажем трансфер!

Внимательно посмотрела на телефон, в попытках понять: это правда или мне показалось?

То есть сестра с семьей приезжает, жить будет в отеле, и если что, готова из аэропорта туда добраться сама.

Значит, мне не надо этим заниматься?

Пока удивлялась, прилетела фотография электронного билета, и я широко улыбнулась: Уля прибывала точно в день и час, когда Малиновские — младшие улетали в свой отпуск.

Какое невероятное и приятное совпадение.

— Уль, мы вас встретим. Сколько вас народу? — радостно уточнила.

— Я с мужем и двумя дочерями.

— Отлично, предварительно договорились, а как прилетите, на выходе из аэропорта, купи местную симку, потому что, я уверена, роуминг выйдет «золотой».

Сестра вздохнула:

— Спасибо, что сказала. Я как-то не подумала. Протупила. Напишу, как сядем и пройдём паспортный контроль, ну, и багаж получим.

Подобный план устраивал меня более чем.

— Галочка, спасибо огромное! Вы нас очень-очень выручите, — радостная Улька явно собралась прощаться. — И пожалуйста, брось в меня списком подарков. Для себя в первую очередь, ну и для остальной родни. Дабы не вышло конфуза: типа мы Даниле-мастеру привезём катер на радиоуправлении из «Детского мира» для младших школьников.

Я сначала проржалась, а потом пояснила:

— Тогда Серёжа с Колей передерутся за него. И Даньке останутся в лучшем случае рожки да ножки от того катера.

На этом мы распрощались, и с обеда на рабочее место я вернулась весьма озадаченной. Так и крутила в голове до самого вечера мысли:

— А что, так можно было? То есть люди едут, не ожидая, что родственники их поселят, будут кормить и развлекать?