В полной темноте прихожей, потому что включать свет никому в голову не пришло, мы целовались как безумно влюблённая молодёжь: страстно, хаотично, жадно, бездумно. Забыв обо всем.
И в какой-то момент, почувствовав, что ещё немножко и я, вероятно, потеряю сознание от удовольствия и восторга, мне удалось выдохнуть:
— Эль, пожалуйста…
О, все изменилось вмиг, и меня тут же закружил натуральный ураган. Подхватив на руки, Эльдар унес меня в комнату, там осторожно усадил на диван, опустился на колени рядом, помогая снять туфельки, а потом прошелся горячими ладонями, разминая стопы и икры.
Стон у меня вырвался непроизвольно, а Эль вдруг усмехнулся:
— Моя! Ты моя, Гала́!
И не оставив ни секунды на размышление или реакцию, резко поднялся с пола, походу движения задирая платье, потом уронил меня на диван, прижал сверху сильным, тренированным телом, тут же начиная целовать, присваивая и поглощая.
Всхлипывала и стонала я теперь почти непрерывно.
От тех ярких и жарких эмоций, что разрывали грудь, от того, как кружилась голова, от разнообразия нахлынувших ощущений.
А внутри стучало:
— С ума… сойти. Огонь… пожарище…
Увы, внятно ничего сказать я не могла, только изредка между поцелуями выдыхала беспомощно:
— Эль! Эль…
И все.
Плавилась в его руках, прижималась теснее и вздрагивала от волн мурашек, проносившихся по мне одна за другой.
В один момент он снова поднял меня на руки и понес в спальню, простонав:
— Прости, Гала́. Не могу… не могу больше… ждать…
Инициативу я поддерживала полностью, потому как от желания мутилось в голове, тело горело, требуя немедленного продолжения, а в крови гудел настоящий пожар.
Приземлившись на постель, обнаружила, что Эль умудрился как-то по дороге снять с меня платье, а сейчас стягивал с себя рубашку.
Залюбовалась им: такой шикарный, глаз не отвести, а когда он растянулся во весь свой приличный рост на кровати рядом со мной, посмотрела в его полные восторга и обожания глаза, и… рискнула снова.
Поцеловала его сама.
Прижалась ближе, уложив на спину, устроилась сверху и позволила себе… все. Касалась, целовала и ласкала его так, как хотелось мне, старательно изучая каждый сантиметр этого восхитительного, горячего тела и получая в ответ море нежности, которое в какой-то момент переплавилось в жгучую страсть.
Эль перекатился по кровати, срывая мои алые кружева, подмял под себя, раздвинул коленом ноги и, впившись в мое лицо горящим взглядом, медленно наполнил собой.
Застонали мы хором, а потом Эльдар, сжав меня в объятьях, начал двигаться, разгоняя пожар в крови еще сильнее.
И вот он впился страстным поцелуем в место стыка плеча и шеи и… и… и…
Во мне будто бы лопнул воздушный шар, наполненный гелием пополам с блестками. Невероятная эйфория затопила тело, а перед глазами поплыли цветные искры. В голове бухал пульс, дыхание перехватило, а слезы хлынули потоком.
Эльдар хрипло выдохнул мне в шею и вдруг задрожал, рыкнув и скрипнув зубами.
А я смотрела на него сквозь пелену слез и понимала: весь мой мир в эту секунду разлетелся на миллионы бриллиантовых осколков благодаря Элю, его невероятной нежности, огненной страсти и потрясающему упорству.
Он, и правда, подарил мне настоящую радость!
Как хорошо, что я рискнула…
И что бы дальше ни случилось, сейчас, в его руках я впервые за много лет была безумно счастлива. Да.
Глава 27
Невозможная ночь и утро новой жизни
'Утром ночные планы никуда не годятся.
Когда думаешь ночью, это одно,
а утром всё выглядит иначе…'
Э. Хемингуэй «По ком звонит колокол»
Посреди ночи я проснулась от острой необходимости посетить уборную.
С великим трудом заставила себя выбраться из невероятно тёплых и надёжных объятий Эля и отправилась искать ванную комнату, а увидев отражение в зеркале над раковиной, удивилась: такой сияющей и довольной я себя не помнила, честно.
— Ну что же, Галочка, все удалось! Получилось лучше, чем мечталось, но, старая ведьма, пора уже и честь знать… — пробормотала чуть слышно, вытирая руки. — В смысле, хорошо бы тихонечко уйти, чтобы не смущать Эля неудобством и неловкостью с утра.
Ну, идеи мои в этом случае оказались так себе, потому что, стоило мне открыть дверь и…
Я увидела его.
Эльдар стоял напротив и криво усмехался:
— Гала́, дорогая, вот не сомневался, что попробуешь сбежать…
А я, вместо того чтобы отмахнуться и заявить, мол, все это глупости, залилась краской.
— Любимая, я столько ждал этого момента. Ты думаешь, я просто так тебя отпущу? — улыбнулся он и покачал головой, а потом прижал меня к себе и как-то незаметно сопроводил в спальню.
Устроив в подушках, набросил на нас одеяло и притянул к себе поближе:
— Сбылась моя мечта, Гала́! Ты в постели рядом. И ты — моя!
А потом он меня поцеловал, и мы как будто волшебным образом перенеслись на несколько часов назад: в страстное, жаркое безумие, где ласки и поцелуи кружили голову, заставляя терять себя и полностью погружаться в невероятный круговорот непрекращающегося восторга.
Некоторое время спустя с трудом отдышавшись, посмотрела на сияющего Эля и выдохнула:
— Спасибо!
И заплакала.
А он, естественно, тут же бросился меня утешать, и какое-то время мы снова были заняты только друг другом. После Эльдар отнёс меня в душ, где удержаться и не погладить его, было просто невозможно.
Поэтому и водные процедуры затянулись тоже.
Мне казалось, я словно бы пыталась наверстать упущенное время. Заполнить эмоциями ту холодную, мрачную пустоту внутри себя, которая образовалась за последние десять лет брака, с того момента, когда мне показалось: у нас с Говоровым что-то сломалось.
Но я, всегда уверенная в собственной правоте, не поверила ощущениям и все тревожные звоночки пропустила.
В итоге получила то, что получила.
А сейчас, пылая страстью и плавясь от восторга в руках Эльдара, поняла:
— Да и к лучшему всё повернулось. Ведь невозможно было даже помыслить о подобном счастье еще полгода назад.
И в тот момент, когда мы снова оказались в постели, я отбросила крамольную идею о побеге. Наоборот, обняла Эля покрепче, зарылась в его объятия и довольно выдохнула:
— Как же хорошо…
Мысль о том, как я с кровью буду выдирать из себя Эльдара позже, я отложила… до лета.
И уснула, согревшись в сильных, надежных руках.
Никогда, даже в полной страстного угара юности, у меня не было такого воскресного утра, которое подарил мне Эль.
Разбудили меня медленные, тягучие, сладкие и неспешные ласки, а потом последовал кофейный поцелуй и шепот:
— Открой глазки, моя радость!
Когда же глазки с трудом, но открылись, то Галина Михайловна обнаружила себя в объятиях офигенного парня, а на тумбочке рядом с постелью — две чашки, источающие безумно чарующий аромат бодрого утра.
Удивительно уютная, легкая и теплая атмосфера царила на кухне, куда мы с Элем все ж таки выбрались спустя некоторое количество утренних нежностей как в спальне, так и в ду́ше.
Благослови кто угодно доставку, потому что свежие сырники с вареньем, лёгкий салат и яйца-«бенедикт», которые мне никогда не удавались, оказались на редкость кстати.
Давно с утра я не ощущала такого голода.
А сидеть рядом за столом, периодически подкармливая друг друга вкусностями, было невероятно приятно.
Но Эль, он же полон не только сюрпризов, но также сил, энергии и энтузиазма. Поэтому, когда все было съедено, он сварил нам ещё кофе, уволок меня на диван, устроил в своих объятиях и начал рассказывать удивительные вещи.
— Гала́моя несравненная! Обожаю тебя! Ты мне такой восторг подарила — нет слов. Все мечты и ожидания превзошла. Ты невероятная. Бесподобная. Шикарная! Единственная такая… Моя Гала́!
