— Расскажите, как там? Я вот надумала в Берлинский технологический поступать.

Тут я выпучила глаза, но быстро сориентировалась и махнула в сторону дочери рукой:

— Было это не так чтобы вчера, но Тася может тебе рассказать про какие-то молодёжные нюансы быта, а я, разве что, про самое важное, на мой взгляд: жить в Европе довольно дорого. Там не слишком шикарный сервис, по крайней мере, с магазинами, банковскими услугами и доставкой он с нашим не сравнится. А ещё очень важно, чтобы у тебя там кто-то был, потому как одной строить там жизнь просто невероятно тяжело. Там все другое. Не только язык и традиции, но и культурный код.

Сидящие за столом взрослые согласно закивали, а племянники Эля навострили уши.

— У нас была мощная поддержка моих подруг, которые уехали в Европу гораздо раньше, и то, можно честно признать, нам было непросто, — вздохнула печально, потому что девчонки до сих пор меня в письмах ругали последними словами за то, что я вернулась. — При условии, что дочь ходила на языковые курсы интеграции, а я работала из дома с заказчиками из Казахстана и России. Ну а с местными мы сталкивались в магазинах, на прогулках, в Тасиной школе, ну и во всяких официальных инстанциях.

— Спасибо, я подумаю, — поблагодарила Зарина.

А я выдохнула, потому что Стелла Леоновна как раз принесла огромную миску салата, а Эль от мангала притащил здоровенное блюдо с шашлыком, на который молодёжь накинулась, как стая голодных волков.

Но это оказалось еще не всё, потому как спустя некоторое время один из племянников Эля ткнул Тасю локтем и спросил:

— Ты школу заканчиваешь в этом году?

У дочери во рту как раз случился шашлык, поэтому она только сдержанно кивнула.

Мальчишки хихикнули, а тот, что помладше, уточнил:

— А куда дальше собралась?

И вот здесь я замерла.

Слишком острый это был момент и слишком принципиальное место, где от Тасиного ответа зависело очень многое, ведь я до сих пор не нашла в себе сил сказать о планах Элю.

Вероятно, на моем лице что-то этакое отразилось, потому что дочь хмыкнула, дожевала спокойно и неспешно начала перечислять:

— Ну, конечно, я рассматривала институт, где мама училась. Там вступительные в июле. А ещё хотела попробовать в Международный университет в Астане. Естественно, думала про КазГу. Ну и ещё у меня есть сестра троюродная. Она в Питере живёт. Так вот, она мне нашла там у них несколько интересных ВУЗов, с выездными приемными комиссиями. Думаю и туда тоже податься.

— Вот это у тебя планы! — уважительно покачала головой Стелла Леоновна.

А Тася развела руками:

— Я этот год, собственно, в школе и у репетиторов в основном обитаю. Вот так вот выбиралась в первый раз, чтобы выходные и без уроков.

Пацаны сразу начали жаловаться, как им трудно дается учёба, потому что у них экстернат, ведь уровень деревенской школы не устроил дедушку.

— А бабушка сказала, что возить нас в город учиться дороже выйдет, чем перейти на домашнее обучение. Ну а в школе только экзамены сдавать, — хмыкнул, я так понимаю, Захар.

В целом застольная беседа у нас кружилась вокруг образования. Всем было что сказать, потому как даже мама Эльдара вспомнила молодость и поделилась некоторыми своими волнениями той поры.

Когда мы допивали чай, телефон гостеприимной хозяйки зазвонил, и она мягко улыбнулась:

— А вот и Камиль.

Как выяснилось, отец Эльдара только выехал из офиса и ничего не мог сказать о том, когда будет дома, потому что:

— Пятница, пробки, дорогая, ты же понимаешь.

Мы все понимали, ведь в навигаторе основные артерии выезды из города были не красные, а бордовые.

— Ну, время позднее, молодёжи пора ложиться спать, — широко улыбнулась Стелла Леоновна.

А когда Эльдар хмыкнул, прижав меня к себе за плечи, его мама коварно улыбнулась и добавила:

— Элик, милый, я все ещё склонна относить тебя к молодёжи.

Теперь захихикала я.

Но поскольку нас вежливо и недвусмысленно попросили на выход, то мы поблагодарили от души за прием и шикарный ужин, а потом тихонечко расползлись по своим комнатам.

В принципе, было неудивительно, что, едва лишь за нами закрылась дверь, Эльдар тут же прижал меня к стене своим офигенным торсом и жарко выдохнул на ухо:

— Гала́, любимая, ты ничего интересного рассказать мне не хочешь?

А я замерла, прикрыв глаза и затаив дыхание.

И перед внутренним взором тут же пронеслись все наши счастливые моменты, все сложности, которые случались у меня в жизни, где Эль в последние годы обязательно помогал.

Потом я вспомнила сцену нашего объяснения на моей кухне, и как больно и горько мне было, когда он послушался и ушел.

Я подумала, что уже достаточно взрослая женщина, которая может себе позволить быть откровенной, особенно с теми, кто важен и дорог.

Поэтому я вскинула голову, взяла в ладони его лицо и, глядя в глаза, честно сказала:

— Если у Таси получится поступить в Питер, я думала поехать с ней.

На миг в его потрясающих чайных глазах промелькнула боль, но в следующее мгновенье он собрался и усмехнулся:

— Хорошо, что ты сказала об этом.

— Эль, ты же понимаешь, что здесь, после того как уедет моя младшая на учёбу, оставшиеся родственники с удовольствием меня сожрут. А у меня нет никакого желания снова становиться палочкой-выручалочкой для мамы, Серёжи и его семейства. А уж тем более для Говорова, что бы он там себе ни думал и с какими бы идиотскими идеями ни являлся.

О, то, что я погорячилась с откровениями, стало понятно сразу.

Эльдар одной рукой прижал меня к себе за талию, второй ладонью крепко ухватил за затылок и, столкнув нас лбами, тихим тоном поинтересовался:

— К тебе явился бывший?

И вроде бы спросил спокойно и все бы ничего, вот только прорывающийся рык выдавал его настоящее состояние.

Откровенно поморщилась:

— Пришёл с Тасей в четверг вечером, попросить, чтобы я сделала ему дизайн-проект для нового дома, который он купил своей «звезде».

— Ну, ты его сразу послала или цену заломила? — гораздо более спокойно спросил Эльдар, осознав, что речь пойдёт не о возвращении былых чувств, а о работе.

Грустно покачала головой, погладив Эля по мощному плечу:

— Если бы двойную цену! Он же просил бесплатно, мол, мы не чужие люди…

Дикое изумление в дорогих глазах было мне наградой за откровенность.

— Это как это?

— А вот так это. Когда я отказалась сделать проект, он меня уведомил, что в таком случае ему придётся заказывать проект за деньги, а, значит, выплачивать мой кредит в ближайшие полгода он не сможет, и мне придётся этим заниматься самой.

Естественно, тут же вылезла тема кредита с подробностями.

Эль унес меня вглубь спальни, устроился на диване, посадил меня на колени, прижал к себе и спокойно заметил:

— А теперь, моя дорогая, я жду обстоятельный рассказ: что за кредит, когда появился, почему у тебя и какое состояние сейчас?

Глубоко вздохнув, начала методично перечислять все по пунктам. Подчеркнула, когда и для чего кредит был взят, как потрачен, а также высказала свои предположения, что больше тех акций у Говорова нет.

— Ещё бы! Жить на широкую ногу, выполняя все капризы малолетней пассии, это нужно обладать весьма приличным доходом, — совершенно спокойно хмыкнул Эльдар.

А потом погладил меня по спине и внезапно предложил:

— Давай завтра с отцом поговорим на эту тему? Адвокатов и судей у него среди знакомых хватает. Был, кажется, даже прокурор, правда, Карагандинский, но, знаешь ли, связи есть связи.

Я сидела, выпучив глаза:

— Подожди, ты считаешь?..

— Милая, у нас образовалась проблема. И мы будем её решать. А поскольку, прежде чем идти в лоб официальным путём, сначала хорошо бы разведать ситуацию. И мы, конечно, возьмём помощь зала. Я надеюсь, ты уловила позицию моих родителей касательно личной жизни детей?

Тихо хихикнула, припомнив комичное изумление Стеллы Леоновны, когда она рассказывала о том, как повезло Эльдару, что Арман успел зажечь раньше и впечатлить родителей до глубины души.