Кирилл перебивает меня коротким смешком, привлекая к себе внимание.

— Понятно. Она думает, что я затребую что-то… неприемлемое? За свое вмешательство. Так?

Его взгляд все еще мягкий и до сих пор озорной. Кажется, последнего даже больше стало, но мне оно не помогает расслабиться, а только напрягает сильнее.

Молчу. Не шевелюсь. Кажется, даже перестала дышать. А вот Кирилл наоборот расслабленный и спокойный. Он вытаскивает сигарету, зажигает ее и выдыхает дым, а потом наклоняет голову набок и смотрит точно мне в глаза.

— Успокойся, Надя. Мне ничего в ответ не нужно, особенно неприемлемого.

— Но как же…

— Знаешь, что такое карма?

Что, блин?!

— Эм… кон-конечно… при чем здесь карма?

— Скажем так… я тоже знаю и верю в нее. Очень сильно. Моя, мягко говоря, плохая.

— И вы…

— Ага, делаю все, что могу в попытках это исправить. Странно звучит, да?

Это действительно звучит странно, но вместе с тем я немного расслабляюсь. Даже улыбаюсь.

— И правда. Странно.

Кирилл поддерживает меня ответной улыбкой и кивает.

— Знаю. Но я неприлично богат и могу себе позволить такие вот причуды. Тем более, мне бы тоже хотелось, чтобы однажды у меня было то, что есть у тебя…

Его взгляд становится теплее, хотя он не смотрит на меня. В огонь. А на губах пульсирует какая-то загадочная улыбка…

У него есть женщина? Он думает о ней сейчас? Потому что как будто бы да.

Успокаивает. Не знаю почему, но наличие в его жизни спутницы заставляет меня немного сбавить скорость, а его открытость располагает.

Я киваю пару раз, сажусь в кресло поглубже и говорю.

— Хорошо. Я вам верю.

— Славно. Тогда… для того, чтобы понять всю серьезность ситуации, расскажи с самого начала.

Рассказываю. Бегло и обтекаемо о нашей с Анваром истории, но подробно на том месте, где ко мне в дом пришел мужчина с угрозами. Алеша тихо спрашивает:

— Насколько эта угроза была реальной?

Кажется, в этот момент даже Ваня перестает прожигать меня взглядом и обращается к Кириллу. Да, уверена на сто процентов, что все еще ему не нравлюсь, но, как и в детстве, не думаю, что он серьезно. Точнее, он серьезно, разумеется, ровно до того момента, когда ситуация не становится серьезной, а не надуманной. Касающейся исключительно моей неспособности выбрать нормального мужчину. Свободного, как минимум, блин…

Кирилл потирает пальцами золотую зажигалку, задумчиво глядя на нее, а потом поднимает глаза и жмет плечами.

— Чему ты удивляешься, Леша? Большие деньги — это всегда серьезно. Детей убивают, неугодных наследников вычеркивают. Что уж там говорить об… о женщинах. Думаю, угроза была реальной. Наде очень сильно повезло.

От его осечки становится неуютно. Я веду плечами и снова смотрю на свои пальцы.

Он хотел назвать меня по делу, но из уважения этого не сделал. Я, конечно, ценю, но… все равно неприятно.

Какая же ты идиотка, Надя…

— Мне бы хотелось понять, насколько большие деньги крутятся в этой истории. Какая фамилия у твоего мужчины? — спрашивает Кирилл, я тихо называю.

— Исмоилов.

— Хм…

Сердце пропускает удар.

Резко поднимаю взгляд и выпаливаю под аккомпанемент своего взволнованного, напуганного сердца.

— Вы… с ним знакомы?

Кирилл слегка мотает головой.

— Лично? Нет. Пару лет назад его отец хотел со мной работать, но я отказался.

— Почему?

— Не очень люблю работать с Москвой — это первое. Они слишком зациклены на деньгах, в них мало души. Второе — про его отца… неприятные слухи ходили.

— С-слухи?

— Я всегда узнаю все, что могу, о своих потенциальных партнёрах, Надя. Так нужно делать, чтобы не вляпаться в какую-нибудь неприятную историю. Мне своих с избытком.

Киваю.

— Это понятно. Что вы узнали?

Кирилл чуть поджимает губы, потом уводит взгляд, направляя его в огонь.

— Ничего конкретного, я ведь не особо-то и копал. Просто говорили, что с Исмоиловом просто не бывает. Он достаточно жесток, резок, бывает импульсивным. А еще он нечист на руку.

— Он умер.

— Да?

— Да. Авария.

— Хм…

— Анвар теперь руководит его компанией.

Кирилл медлит еще пару мгновений, а потом кивает.

— Ясно. Ну, с ним лично я не знаком, конечно, но могу с уверенностью сказать, что он вряд ли отпустит тебя так просто. Если честно, я даже сомневаюсь, что он еще не знает, где ты.

Внутри все холодеет.

— Что?

— Чему ты удивляешься? Большие деньги — это возможности. Тебя вывозили из города секретно, но не идеально все-таки. Найти сложно, но возможно. Особенно, если ты этого хочешь. Что-то мне подсказывает, он этого очень хотел.

Я изо всех сил сжимаю свои колени, чтобы унять дрожь в руках. Кирилл это видит и мягко успокаивает.

— Все хорошо, Надя. Не волнуйся.

— Вы его не знаете…

— Твоя правда, но я знаю себя. Никто тебя не тронет, и уж точно никакой лысый ублюдок к тебе и близко не подойдет. Все будет хорошо.

Киваю, хотя верится с трудом…

Алеша тихо вступает.

— Для меня все это в новинку, Кир. Что в таких ситуациях делают?

— Обозначают силы противодействия.

Голос у Кирилла стал жестче.

Пару раз моргаю. Что это значит?

Он переводит взгляд на Алешу и продолжает.

— Сейчас у Нади нет никого за спиной, поэтому довольно просто гнуть ее туда-сюда, как ему угодно. Он знает, что ей нечего противопоставить, и давит с высоты своей силы. Нам нужно обозначить, что она теперь не одна. Давить больше не получится. Точнее, без последствий, конечно же. Если все, что я слышал об Исмоилове — правда, в чем я не сомневаюсь, разумеется, то и его сын в первую очередь бизнесмен, а потом уже все остальное. Когда дело будет касаться потерь в делах, он несколько раз подумает, прежде чем делать шаги. Это лучшая стратегия. Предупреждающий огонь.

— И как это сделать?

На губах у Кирилла появляется хитрая улыбка.

— Как-как? Свадьба.

Меня будто ударяют по затылку.

Ч-что?..

— Свадьба?

— Да, мой дорогой друг. Свадьба. Надя должна выйти замуж за мужчину, у которого есть что противопоставить. За мужчину с властью. Я этого сделать не смогу, надеюсь, ты понимаешь…

Его голос ударяет по интонации, и где-то на задворках сознания я понимаю, что была права. У Кирилла есть спутница.

— …даже ради очистки своей кармы… не могу.

— Да, я понимаю. Тогда…

Кирилл чуть приподнимает брови и усмехается, глядя на Алешу. Он кивает пару раз и встает.

— Да. Это буду я.

Внутри меня что-то взрывается. Я будто не слышу того, что здесь сейчас происходит, и даже не до конца понимаю, что выход из моей ситуации уже найден. Анвар действительно бизнесмен, и он вряд ли согласится нести потери… из-за меня. Зачем? Это бред и абсурд.

Свадьба будет фиктивной, само собой, о чем они оба сразу говорят, чтобы я не нервничала. А я нервничаю? Нет. Я рада. Канаты внутри меня отпускает, и кажется, впервые с тех пор, как в мою дверь позвонил незнакомец, я могу дышать полной грудью.

Я рада! Счастлива! Господи, неужели все получится? Так просто? Кирилл уверяет, что его имя как защита. Все знают, что Алеша работает с ним, и все знают, что они — друзья. Окольными путями он вписывает себя во всю эту историю, и по идее так мы охладим пыл Анвара. Он должен отступить. Отступит или нет — это, конечно, вопрос, но… кажется, у меня появился реальный шанс выйти из этой истории без потерь.

Правда?..все получится?..

Улыбаюсь, совершенно не веря в такое везения, а потом перевожу взгляд в сторону. Непроизвольно и бездумно… ударяясь о крепость, которая полыхает.

На меня в упор смотрит Ваня. Он злится, он полыхает. Кажется, если бы он мог, то сжег бы меня дотла…

Внутри что-то вздрагивает и съеживается. Улыбка медленно гаснет, я чуть сильнее хмурюсь.

Ваня не перестает на меня смотреть. И тут не нужно быть гением, чтобы понять: наш план его не устраивает от слова «совсем». Почему? Кажется, все дело в той тайне, которую от меня скрывают…